Татьяна Ливанова – Журнал «Парус» №86, 2021 г. (страница 19)
Надежда Борисовна Ганиева, сотрудник Пензенской областной библиотеке для детей и юношества:
– Привычно, когда поэт в своём произведении размышляет, анализирует и представляет на суд читателя свой собственный ответ-размышление. В. Костерин как бы высвечивает стихотворным прожектором яркий образ, мысль и предлагает читателю самому раскрыть его суть.
Очень яркий философский образ, который побуждает подумать о смысле времени, открывает внутри себя ответы, которые, без заданного вопроса, может быть, никогда бы и не были осмыслены. Сразу же вспоминаются слова из песни: «…есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь…». Прошлого уже не существует, будущее ещё не настало… Жизнь есть только сейчас, в этом вневременьи, в этом кратком миге. Мы же почти всегда заняты или воспоминаниями о прошлом, сожалениями о невозможности его вернуть или прожить по-другому, или путешествуя воображением по неясному будущему – страшась его неизвестности или погружаясь в «розовые» мечты. Это стихотворение очень, как мне кажется, перекликается с другим:
И опять яркий образ, когда поэт пытается отделить себя настоящего – того, который истинный, вневременный – от светлячков-мыслей, как бы отделяя их от себя и просто наблюдая за ними. Я – это не мои мысли, я – это то, что всегда, здесь и сейчас, то, что неизменно и вечно. Мысли же временны и живут во времени, и можно их просто наблюдать…
Василий Костерин:
– О том, что времени больше не будет, писал святой Иоанн Богослов в Откровении (Откр. 10: 5–6). Воскресение – Страшный суд – Царство Небесное, в котором времени нет, ибо время поглощено вечностью, время растворяется в вечности. Этой проблемой мучились, если помните, князь Мышкин и Ипполит у Достоевского.
Относительно песни замечу, что цитата оборвана. Лучше её цитировать в таком виде: «…Есть только миг между прошлым и будущим, есть только миг, за него и держись». Здесь уже видно, что слова эти не так безобидны.
Во-первых, жизнь человека, действительно, лишь миг с точки зрения вечности. Однако мы знаем, что время имеет способность растягиваться, замедлять своё течение, словно хочет дать нам часы, месяцы, годы для того, чтобы мы успели что-нибудь сделать для вечности. Так что, с одной стороны, миг, с другой, – 70–80 лет полноценной духовной жизни. Откроем Псалтырь: в 89-м псалме царя Давида говорится: «Дней наших – 70 лет, а при большей крепости – 80 лет; и самая лучшая пора их – труд и болезнь, ибо проходят быстро…»
Во-вторых, автор слов призывает держаться за этот миг. А я бы сказал: если мы цепляемся за миг, то мы несчастнее всех человеков. Мы призваны не держаться за жизнь, а преображать её духовно – и свою жизнь, и жизнь окружающих. Держаться же надёжнее всего за Бога.
Ксения Юрьевна Лаптева, заместитель начальника отдела по организации мероприятий ГАУК Краснодарского края «Агентство культуры и искусства»:
– Василий Костерин. Танка.
Танка – как мало слов, как много смысла, простора для фантазии… Удивительный опыт «додумывания» образных картин Автора, когда Читатель будто получил особое предложение для сотворчества. И вот Поэт вроде остановился, а ты ещё продолжаешь…
«Весна – пора любви», пора молодости, рождение жизни, начало начал…Это удивительное и прекрасное время, исполненное надежд… И не успел ты набрать в грудь воздуха, как уже Осень… Время, которое неизбежно приведёт к Зиме… Осенью мы уже слышим первое холодное её дыхание…
Здесь Лета нет! Оно осталось незаметным, как это часто и бывает…
Второе произведение не менее философское. Они оба преисполнены красоты, возвышенности и одновременно грусти… Каждый раз финальным аккордом мы слышим что-то личное, что-то из прошлого… чего уже не вернуть…
Вопросы писателю:
1. Каким Вам видится «идеальный читатель»?
Василий Костерин:
– Мой идеальный читатель складывается из двух половинок. Первая половинка – Вы её уже назвали – читатель, который «додумывает» стихотворение, читатель-соавтор. Умение читать, конечно же, есть особый талант.
А вторая половинка – читатель-редактор, который может указать на неудачные слова, обороты, может подсказать другое решение. Он тоже в определённой мере соавтор, но в большей степени редактор. По опыту знаю, что хороший редактор всегда может помочь автору, так что казавшееся завершённым стихотворение приходится переписывать, переделывать.
2. Кого из поэтов прошлого Вы никогда бы не назвали своими учителями?
Василий Костерин:
– Таких поэтов у меня нет. Я учился даже у полузабытых и забытых поэтов, у поэтов начинающих, у поэтов-любителей. Учился даже у графоманов, например, тому, как не надо писать. Если мы с любовью подойдём к произведению, то даже у слабого поэта всегда можно найти удачные запоминающиеся строчки. Хотите верьте, хотите нет, но я учился даже у Демьяна Бедного – мужика вредного.
3. Имеют ли шанс танка и хайку прижиться в нашей стране? Быть понятыми нашим читателем?
Василий Костерин:
– Мне кажется, что оба жанра уже прижились в русской поэзии. Существует клуб любителей танка и хайку в интернете. Или возьмите прекрасные переводы Веры Марковой и Анны Ахматовой. Вера Николаевна, кстати, говорила, что самое трудное для переводчика – это отобрать те стихи, которые могут органично войти в другую культуру, в иную по характеру словесность, станут близки читателю (в данном случае – русскому).
Надежда Александровна Натальченко, г. Сергач Нижегородской обл., заведующая отделом обслуживания Центральной библиотеки им. С. И. Шуртакова:
– Что будет происходить с Россией дальше? Как вернуть молодежь, подростков к чтению русской литературы?
Василий Костерин:
– Очень хорошо, Надежда Александровна, что Вы поставили эти два вопроса рядом. Против России сейчас идёт война: финансовая, экономическая, политическая и мощнейшая (самая опасная, ибо направлена против души) духовная. Выстоит ли Россия? Думаю, никто не возьмётся делать прогнозы. Как говорит Версилов у Достоевского, а что будет дальше, – смотри в Апокалипсисе. Но Вы назвали духовное оружие, которое может помочь России выстоять: это чтение нашей классики, нашей глубоко духовной словесности. Да, сегодня наш народ не назовёшь самым читающим в мире. Разрушительные 90-е постарались и тут. Прилавки были буквально завалены низкопробной макулатурой. Это была диверсия, это был мощный удар по вкусам русского читателя. Читают, конечно, много и сейчас, но что именно? А рецепт здесь один: только родители и школьные учителя могут научить ребёнка читать и любить чтение. И читать не абы что, а нашу классику, величайшую словесность в истории человечества.
Оксана Евгеньевна Головизнина, г. Иваново, преподаватель:
– Все спрашивают, как Вы пришли в литературу, да и уже наверняка спрашивали. А задавались ли Вы вопросом,
Василий Костерин:
– Да, Оксана Евгеньевна, конечно, спрашивали. Мне кажется, подавляющее большинство писателей пришли в литературу потому, что не могли не писать. Человек чувствует призвание, пробует писать, у него получается, а дальше всё начинается всерьёз. Как у Пастернака: «…Не читки требует с актёра, а полной гибели всерьёз». Так же и с писателем, поэтом.
А вот на второй вопрос, хотя он и подобен первому, сложнее ответить. И всё же я попробую. Ответов будет несколько. Первый. Об этом я уже не раз говорил в интервью. Однажды дочь Марина сказала: папочка, у тебя около двадцати научных и научно-популярных книг об иконах, но их мало кто читает. Ты пиши то же самое, но в художественной форме, чтобы было для всех. Так появилась повесть «Не опали меня, Купина! 1812» об иконе Неопалимой Купины. Второй ответ. Когда я увидел в 90-х засилье в книгоиздательском деле ширпотреба (сейчас мы видим то же самое, только в более мягкой форме), мне подумалось, что не будет большим грехом опубликовать и мои повести, рассказы, стихи. Вдруг читатель наткнётся на мою книгу и оставит какой-нибудь духовно разрушительный современный опус. Третий. На своём сайте недавно я разместил свои рассказы 70-х годов, то есть они пролежали у меня в столе примерно сорок пять лет. Я писал их для себя. Мне показалось, что они не устарели, и я их обнародовал лишь сейчас. Четвёртый. Мне не нужна слава, не нужны премии, даже не нужны деньги. Мне хватает того, что есть. А пишу, потому что идеи, сюжеты повестей, рассказов, стихов рождаются сами собой, я же их записываю. Ответил ли я на Ваш вопрос?
Нина Александровна Кустова, Нижний Новгород, заведующая музеем книги Нижегородской государственной областной универсальной научной библиотеки:
– Читаю короткие стихи Василия Костерина и восхищаюсь мастерством автора, который виртуозно владеет словом. Из всех предложенных выбрала «Весна – пора любви…» Не буду пока думать об осени, задержусь в весне.
Василий Костерин:
– Примите, уважаемая Нина Александровна, танка на заданную Вами тему.