Татьяна Лив – ХУДШИЙ ПИРАТ ГАЛАКТИКИ (страница 28)

ГЛАВА 10: Побег через вентиляцию

ГЛАВА 10: Побег через вентиляцию

До «Убежища» оставалось два часа, когда КАРЛ сказал голосом человека, которому уже всё равно:

— Макс. У нас проблема.

— Опять?

— На этот раз серьёзная. Три имперских крейсера перекрыли все подходы к станции. Проверяют каждый корабль в радиусе двухсот тысяч километров.

Макс медленно сел в кресле. Желудок уже не урчал — он просто тихо протестовал против шестнадцати часов без нормальной еды.

— Они ищут нас?

— Сложно сказать. Но если учесть, что мы везём самую разыскиваемую особу империи, то… да, скорее всего.

Зара, которая последние четыре часа дремала одним глазом, открыла оба.

— Я говорила, что эта работа — дерьмо.

— Ты говоришь это про каждую работу, — заметил Макс.

— Потому что каждая работа — дерьмо.

Лира стояла в дверях рубки. Она заметно похудела за последние часы — майка Зары теперь висела на ней ещё свободнее.

— Что такое «Убежище»? — спросила она.

Макс и Зара переглянулись.

— Нейтральная станция Вольных Миров, — ответил Макс. — Рен сказала, что там тебя должны были встретить и спрятать.

Лира нахмурилась.

— Рен мне ничего не говорила про «Убежище». Она сказала только «будет безопасное место».

— Значит, тебе она тоже не всё сказала, — буркнула Зара. — Как мило.

— КАРЛ, — Макс потёр лицо, — есть варианты?

ИИ ответил с тяжёлым, почти театральным вздохом:

— Есть. Но вам не понравится.

— Говори уже.

— У «Убежища» есть старый технический шлюз. Он не зарегистрирован в современных картах. Если мы подойдём к нему в режиме полного молчания, я могу попытаться взломать систему и открыть его изнутри.

— А в чём подвох?

— Шлюз соединён с вентиляционной системой станции. Диаметр — семьдесят сантиметров.

Все одновременно посмотрели на Бритву.

Робот посмотрел на схему, которую вывел КАРЛ.

— Я не пройду, — констатировал он.

— Это очевидно даже без схемы, — сказала Зара.

Бритва кивнул с философским спокойствием.

— Я останусь на корабле. Буду охранять. И медитировать. Толстой писал, что в моменты кризиса…

— Бритва, не сейчас, — перебил Макс.

Он посмотрел на команду. Голодные, усталые, на корабле, который еле держится. И три имперских крейсера впереди.

— Отключаем всё, — сказал он. — Полная тишина. Дрейфуем. КАРЛ взламывает систему. Потом — вентиляция.

Зара вздохнула.

— Я знала, что когда-нибудь придётся ползти по вентиляции. Просто думала, что это будет в кошмаре, а не наяву.

Через семь минут «Сокол» превратился в мёртвый кусок металла.

Все системы были отключены. Двигатели молчали. Свет — только аварийный красный. Вентиляция не работала. Внутри корабля стало душно и очень тихо.

Они дрейфовали к станции.

— КАРЛ, — прошептал Макс через пять минут. — Крейсеры нас не видят?

— Пока нет. — Пауза. — Хотя... это интересно.

— Что интересно?

— Их сканер нас видит. Но классифицировал как мусор. Автоматически.

Макс моргнул.

— Как мусор?

— Да. Судя по сигнатуре нашего корпуса — ржавчина, утечки, остаточное излучение — алгоритм решил, что мы обломок старого грузовика. Категория "космический мусор, угрозы не представляет".

Зара медленно повернула голову к Максу.

— Наш корабль, — произнесла она очень тихо, — настолько страшный, что имперские военные сканеры приняли его за мусор.

— Технически это спасает нам жизнь, — заметил КАРЛ.

— Технически это оскорбление.

— Кхрр, — обиженно подтвердил Глок.

— Он держится, — сказал Макс.

— Он классифицирован как МУСОР, Макс.

— ...но держится.

Глок сидел под консолью и тихо вибрировал от нервов. Лира прижалась спиной к стене и старалась дышать как можно тише. Зара замерла в кресле, не отрывая взгляда от пассивного радара.

Макс считал секунды.

На двенадцатой минуте один из крейсеров слегка изменил курс.

— КАРЛ… — прошептал Макс.

— Вижу. Он сканирует сектор. Если повернёт луч на шесть градусов — увидит нас.

— Сколько до взлома?

— Ещё четыре минуты.

— У нас их нет.

— Тогда я буду взламывать быстрее. Хотя это противоречит всем правилам хорошего тона в кибербезопасности.