Татьяна Луганцева – Бесплатный сыр для второй мышки (страница 12)
– Не, я на службе, – заверил его Владлен Вениаминович. – Зашел, чтобы провести информационно-разъяснительную работу о правах и обязанностях граждан в сфере правопорядка.
– Это я уже понял, – сказал Артём. – С правопорядком у нас вроде проблем не было. Так что – по рюмашечке?
– А-а… – махнул рукой участковый. – Наливай! Только чуть-чуть…
– Я понимаю, – сказал Артём, наполняя рюмку участкового.
Они выпили и закусили, и снова выпили.
Яна в это солнечное утро чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Наконец-то она смогла поесть, и поесть очень вкусно. Хотя в данной ситуации ей любая еда показалась бы верхом совершенства.
– Интересные вы люди!.. – задумчиво проговорил участковый, тыкая вилкой в жареный кусочек мяса. – Любопытные…
– И чем же мы такие интересные? Владлен Вениаминович, не ходите вокруг да около. На меня кто-то стуканул? – спросил Данила.
– Как сказать… Не скрою – был сигнал. Решил проверить. Просто обидно стало, что меня здесь ни во что не ставят. Охранник порядка, а узнаю всё последним. Про пожар у тебя в ресторане, например…
– Несчастный случай.
– Есть пострадавшие, – продолжил перечислять неприятности участковый.
– Это мелочи, – заверила его Яна за себя и за Данилу.
– Зачем мелочами тревожить занятого человека? – сказал Данила.
– Затем драка в баре при гостинице… Опять ожог. Теперь от кипятка.
– Скажите еще, что обжегся добропорядочный человек… – хмыкнул Данила.
– Ножевое ранение, которое вы тут зашивали… Ты-то, Артём, не будешь утверждать, что не ножевое? – обратился к ветеринару участковый.
– Не знаю… Так можно и стеклом порезаться… – пожал плечами Артём.
– Скажи еще, газонокосилкой неудачно побрился… А ведь я могу и вас привлечь к ответственности. На каком основании лечишь людей? Предъяви диплом и сертификат с правом заниматься такой деятельностью. Ты ведь ветеринар, не забыл? Можно ведь и по всей строгости проверить – и по пожарной безопасности, и по санитарно-эпидемиологическому профилю…
– Вы же не такой, Владлен Вениаминович, – заискивающе улыбнулся Артём.
– Такой я, не такой… Откуда знаете? Устроили тут! Нельзя было подождать немного, пока я на пенсию уйду? Ведь это с появлением вот этого человеческого фактора… – ткнул он пальцем в сторону подруг. – Все эти страсти-мордасти начались.
Яна хлопнула длинными ресницами.
– Вы нас в чем-то обвиняете? Разве мы провинились? У вас же бардак – не приведи господи! Не поесть нормально, не номер снять – всё проблема. А отсюда и беспорядки. Вот сняли бы мы с подругой нормально номер – спали бы тихо-мирно. А ведь что получилось… Вышибли нас на улицу, вот и начались приключения…
– Я гляжу, вы и на язычок-то острая. С Тузом так разговаривать не надо было, – покачал головой Владлен Вениаминович.
– Вы серьезно? – ахнула Яна. – С Тузом? А он со мной не очень-то и разговаривал! Грозил изнасиловать. Это нормально? И это вы, представитель власти, говорите? По-вашему, это не преступление? Сейчас не девяностые, могли бы и укоротить эту вашу бандитскую группировку. Что вы с ними цацкаетесь, позвольте спросить? Как его, кстати, имя отчество?
– Кого? Туза? А вам зачем?
– Для ясности.
– Владимир Никитич Пушкин, – с безучастным выражением лица ответил участковый. – Но добрые сказки он вам не расскажет, не надейтесь.
– Вы, Владлен Вениаминович, тоску не нагоняйте! Не все готовы терпеть этого упыря! – заступился Данила.
– Да я не о том, что вы виноваты, а он – молодец! Сам хотел ему морду набить, да духу не хватило. Я о вас беспокоюсь. Чует мое сердце, что на моем участке появятся четыре трупа. И что вы на меня так смотрите? Спецназа вас охранять у меня нет. Думаешь, Туз простит такое унижение – чайником по кумполу? Да еще при всей своей кодле? Сожжет твой ресторан, Даня, к чёртовой бабушке! И ведь так сделает, что не подкопаешься, поджигателя пригласит со стороны. Деньги-то имеет…
– Чему быть, того не миновать, – ответил Данила, усмехнувшись. – Ты за меня не переживай, у меня страховка. И девушек я в обиду не дам.
– Теперь насчёт девушек… Уезжали бы вы, девушки, отсюда. Пока целы. Какого дьявола вас вообще занесло в наши края? – спросил Владлен Вениаминович.
– Это наше личное дело, – ответила Ася. – Вас оно не касается.
– Сейчас, может, и не касается, а через час-два – коснётся, – ответил участковый. – Вы, как я посмотрю, дамочки шустрые – не пожар, так драка, не драка, так ножевое ранение. Даже местных уркаганов на уши поставили. И всё за одну ночь. Это нормально? Может, сразу расскажете, что вас сюда привело, чтобы я как-то подстраховаться смог или понять, с какой стороны ждать неприятностей? – поинтересовался участковый. – Аллё? А с вашей подругой всё в порядке? – заметил он перемены в поведении Яны, которая застыла как столб и смотрела в одну точку.
