Татьяна Лисицына – Я не могу проиграть! (СИ) (страница 24)
— Как только ты встанешь на ноги, я буду требовать назначения медицинской комиссии, чтобы тебя признали здоровой и выписали.
— А если не признают: останусь здесь надолго.
— Перестань, всё будет хорошо, в крайнем случае, мы купим эту комиссию. У нас всё покупается и продаётся.
— Жаль, что так происходит, — мама покачала головой. — Раньше были другие люди и другие времена. Был какой-то смысл в жизни, а вашему поколению досталось. Вот и ты у меня пошла на рынок. Я как представлю тебя там: у меня сердце кровью обливается.
— Да ладно тебе. Мы другого не знаем. Это ваше поколение за идею работало, магистрали всякие строили, к коммунизму стремились. Мы дети другие, поэтому перестраиваемся быстро. Мне нравится работать, тем более, я же не стою на рынке, а руковожу процессом.
— Но ты же стояла до этого.
— Это было недолго, всего месяца три, наверное.
— Ты очень изменилась, — мама внимательно смотрела на меня, видимо искала прежнюю Вику. — Стала сильно краситься и выглядишь от этого взрослее.
— А помнишь, ты хотела, чтобы я взялась за ум и ругала меня, что я целыми днями только гуляю?
— Как давно это было, — мама отвела взгляд, ей было тяжело вспоминать о прошлом. — Мне бы хотелось другой жизни для тебя.
— Давай не будем снова, мамуль. Мне нравится быть взрослой, мне нравятся деньги, и я люблю их тратить.
— Ну, кто бы мог подумать?! Раньше я думала, что тебе нравятся только мальчики.
— Я поняла, что в жизни есть более стоящие занятия, чем встречаться с тремя парнями одновременно.
— А как поживает твой дружок Вадик?
— Наверно, хорошо.
— Вы больше не дружите?
Я вздохнула.
— Мне некогда, да и не хочется. Сейчас мне интереснее общаться с ребятами постарше, например, с Леной и Андреем.
— Ну что ж, это хорошо. Честно говоря, мне твой Вадик никогда не нравился. И тебе он не подходит.
Я улыбнулась и подумала про себя: мамины вкусы не изменились.
— Согласна с тобой, — поддержала я ее с энтузиазмом. Знала бы мама, после каких событий я поняла, что Вадик не для меня. — Надеюсь, я когда-нибудь познакомлю тебя с хорошим парнем, который тебе понравится.
Интересно, что сказала бы мама, если бы узнала, насколько близкими у меня с Вадиком были отношения?
Было очень хорошо, что мама не заговаривала со мной о Коленьке. По какой-то странной рассеянности она не спрашивала меня, где я живу. Наверно, полагала, что я живу дома, а он убрался восвояси или просто не желала думать о нём. Как бы не так?! Этот негодяй по-прежнему жил в нашей квартире, а я продолжала снимать квартиру в Коломенском. Несколько раз я, надеясь, что он уехал, звонила, но он неизменно оказывался дома. Юридически он оставался мужем моей мамы и, соответственно, обладал правом проживания. Конечно, можно было подать на него в суд, но это должна была сделать моя мама, и в лучшие времена далёкая от судебных дел, а сейчас и подавно. Так что, этим вопросом в любом случае заниматься мне, а я была несовершеннолетней, что значительно осложняло дело. Вернуть квартиру для меня — дело чести. Это моя память о любимом отце, счастливом детстве и нашей дружной семье. К тому же мне надоело жить в чужой квартире с чужими вещами. Я хотела просыпаться, подходить к окну и видеть купола Новодевичьего монастыря.
Как-то днем мы с ребятами проезжали недалеко от Коломенского, и я пригласила их зайти. Мы уютно уселись в комнате за журнальным столиком и закурили. Лена подошла к окну.
— Ой, красота какая. Андрюшка, ты посмотри. Речка блестит, пароходы плавают.
Андрей подошёл к окну.
— Здорово. А у нас из окна только двор и дома, неинтересно.
— Да разве это вид, — обречённо махнула я рукой. — Вот из моей квартиры можно увидеть и реку, и озёро, и Новодевичий монастырь. Выйдешь на балкон — сразу настроение улучшается.
— А почему ты там не живёшь? — спросил Андрей.
— Даже не знаю, как выгнать одного человека оттуда.
— А ну-ка рассказывай, — потребовал Андрей.
— Неохота, — я уже начала жалеть, что сболтнула лишнее.
— Давай-давай, — настаивала Лена. — У Андрея есть бывший одноклассник, который занимается квартирными делами.
