Татьяна Ливанова – Журнал «Парус» №86, 2021 г. (страница 20)
Надия Сергеевна Митрофанова, г. Казань, главный библиотекарь информационно-библиографического отдела Национальной библиотеки Республики Татарстан:
– Для этого эссе я выбрала хайку Василия Костерина, опубликованные в журнале «Парус»: http://parus.ruspole.info/node/7387.
В частности, особенно мне запомнились следующие:
Эти хайку, разумеется, никак не связаны между собой, но я вижу в них общий мотив: течение времени. В первом и втором в трёх строках передана целая история, видимо, прошедших отношений, в то время как в третьем хайку прошёл всего лишь день и наступил закат, а возможно, и целая жизнь (закат как метафора). Во всех трех хайку есть итог, финальная точка: воспоминание (1 и 2) и захлопывание книги (как мне представляется – это метафора окончания какого-либо дела). Эти строки впечатлили меня способом передачи ощущения времени как чего-то мимолетного, но крепко засевшего в памяти. Я очень благодарна автору за столь приятные впечатления от прочтения его произведений!
Василий Костерин:
– Спасибо за точный и краткий, как хокку, комментарий.
Наталья Сергеевна Бибикова, г. Кемерово:
– Вчитываясь в строки В. Костерина, понимаешь боль потерь, радость счастья, приближение к Богу, чувство одиночества среди людей.
Слова поэта наполнены болью за Россию, за будущие поколения, осознанием скоротечности жизни и времени. Особое впечатление производят высказанные почти шёпотом строки о любви.
Среди стихотворений В. Костерина особо запомнились:
*
*
Также «Перебираю в пальцах песок…»
Вопрос: Творчество каких современных поэтов близко Вам по духу?
Василий Костерин:
– Современную поэзию я знаю плохо. Читаю урывками. Выделить никого не могу по причине плохого знания современной поэзии, по причине своей некомпетентности в этом вопросе. Когда передо мной возникает дилемма – почитать известного современного поэта или в сотый раз перечитать Пушкина или Лермонтова – я выбираю последнее. Могу назвать тех, кого постоянно перечитываю: Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Баратынский, Клюев, Есенин, Ахматова, Цветаева, Пастернак. Получается, что современность для меня заканчивается на Пастернаке, точнее, на Ахматовой, которая умерла последней из этой когорты.
Оксана Геннадьевна Новикова, г. Иваново, преподаватель:
– Почему Вы выбрали именно танка и хайку для выражения своих мыслей?
Василий Костерин:
– Выше я уже отвечал на этот вопрос. Могу добавить, что трудные стихотворные формы всегда привлекали поэтов (например, венок сонетов). Думаю, это происходит потому, что вдохновение сочетается с борьбой против стихии языка, с одной стороны, и его норм, общепринятых правил, с другой. Преодоление трудностей, как и в любом другом случае, дарует радость, а мысль и чувство, отлитые в краткую форму, производят более сильное впечатление.
Елена Михайловна Селезнёва, г. Богородск Нижегородской обл., библиограф МБУК «Богородская РЦБС Нижегородской области» (Центральная библиотека г. Богородска):
– Василий Костерин. «Попытки танка».
По словам Василия Костерина, истинная танка всегда символична. И только с помощью символов поэт может разбудить душу читателя, если она спит.
Эти строки разбудили мою душу. Поэтому, прочитав их, я вдруг внезапно вспомнила, что будучи ребёнком, я всегда хотела увидеть себя лет эдак через тридцать. Каким-то образом попасть в будущее и хоть одним глазком посмотреть на то, какой стану. Конечно же, себе 7–8-летней в сорок лет я представлялась глубокой старухой. Я хотела знать, сколько будет у меня детей, какая будет у меня профессия и т. д. Но парадокс в том, что сейчас я, 40-летняя женщина, также хочу попасть в своё детство, увидеть себя маленькую, поговорить с собой, предупредить о чём-то. Я часто представляю, как это произойдёт и что я скажу сама себе, от чего предостерегу. Странные мысли, но это так.
Детство – это целая жизнь, именно в эту пору закладывается наше мироощущение и случается познание самого себя, все наши детские радости и печали оставляют глубокий след. Жизнь воспринимается ярче – небо голубее, трава зеленее, люди добрее. И я знаю, что бы я 7-летняя сказала себе сейчас, окликнув внезапно: «Все мы родом из детства, помни об этом!»
Вопрос писателю: каким Вы видите будущее современной русской литературы?
Василий Костерин:
– Будущее русской словесности зависит от будущего России. Русофобия приобрела мировые масштабы. Идёт настоящая гибридная война против нашей страны. В этом противостоянии на стороне России принимает участие её великая литература. Призвание русской словесности – быть частью России, жить её проблемами, её болью, опираться на свои литературные традиции, на нашу классику. Напомню слова известного специалиста по Достоевскому В.Н. Захарова. Он говорит, что в России всегда была не столько литература в европейском понимании этого слова, сколько христианская словесность.
Словесность и литература. Эти два слова часто ставят рядом. С конца XVIII века они сосуществуют в русской филологии как близнецы-братья. Некоторые исследователи последовательно употребляют слово «литература», как будто термина «словесность» не существует, другие стремятся их согласовать и употребляют там, где это возможно, параллельно, третьи – по отношению к Руси-России склонны говорить только о словесности.
Что прежде всего бросается в глаза при сравнении двух терминов? Во-первых, слово «литература» – иностранное, восходящее к латыни, тогда как «словесность» – родное, отечественное. Во-вторых, «литература» происходит от латинского littera (буква), а «словесность» – от слова, письменного или устного. Именно особое понимание слова и особое отношение к нему делают различия между понятиями «литература» и «словесность» такими же масштабными, как различия между буквой и духом (согласно апостолу Павлу, «буква убивает, а дух животворит» – 2Кор. 3: 6), или между иконописью и живописью.