Татьяна Луганцева – Чёртик из консервной банки (страница 34)
– Не обижайся, дорогая. Мне просто очень приглянулся Руслан. Слушай, а как тебе удалось заполучить его? Твоя семья была богатая, а он беден? – продолжала допытываться Клара.
– Вовсе нет, – усмехнулась Маруся. – Наоборот, я бедная, а он богатый. Но наше соединение произошло не совсем нормальным способом, да и распадется этот брак скоро.
– Да ты что? Еще бы! Он узнал, что ты торчишь на сайтах знакомств? – ахнула Клара Сергеевна. – Я ему не скажу, честное слово!
– Дело не в этом… – Ох, не хотелось Марусе рассказывать всю эту мутную историю их брака.
– А, понятно! Он гуляет? Пьет? Такой породистый кобель! И ты решила отомстить? Но ты, дочка, не горячись. Такими кадрами не разбрасываются. Ты не пори горячку, сделай вид, что совершенно спокойна. Не отпускай его. Поборись! Поверь мне, уже пожилой женщине. А если сама изменишь, они не прощают, мужики-то! Им можно, жене – нет! Такая вот несправедливость в жизни. Мы в молодости гордые и глупые, а потом жалеем.
– Я обязательно учту ваши советы, – улыбнулась Маруся. – А как открыть письмо от редактора, моего бывшего мужа?
– Ох, горе ты мое, – щелкнула по клавишам Клара Сергеевна. – Щелкни мышкой по письму, оно и откроется.
Маруся углубилась в чтение, но с каждой секундой лицо ее менялось все больше и больше.
– Что? – заволновалась Клара Сергеевна.
– Вот черт! Он меня уволил! Какого дьявола? Ну, Олег! Я тебе устрою! Что он себе позволяет? – У Маруси даже дыхание прервалось от возмущения.
– Ну говори же скорее!
– Говорит, что я задержала несколько статей, а я-то и до компьютера добраться не могла. Обвиняет, что я не выходила на работу, что не отвечаю на звонки, что он не намерен больше терпеть мои выходки, ему все равно, что я его бывшая жена, и он меня уволил. Как так? Не объяснившись? Ничего не узнав? Да может быть, я при смерти! И вот, пожалуйста, вместо поддержки! Узнаю Олежку! Павлин надутый! Ну, ничего! Я еще с ним поговорю. Я еще с ним разберусь! Клара Сергеевна, смотрите!
– Что?!
– Он обвиняет меня, что я угробила его сотрудника Никиту! Да как он смеет? Мол, как только я пришла в отдел, так сразу же и сгубила отличного работника. Это почему он меня в этом, интересное дело, обвиняет? Я-то тут при чем? Я и сама могла погибнуть. Мне самой жалко Никиту. Нельзя меня в этом обвинять!
– Успокойся, Маруся. Конечно, ты ни в чем не виновата. Это он сгоряча, наверное, – попыталась успокоить ее хозяйка дома.
– С работы выгнал, гад! Раньше никогда себе такого бы не позволил, не поговорив со мной! – недоумевала Маруся.
– Может, кто чего нашептал? Я, конечно, чужие письма не читаю, но… Вот чисто случайно увидела, смотри, что он пишет! Гляди-ка… «Пока ты выходишь замуж за таджиков, я тут работать за тебя должен? А Никиту ты зачем в свои шашни втравила?..» Это правда? Ты Руслана на гастарбайтера променять решила? Это что же у тебя за фантазии такие? Ты с ума, что ли, сошла? Ты с головой дружишь или нет? Или я чего-то не понимаю? Но не все же свои эротические фантазии следует воплощать в законном браке. Можно как-то и по-другому устроиться.
Маруся покраснела.
– Я, кажется, знаю, кто ему и что напел. А могу я позвонить от вас? – Очень уж неудобно было ей просить обо всех этих услугах в чужом доме.
– Конечно! Чего уж! Ты можешь делать что угодно! Вот ведь дела, – покачала головой Клара Сергеевна.
– У меня разрядился телефон и, похоже, голова тоже разрядилась, – пояснила Маруся.
Клара Сергеевна оставила гостью в кресле, предлагая ей все же успокоиться, а сама вернулась со своим сотовым телефоном.
– Звони.
– Спасибо. Алло? Тоня? Привет, подруга моя! Да, телефон не мой, дали позвонить. Да нет, ничего не случилось. Хотя знаешь, я потеряла свою единственную работу, потому что кто-то напел работодателю о моих маленьких неурядицах и что я вышла замуж. Да, думаю, что Олегу всё это расписали красками, и вот результат!
Антонина на другом конце провода тут же заголосила:
– Ой, подруга моя хорошая! Не злись! Прости! Извини меня, дуру! Да встретились мы с ним за чашечкой кофе, я и проболталась, вроде как пошутила. А он напрягся. Вот ведь идиот! Я всегда тебе говорила, что он собственник, что любит тебя до сих пор. Это от ревности! Я не думала, что он так серьезно отреагирует.
– Перестань, Тоня.
– Да я правду говорю. Я-то его знаю! Это ты ничего не видишь или не хочешь видеть! Он был доволен, что ты постоянно рядом и ничья… А как только узнал, что замуж вышла, пусть даже и фиктивно, так посмотри, что вытворил! Уволил! Ну, ничего, я ему устрою!.. – трещала Антонина.