— Да ну тебя, Лена, — махнул он на неё рукой. — Он страшный человек. Рассказывай, — Андрей посмотрел на меня.
Так слово за слово они вытянули из меня всю историю про маму и Коленьку, только об отце я умолчала, не хотелось, чтобы ребята знали.
— Надо гнать мерзавца, тут все средства хороши. А куда ты мать перевезёшь после больницы?! — задумался Андрей.
— Не знаю, я уже всё передумала. Убить его самой или нанять кого?! Ненавижу его! Всю жизнь нам испортил, — я закурила.
Ребята последовали моему примеру, и некоторое время мы молча пускали дым.
— Андрей, — прервала нашу паузу Лена, — все же давай Вику познакомим с Сергеем. Он поможет или совет даст к кому обратиться?
— Как бы он её тоже без квартиры не оставил, — хмыкнул Андрей. — Ты же знаешь, чем он занимается?!
— И чем же? — поинтересовалась я.
— Находит алкашей, спаивает их, а потом выселяет куда-нибудь в деревеньку с ящиком водки вместо доплаты.
— Здорово, — засмеялась я. — Хороший мальчик.
— Очень хороший. Уже не знает, какую тачку себе купить. Только меняет квартиры, девок и машины.
— А, по-моему, он ничего, — возразила Лена. — Ты просто ему завидуешь.
— Завидую? — разозлился Андрей. — А когда он даже к тебе клеиться начал, хотя знал, что ты моя?
— Да ладно тебе, — рассмеялась Лена. — Тебе показалось с пьяных глаз, он сделал мне всего пару комплиментов, просто он такой… обходительный.
— Обходительный, — проворчал Андрей. — Вот и обходит всех.
Мне надоел их спор, и я вмешалась:
— Слушайте, ну мне же не замуж за него. Какое значение для меня имеют его моральные принципы? Он поможет мне или нет, поэтому давайте позвоним и спросим.
— Давай, звони, — Лена подала ему трубку телефона. — Ради Вики!
Не выдержав нашего натиска, Андрей набрал номер.
— Будь с ним осторожна, — увещевал он меня, как будто мы должны встретиться через полчаса.
— Нашёл глупенькую школьницу, — фыркнула я.
Андрей быстро поговорил и повесил трубку.
— Завтра в семь часов он будет в нашем кафе.
— А почему ты по телефону не спросил, может он помочь или нет? — расстроилась я.
— Он все дела решает, только глядя клиенту в глаза. Правило у него такое.
— Ну ладно, подождём до завтра, — согласилась я. — Это хотя бы будет первый шаг навстречу решению проблемы.
Не знаю почему, но мне казалось, что я на правильном пути, несмотря на предостережения Андрея.
День выдался тяжёлым и неудачным. Торговли не было, поэтому мы долго перебирали розы, пытаясь спасти то, что ещё можно реализовать завтра. Потом разбирались с продавщицей, которая приносила маленькую выручку: работала на себя. Поставщики подняли закупочные цены, на одной точке забрали разрешение на торговлю, а под вечер заявилась наша «крыша», которая нас охраняла, а на самом деле просто забирала деньги. В общем, к тому моменту, когда мы попали в наше кафе, которое находилось недалеко от подвала, я была вымотана до предела и с тоской думала, что дома меня ждёт романтический вечер с учебником физики.
Лениво потягивая коктейль исколотыми, без маникюра, руками, в грязных джинсах и непричёсанная, я сидела напротив входной двери. Вдруг, в кафе вошёл, можно даже сказать влетел, молодой парень в белой выглаженной рубашке, кожаной куртке и свободных брюках. Белый цвет прекрасно оттенял бронзовый загар. Светлые прямые волосы аккуратно пострижены и уложены волосок к волоску. Незнакомец остановился посередине зала и оглядывал столики. Андрей помахал ему рукой и через мгновение нас уже представляли друг другу. Если бы я только знала, что Сергей окажется таким красавцем, я бы навела полный марафет и встречала бы его во всеоружии. Чувствуя себя не лучшим образом, я не принимала участия в общей беседе и старалась не смотреть на него слишком часто. Обмен общими фразами быстро закончился, ребята попрощались: надо было принимать выручку и остатки цветов. Мы остались одни, я смотрела в окно, с трудом представляя себе наше дальнейшее сотрудничество. Ни разу в жизни я не чувствовала такого смущения перед мужчиной. Сергей дотронулся до моей руки.
— У меня есть предложение, — начал он.
Я заметила, какие у него длинные ресницы и насмешливые зеленые глаза.
— Давай уйдём отсюда?