Татьяна Ма – Кофейная кудесница из другого мира (страница 7)
– На тридцать дней пару раз.
– А долго нам ехать до Эльтерры? – поинтересовалась я.
– Отсюда на четвертый день приедем, если ничего в дороге не приключится.
– А что может приключиться? – нахмурилась я.
– Сбежать вдруг надумаешь. Лови тебя тогда, – хмыкнул он, прихлебывая мясное варево.
– А что, многие пытались бежать?
– Бегают, – кивнул он. – Только зачем? Все равно обратно притянет, к повозке-то.
– Этим? – Я подняла руку вверх, показывая наручник.
– Ага, охранная магия, чтоб ее, – в сердцах выдохнул он.
Что ж, Барк, несмотря на его ворчливый тон, казался человеком добрым, хоть и работа у него была не из самых приятных. Он и на клеймо на моих руках косо не смотрел. Может, не все в этом мире женоненавистники? А может, Барк всяких повидал преступников, вот и не удивляется ничему.
– А какая она, Эльтерра? – осторожно поинтересовалась я.
Он пожал плечами.
– Город как город.
– Ужасное место?
– По мне, так лучшее на свете, – ответил Барк, откусывая хлеб.
– Правда? – удивилась я.
– Сама посуди. Там нет чиновников. Нет законников. Глота нет. Разрешение даже получать не нужно, а если и нужно, то всякому дадут. Хочешь колдовать – колдуй. Хочешь лечить – лечи. Хочешь – воруй, хочешь – охоться.
– А в столице? На все нужно разрешение?
– Конечно, волшбой заниматься простому люду запретили еще в незапамятные времена, а магией пользоваться разрешено только тем, кто на службе у короля. А в Эльтерре что? Беззаконие! – последнее слово он произнес так, будто это была самая сладкая вещь на свете.
– Свобода, – пробормотала я.
Барк снова кивнул.
– Ее нынешние короли боятся. Не то что в давние времена.
– Барк, в твоих устах Эльтерра звучит как весьма неплохое место, – улыбнулась я. – Но отчего же тогда туда ссылают?
– Потому что там Запредельные земли, – понизил голос Барк. – Никто не знает, что они в себе таят. Разве что охотники.
– Охотники?
– Те еще проходимцы. Нет страшнее отродья, – усмехнулся он. – Да ты и сама знаешь. Разве в детстве родители тебя не пугали Эльтеррой да Запредельными землями?
– Нет, не пугали, – не стала врать я.
– Видно, зря. Видишь, не боялась и угодила туда, – рассмеялся он и, допив кисель, встал. – Коли наелась, поехали.
Я свою порцию допивать не стала и поплелась вслед за возничим к повозке.
Впереди нас ждало четыре дня бесконечной дороги.
Я сидела, прижавшись к стенке, и смотрела в окно, за которым тянулись пустоши, которые иногда сменялись холмами и полями, видневшимися в отдалении. Потом снова пустоши, пустоши, пустоши…
Однообразие пейзажа нагоняло сон. От скуки спасали редкие остановки по «нужде», а потом мерное покачивание повозки да скрип колес возобновлялись.
Только на третий день пути я вдруг вспомнила о зеленом мешочке, который вручил мне Верт. Том самом, который оказался единственным, что он согласился отдать мне.
Я потянула за шнурки, ослабила узел и удивленно уставилась на содержимое. Там были кофейные зерна. Как же я сразу не догадалась?
Я положила несколько на ладонь. Маленькие, зеленые, с легким блеском, будто только вчера снятые с кофейного дерева.
Когда я осторожно потрогала зерна пальцами, они вдруг засветились. Засветились ярким янтарным цветом, словно превратившись в кусочки золота…
Испугавшись, я бросила зерна обратно в мешок и только тут заметила, что внутри лежит какая-то бумага.
Я вытащила лист бумаги, сложенный вчетверо, и развернула его. Незнакомые буквы сначала сливались в непонятную абракадабру, но постепенно все стало понятно.
Передо мной была дарственная на лавку в Эльтерре. Дарственная на имя Сильваны Найтвейл. С адресом и печатью…
Я смотрела на нее, не веря глазам.
У меня есть собственность? Мой дом? Моя лавка?
Ура!
Через сутки мы прибыли в Эльтерру.
Глава 6
Барк остановил повозку у высоких деревянных ворот, которые были крест-накрест перетянуты железными скобами. Створки ворот были вделаны в скалу, что форпостом преграждала въезд в город. Над воротами красовалась эмблема: беспорядочное переплетение линий, которое создавало странный лабиринт. Я долго всматривалась в него, подставив ладонь козырьком над глазами. Этот лабиринт будто поглощал, а линии расступались, приглашая ступить внутрь.
– Сильвана, – Барк тронул меня за плечо, заставляя вздрогнуть. – Лучше не смотри на него, а то окаменеешь.
– Правда? – испуганно пробормотала я.
– Не знаю. Так говорят.
Ворота так и стояли запертыми. Никто не спешил встречать меня здесь с распростертыми объятиями.
– И что теперь? – спросила я.
– Сейчас выйдет распорядитель и проверит твои документы.
Почти тотчас же из маленького домика, что прислонился к скале сбоку и будто бы врос в нее так, что я его сразу и не заметила, вышло трое мужчин. Двое из них были одеты в серые мундиры вардманов. Перед ними шел невысокий пузатый человек в малиновом одеянии: бриджи и камзол, отороченный кружевными манжетами. На голове – треуголка с пером, сидевшая набекрень. Видимо, распорядитель – а это был он – только что проснулся, потому что спешно завязывал кружевной бант накрахмаленного шейного платка.
– Доброго утречка, господин Вайс, – поприветствовал его Барк. – Вот, снова привез вам ссыльную.
Распорядитель пробежался по мне скучающим взглядом, который, однако, остановившись на моих ладонях, стал более осмысленным и наполнился любопытством.
– Разведенная с мужем? – понял он.
– Вот ее бумаги. – Барк передал распорядителю свиток.
Тот его развернул и быстро прочитал.
– Разведенная, да еще и побившая мужа? – хмыкнул он. – Давненько к нам таких отчаянных не присылали. Подождите.
Он вернулся в домик, где пробыл довольно долго. Меня забирало нетерпение. Все-таки почти пять суток в пути, ни тебе нормального сна, ни отдыха. Все кости болели. Да и не мылась я с самой своей смерти в другом мире. Бр-р-р.
Господин Вайс наконец-то вернулся и сказал Барку:
– Все в порядке.
– Тогда снимай с бедняжки наручник и пускай в город, – сказал добряк-возничий. – Видишь, измучилась вся.
Тот кивнул, достал из кармана что-то напоминающее булавку с бриллиантом на конце и провел ею по моему запястью – браслет тут же рассыпался в пыль, словно его и не было.
– Сильвана Найтвейл, – сказал господин Вайс, – когда вы переступите ворота Эльтерры, вы станете ее жительницей. Вам воспрещается покидать пределы города через эти ворота. Вам все понятно?
– Да, – кивнула я.