Татьяна Любимая – Выйду замуж за босса (страница 2)

В конце концов набираю Колоскову. Мы с ней подруги, правда, в последнее время видимся редко. Я свободное время уделяла Славе и нашему с ним гнездышку, а у Ланы вроде бы тоже появился кавалер и ей стало не до меня.

Хоть бы она была дома! Желательно одна!

На мое счастье, подруга берет трубку спустя несколько гудков.

– Лана, привет… – голос почему–то сорвался, а приветствие и вовсе получилось со всхлипом.

– Верка, ты чего? Что случилось? – Колоскова всполошилась.

– Лана, можно я у тебя переночую? – плечом стираю со щеки мокрые дорожки из растаявшего снега и горьких слез.

– Дуй ко мне, – подруга все поняла по голосу, а я с облегчением выдохнула.

Надежда, что Слава выйдет и будет умолять простить и вернуться, растаяла как хлопья снега коснувшись земли.

А если бы вышел и позвал назад?

После такого я точно назад не вернусь. Гордость какая–никакая у меня все же есть.

– Не прощу!

Изловчившись, я подняла воротник пальто и шагнула из–под козырька в разыгравшуюся метель, нетипичную для середины апреля. К моменту, когда я добежала до остановки, промокла и продрогла насквозь. Еще несколько долгих минут пришлось ждать нужный автобус, а после добираться до дома Колосковой, игнорируя сочувствующие или неприязненные взгляды пассажиров. В домофон я уже лязгала зубами, с волос капало, а когда входила в квартиру подруги, меня трясло от холода, жутко болела голова, и руки–ноги потеряли чувствительность.

– Ой, мля–я, – отступив назад, изумленно оглядела меня Лана. – Поругались?

– Расстались, – выдавила из себя, прилагая нечеловеческие усилия.

– Да ла–адно? – в миндалевидных, черных, как глубокая ночь, глазах подруги сверкнули неверящие огоньки. – Так, дуй в душ, я чай сварганю, все расскажешь.

Спорить с Ланкой я не стала – сил нет. А те, что еще оставались, решила поберечь на душ и исповедь.

Колоскова сунула мне в руки махровый халат и полотенце. Подтолкнула ладошкой в спину в нужном направлении. Окинув напоследок взглядом свою ванную, сорвала с полотенцесушителя нижнее белье и оставила меня наедине с самой собой. И с моим отражением в овальном зеркале на стене.

Из него на меня смотрит жалкая мокрая мышь. Со впалыми темно–синими глазами, редкими веснушками на чуть курносом носу. Со сжатыми в тонкую линию губами.

– Это из–за дождя ты такая, Вера, – сказала я своему отражению. – Примешь душ, выпьешь чаю, выспишься и…

Что будет после "и" я еще не придумала. Одно знаю точно: плакать по Славе не буду и умолять его пустить меня в его жизнь обратно не буду тоже. Я его конечно люблю, но себя люблю не меньше. А он по мне потоптался от души. Извалял в грязи.

Не прощу!

Включила воду и залезла под лейку с горячей водой.

Ломота усилилась. Прогулка под ледяным дождем вылазила боком. Но я порадовалась, что не пришлось ночевать на улице, а то неизвестно чем бы закончилась эта ночевка.

От этих мыслей на душе стало еще паршивее. Себя жалко, Славу хочется придушить или хотя бы хорошенько стукнуть за абсолютно немужской поступок.

Не прощу!

Но втайне лелею надежду, что выйду из душа и увижу несколько пропущенных от него и сообщения во всех мессенджерах с извинениями.

Ничего подобного. Смартфон даже после нескольких обновлений молчит как партизан.

Лана встретила меня с градусником и кружкой горячего противовирусного и жаропонижающего.

– Рассказывай, – уселась напротив, когда убедилась, что я выпила лекарство до дна, и сунула градусник под мышку.

Вкратце я изложила события последних часов. Лана иногда отвлекалась от моей исповеди на входящие сообщения, улыбаясь или показывая кончик розового языка, писала ответы.

– Ага–ага, и че, и че? – отложив телефон в сторону, подруга попыталась вникнуть в суть монолога. Ее внимания хватило буквально на секунды, потом ее экран снова сделал попытки уползти подальше от хозяйки.

Но меня не остановить. Уши есть? Есть. Подумаешь, они не слышат. Это не главное, ведь мои эмоции требуют выхода.

– И ведь понимаешь, самое обидное, что на пустом месте взорвался, – сетую я в заключение рассказа. – Из–за какого–то супа!

– Козел, – подруга с радостью на лице поставила точку в сообщении и нажала "отправить", одновременно с этим коротко охарактеризовала моего парня. Теперь уже бывшего.

– Согласна.

– И что теперь?

– Ну что? Все как прежде, – пожала плечами, – только без него. Жить, учиться…

Я опять начала себя жалеть. Еще и градусник показал 38,2.

Лана забрала его из моих рук, посмотрела на цифры и скомандовала:

– Иди ложись. Я тебе на диване постелила.

Спорить я не стала.

Глаза слипаются, язык гудит, тело просит уложить его в горизонтальное положение, а нервы, кажется, перегорели из–за усталости.

Лана постелила мне в гостиной.

Ей двушка досталась от бабушки. Колоскова въехала в нее после ее смерти и первым делом "вычистила" квартиру от старых вещей. Остались голые стены. Беленые по старинке. И дощатые скрипучие полы, а еще помню, здесь были старые двойные рамы на окнах.

Лана, не без помощи родителей, быстро организовала ремонт – однотонные обои, натяжной потолок, светлый ламинат на пол и пластиковые окна. Из мебели – кровать в спальню и шкаф, в зал диван и телевизор. И все. План минимум выполнен. Кухня и ванная отремонтированы и укомплектованы полностью. Получилось здорово.

А главное – свое жилье. Только за это я завидовала Колосковой белой завистью.

Была бы у меня своя квартира, фига с два Слава меня выгнал бы.

– Ланочка, спасибо тебе. Если бы не ты, я понятия не имею, где бы сейчас была, – из уголка глаз по горячим щекам скатились слезинки.

– Мы же подруги, Вер. Разве я могла отказать? Спи, выздоравливай.

В кухне зазвонил красивой мелодией телефон. Не мой. Мой лежит со мной рядом и до сих пор не подает признаков жизни.

Интересно, Слава вообще не переживает где я, как я, у кого? Или празднует свободу?

– Я щас, – Лана сорвалась в кухню, закрыв за собой дверь, чтобы не мешать мне разговорами со звонившим.

Благодарно улыбнулась ей вслед. Беспокойство подруги приятно греет душу. Добрая она, отзывчивая. Настоящий друг.

Веки будто налились свинцом. Горячий чай и противовирусное начали действовать и уносить меня в царство Морфея. Сквозь дрему и закрытую дверь слышу неразборчивый говорок Ланы и ее кокетливый смех.

Мужчина, наверное, ее. У них любовь.

– Вер! Вера, – через какое–то время Лана легонько затрясла меня за плечо. – Слышишь?

– М? – просыпаться не хочется.

– Я пошла. А ты спи, окей? Утром буду.

– Мхм, – снова проваливаюсь в глубокий сон без картинок.

Глава 3

Вера

На хрустящей простыне под теплым одеялом и мягкой подушке спалось хорошо и даже спокойно. Сны не беспокоили. Но утром оказалось, что у меня болит горло и пропал голос.

Позвать Лану не могу, поэтому встаю с ее чудесного диванчика, иду на поиски подруги. Ее дома то ли еще не было, то ли уже нет. Кровать в спальне заправлена, чайник на кухне пустой и холодный, в ванной сухо.

Еще не было – прихожу к выводу. Ах да, она же предупреждала, что будет утром.

Пора бы ей появиться, смотрю на часы. Или она решила прогулять универ? Вряд ли она примчит прямо на пары от своего мужчины. Хотя… кто ее знает.