– С тобой всё хорошо? – бросилась к подруге Ася.
Яна ожила и посмотрела на майора.
– Товарищ участковый, – обратилась Яна к нему. – Вы не знаете, как зовут жену Туза? Она не Людмила, случайно?
– Людмила Пушкина, в девичестве Кузнецова, – подтвердил участковый. – Вы что, ее знали? Хорошая женщина… жила с этим… прости господи, уродом моральным. Порядочная дамочка, тихая. Муженёк ее тот еще ходок по бабам, по проституткам. А она терпела, прощала… Руки, я точно знаю, гад, распускал, но она никогда не жаловалась и заявлений не писала. А я, как должностное лицо, осуществляю служебную деятельность, направленную на защиту прав граждан, проживающих на моем административно-территориальном участке. Я мог бы защитить гражданку Пушкину от преступных посягательств. Я-то в людях понимаю! Видел синяки, подавленное состояние, поговорить с ней пытался. Все знали, что ее муж – гнилой человек, и ей явно доставалось от него больше всех. Но она мне сразу сказала, что от мужа не уйдет, что идти ей некуда. Что она будет терпеть до последнего. Еще гражданка Пушкина мне объяснила, что рада, что у них нет детей, что уберег ее господь. Вот был бы ребёнок, тогда пришлось бы отвечать не только за себя.
– Туз, кажется, имел продуктовый ларёк? – спросила Яна.
Участковый задумался.
– Ну, да… Туз начинал свой бизнес с мелкооптовой торговли овощами. Палатка была, потом две… Затем магазин. А сейчас под ним полгородка. Он у нас единственный миллионер. Тот еще жук, да и криминальными связями не брезгует, сам бандит первостатейный. Он ведь не местный, залётный. Лёг у нас на дно. Говорили, что кто-то за него сел, а он платит деньги семье сидельца. И утверждают, что нехилые бабки. Тёмная личность. А чем вас, уважаемая, заинтересовала гражданка Пушкина? Знали ее?
Яна наморщила лоб.
– Мы вместе в школе учились, – ответила она, – в одном классе. Давно это было…
– И больше ничего не хотите мне сказать? – спросил Владлен Вениаминович.
– Нет, – покачала Яна головой. – А что я еще могу сказать? Я просто не знала, что у Людки Кузнецовой такой скот муж. Удивилась сильно.
Ася удивлённо посмотрела на подругу.
– Слушай, Янка, ведь Людмила наверняка в курсе, что ее муженёк-отморозок живет здесь и занимается грязными делами. Так какого чёрта она тебя сюда послала?
Участковый, услышав слова «тебя сюда послала», насторожился. Понятно, что Ася сдала подругу с потрохами, но, похоже, сама того не ведая.
– Что ты выдумываешь?.. – рассердилась Яна. – Людка же не посылала меня знакомиться со своим мужем! И, кстати, может, здесь и кроется ответ, почему она не предложила мне свое жилье…
Данила снова наполнил всем рюмки.
– Давайте выпьем. За всё хорошее. А кто-то и как обезболивающее, – сказал он.
Участковый задумчиво посмотрел в рюмку, словно пытался увидеть там что-то занимательное.
– Значит, вас сюда прислала жена Владимира Никитича Пушкина – Людмила? Ваша школьная подруга? А вы не хотите объяснить, с какой целью?
– Нет, – поджала губы Цветкова, уже чувствуя, что ее несколько повело от алкоголя.
– Понятно… Даня, а ты наркотиками не балуешься?
Данила даже подскочил на месте?
– Да вы что, Владлен Вениаминович? С чего вы взяли?
– А ты, Артём? У тебя, наверняка, есть препараты для животных.
Тут подскочил и Артём.
– Да господь с вами, товарищ участковый! Что за вопросы?
– Тогда у меня вопрос к этой даме, – посмотрел майор на Яну. – Если она не курила траву, то почему тогда эта леди несет такую чушь? Жена Туза Людмила Пушкина лет пять как похоронена на нашем кладбище. А вы, девочки, когда с ней общались в последний раз? – спросил он. – Почему явились сюда только сейчас?
Тут уже приступ головокружения накрыл Цветкову. Некоторое время она вообще ничего не могла ответить, но потом собралась с мыслями. Она поняла, что ее затягивают в какое-то болото, но какое именно, не могла сообразить.
– День, ну, два назад мы встретились… В больнице, в Москве…
– И вы ее сразу узнали? Вы же были одноклассницами? – спросил Владлен Вениаминович.
– Ну, как узнала… – Высокий лоб Яны покрылся испариной. – Вроде, она… Зачем другому человеку представляться Людмилой Кузнецовой? Она точно меня узнала. Фигура, рост… Да, это точно Кузнецова! Дело в том, что мы не были близкими подругами, вот как мы с Асей. Одноклассницы. Ах, да! Я не сказала! Лицо у Людмилы было в бинтах. Она объяснила, что сделала пластическую операцию, чтобы удержать и вернуть расположение мужа, – пояснила Яна. – Умерла пять лет назад?! – До Яны словно как будто только сейчас дошли слова участкового. – Может, это какая-то ошибка? – В ее голосе прозвучала надежда.