– Ладно, не кипятись. Зол он на меня был. Я не дала Олегу опубликовать одну очень нехорошую статейку. Я даже пригрозила ему, то есть позволила себе шантаж. Замужество еще это дурацкое… Ладно, не бери в голову! Я сама с ним поговорю. Мне только надо было тебя предупредить, чтобы ты меньше трепала языком, где не надо! Все, пока!
– С подругой говорила? – спросила Клара Сергеевна, когда Маруся отдала ей трубку.
– Ну да.
– А у меня нет подруг! – заявила хозяйка дома, тряхнув головой. – Все они змеи в моем представлении. Подружки – гадюшки… Сколько они мне зла сделали… Так получилось, что я замужем за состоятельными людьми всегда оказывалась, двое мужей у меня было, и оба очень богатые, как ты можешь видеть. Ну и подружки с ума сходили от зависти, когда я находила крутого спонсора. На что только не шли, чтобы заполучить, отбить его. Близкие подружки – это самые гадины подколодные и есть! Я и не думала, что из зависти можно пойти на такие подлости, на такое предательство, пока сама не увидела, своими глазами. Вывела всех к чертовой матери! Разогнала! Теперь вот живу и без подруг и без мужа – умер сердешный.
– А дети? – робко спросила Маруся. – Извините…
– Есть у меня ребенок, но он уже взрослый, что и понятно, и у нас не очень хорошие отношения. Долгая история, как-нибудь расскажу. Характер! Не надо ему моих богатств-сокровищ! Я сам, мол, всего достигну! Дитя неразумное… А ведь люблю его, что поделаешь! И кому мне всё это оставлять-то?! – развела руками Клара Сергеевна, и ее глаза словно заволокло туманом.
Маруся поняла, что она не хочет говорить на эту тему, и, естественно, как воспитанный человек не стала настаивать.
Глава двенадцатая
Маруся в этот же день решила встретиться с бывшим мужем, чтобы разрулить проблему с увольнением, но в издательстве его не застала, а на телефонные звонки он не отвечал. Маруся же прошла в издательство беспрепятственно, потому что пропуск у нее еще не отобрали.
Для начала она захотела хотя бы забрать свои вещи. Зайдя в редакцию криминальных новостей, Маруся совершенно неожиданно увидела Олега собственной персоной, успокаивающего молодую и невзрачную блондинку с красными глазами и распухшим носом, которая повисла у него на плече и безутешно рыдала.
– Опа! А я тебя ищу, и все отвечают, что тебя нет…
Он сконфуженно отстранился от девушки.
– А я есть… Вот, Лилю успокаиваю…
– Я вижу, – поджала губы Маруся.
– Здравствуйте, – кивнула девушка, шмыгая носом.
– И вам не хворать, – откликнулась Маруся.
– Лиля – сотрудница криминального отдела, – пояснил Олег, не глядя Марусе в глаза. – Новая…
– Никита говорил мне, что у вас напряженка с кадрами.
– Я в декрете была, вот вышла, – пискнула Лиля.
– Я попросил выйти досрочно, работать некому, – сказал Олег, прожигая Марусю многозначительным взглядом.
– Мне так жалко Никиту! – снова заголосила хрупкая блондинка. – Как же это так!..
– Мне тоже жалко, – вздохнула Маруся. – Судьба…
– Лиля работала с ним несколько лет, и учились они вместе, – объяснил Олег.
– Я сочувствую.
– Вы правда были последней, кто его видел? Вы работали по одному делу? – Лиля убрала мокрый от слез платочек в карман.
– Да, это так. Дело уже закончено, но репортаж не выйдет. – Маруся хмуро посмотрела на бывшего мужа.
– Я бы хотела поговорить с вами! – Лиля опять всхлипнула.
– Я уволена. Вот, зашла шмотки забрать. Мне не дали написать разоблачающую статью в память Никиты, чтобы не казалось, что он умер напрасно, – сказала Маруся, заметив, как недоумевающе девушка посмотрела на Олега.
Тот почувствовал себя не в своей тарелке.
– Олег? – строгим тоном спросила Лиля.
– Я… Это… А что Олег? Я тут все-таки главный редактор, а не мальчик на побегушках! Сотрудница не выходит на работу, не отвечает. Что я должен был сделать? Я имею полное право! Это неуважение к работе, ко мне, к коллективу! – распалялся он.
– После того что случилось? Один сотрудник мертв, вторая еле жива… Вместо того чтобы радоваться, чтобы ей премию выписать, ты человека добиваешь? Ты увольняешь ее? – Лиля смотрела на Олега в упор, словно желая испепелить его взглядом.
– Я? – Олег вдруг пошел красными пятнами. – Да что ты, Лиля! Я же пошутил! Девочки, вы юмора не понимаете, что ли? Что вы, в самом деле?! Я же ей просто пригрозил. Мол, не выйдешь на работу – выгоню! Я, наоборот, встряхнуть ее хотел! Чтобы она после нервного потрясения не замыкалась в себе, а быстрее выходила на работу, в свой дружный, веселый, любящий коллектив. Что в этом плохого? Просто шутка! А Маруся и правда испытала шок, поэтому так реагирует!
Реакция Олега Марусю очень удивила. Уж она-то знала, что он не шутил и действительно хотел избавиться от бывшей жены. Но Олег явно валял дурака перед этой девчонкой. Марусе это было на руку. Она радостно захлопала в ладоши и воскликнула, словно маленькая девочка, увидевшая конфетку: