Татьяна Лив – Магия по расписанию или воспитательниц в другом мире (страница 7)

Дверь приоткрылась. На пороге стояла полная женщина в цветастом платке, с ведром в одной руке и выражением крайней решимости на лице.

– Здравствуй, милая, – сказала она. – Я тетя Фрося, из крайнего дома. Слышала, ты с детьми умеешь?

Алиса внутренне подобралась.

– Умею.

– Вот и хорошо, – выдохнула женщина. – Ты это… слушай, мне тут в поле надо, а мелкие сами по себе. Горислав сказал, ты вроде приезжая, но ответственная. Возьмешь моего на пару часов?

Она посторонилась, и из-за ее спины выглянул мальчишка лет шести – вихрастый, конопатый, с пальцами, вымазанными в чем-то ярко-синем.

– Здравствуйте, – сказал мальчишка шепотом.

– Здравствуй, – улыбнулась Алиса. – А ты кто?

– Егорка, – все так же шепотом ответил он. – У меня забор синий.

– Вижу, – кивнула Алиса.

– Я не специально, – добавил Егорка. – Оно само.

– Я знаю, – сказала Алиса. – У нас в группе тоже все говорили «само». Заходи.

Егорка зашел. Следом за ним, подхваченная внезапным энтузиазмом соседок, в дом потянулись другие.

– А мою Степаниду не возьмешь? Она тихая, только если не сердится…

– И моих близнецов? Они вообще безотказные, только друг с другом иногда ссорятся…

– А нашему Мишке ничего не надо, он просто посидит в углу, обещает ничего не поджигать…

– А где же он сам? – спросила Алиса, оглядывая толпу.

– Не пришёл, – вздохнула женщина. – Стесняется. Говорит, вдруг вы его прогоните.

Алиса кивнула.

– Передайте, что я не прогоняю. Пусть приходит, когда будет готов.

Алиса смотрела на это разноцветное, шумное, искрящееся нашествие и чувствовала, как где-то в груди разрастается знакомое, почти забытое тепло.

– Давайте по порядку, – сказала она. – Как зовут, сколько лет, что умеете, чего боитесь и с чем, простите, обычно не контролируете?

Дети переглянулись.

– Это она нас лечить будет? – шепотом спросил один из близнецов у Лисёнка.

– Не, – так же шепотом ответил тот. – Она играть учить будет. Без магии.

– А так можно?

– Можно.

И они остались.

Егорка оказался Егором, но тетя Фрося называла его Егоркой, и он, судя по лицу, очень хотел возражать, но маму не переспоришь.

Степанида оказалась девочкой с фиолетовым отливом на кончиках волос и такой же фиолетовой аурой смущения – она пряталась за спиной матери и выглядывала одним глазом.

Алиса заметила, что девочка то и дело трогает свои волосы – кончики пальцев осторожно касались фиолетовых прядей, будто проверяла, не исчезли ли они.

– Не бойся, – сказала Алиса. – У нас в группе были дети и с зелёными волосами. Тоже от злости.

Степанида посмотрела на неё с сомнением.

– А они вылечились?

– Они научились не злиться по пустякам, – улыбнулась Алиса. – А волосы потом сами отросли.

Степанида задумалась, но из-за спины матери всё же вышла.

Близнецов звали Кир и Марк, и они были настолько одинаковые, что даже собственная мать их путала, поэтому повязывала Киру красную ленточку на рубаху, а Марку – синюю. Ленточки, впрочем, постоянно норовили развязаться и уползти куда-нибудь в укромный уголок.

– Это у них с рождения, – вздыхала мать близнецов, женщина с вечно усталым лицом. – Магия, чтоб ее. Чуть что – ленточки сбегают. Я уже пришивать пробовала – все равно отдирают.

– А чего они сбегают? – поинтересовалась Алиса.

– Так им же скучно просто так висеть. Они хотят приключений.

Алиса посмотрела на ленточки. Ленточки смотрели на Алису и явно оценивали, можно ли ей доверять.

– Приключений не будет, – строго сказала Алиса. – Будет тихий час и рисование. Так что сидеть смирно и не дергаться.

Ленточки обиженно замерли, но спорить не посмели.

– Ого, – уважительно сказала мать близнецов. – А они слушаются.

– Просто с ними надо строго, – пояснила Алиса. – И по делу.

Когда родители наконец ушли, в доме Глафиры стало тесно.

Алиса пересчитала детей: Егорка, Степанида, Кир, Марк и Лисёнок, который чувствовал себя здесь скорее помощником воспитателя, чем воспитанником. Итого пятеро. Плюс Злоба в углу. Плюс Бульк на лавке, который смотрел на всю эту компанию с выражением «я здесь вообще-то главный, но вы пока не поняли».

– Ну что, – сказала Алиса. – Давайте знакомиться по-настоящему.

Дети настороженно молчали.

– Я Алиса. Приехала издалека. Магии у меня нет, зато я умею играть в игры, в которые вы, может быть, не играли.

– А как без магии играть? – спросил Кир (или Марк, ленточка сбежала).

– Руками, ногами, головой, – ответила Алиса. – Например, в «Море волнуется раз».

– А море волнуется? – удивилась Степанида.

– Это игра такая. Я говорю: «Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три – лесная фигура, замри!» – и вы замираете кто кем хочет. Деревом, зайцем, грибом. Кто пошевелится – выбывает.

– А если я хочу быть не грибом, а волком? – насупился Егорка.

– Можно волком.

– А если я хочу быть драконом?

– Драконом тоже можно. Только дракон должен стоять смирно и не дышать огнем.

Егорка посмотрел на свои синие пальцы, вздохнул и кивнул.

– Значит, так, – сказала Алиса. – Сейчас я отвернусь и скажу: «Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три – лесная фигура, замри!» Когда я обернусь, вы должны стоять неподвижно.

Она отвернулась.

– Море волнуется раз…

И в этот момент Кир (или Марк) взвизгнул.

Алиса обернулась раньше времени.

Ленточка – красная или синяя, было уже не разобрать – пулей вылетела из-за пазухи, пролетела по комнате и приклеилась к потолку.