Татьяна Лисицына – Цветок на ветру (СИ) (страница 40)

Зоя потупилась. Её семейная жизнь вряд ли бы вызвала у кого-нибудь чувство зависти. Но ведь Руслан рисует в своём воспалённом мозгу совершенно другие картины и не стоит ли его в этом разубеждать. Зачем ему знать, что её вторая попытка обрести счастье в семейной жизни оказалась неудачной. Ей больно признаться самой себе, что она опять ошиблась. Да, если иметь в виду эту пресловутое женское счастье, то оно у неё было, она полностью удовлетворена как женщина, но ее прошлое продолжает стоять между ними.

— Как поживает мой преемник? — Руслан тронул Зою за локоть.

— У нас всё хорошо, — отрезала Зоя и холодно добавила: — И будь добр, поскольку я вынуждена встречаться с тобой, давай не будем касаться личных тем.

Руслан рассвирепел. Эта девчонка опять пыталась поставить его на место. Каким же чудом ей всегда удавалось держаться на высоте, не опускаясь до скандалов и ссор?

— Да как можно этого избежать? — возмутился он. — Я ещё не спросил, как мой отец? У них с твоей матушкой всё так же хорошо, как и у тебя?

— Боюсь, что да. Ты был не прав, утверждая, что отец делает это тебе назло. Он на самом деле любит мою мать, — взгляд серых Зоиных глаз был насмешливым, хотя ей было грустно. Никто не должен знать, как тяжело ей приходится. Главное, что со стороны всё выглядит прекрасно. Она — успешная молодая женщина, у которой свой бизнес, счастливая семейная жизнь. Пусть будет так. И да захлебнуться Яковлевы в своей зависти.

Руслан еле сдерживался. У неё всё хорошо. У её матери всё хорошо. Почему же у него всё так плохо? Почему он, единственный пострадавший в этой ситуации, из которой все вышли с победой? Он не должен этого допустить. Он восстановит справедливость и отомстит им всем. С тайной радостью он успел заметить, что Зоя привязана к дочери. Его решение было правильным. Он отнимет у неё самое дорогое, и до конца жизни она будет страдать от неизвестности. Он заставил себя выпрямиться и сесть прямо. Осталось недолго подождать. Он выдавил из себя подобие улыбки.

— Пожалуй ты права. Не будем о прошлом. Лучше расскажи, как привлечь внимание Кати. Я хочу стать ей другом. Поверь мне, как бы не складывались её отношения с твоим настоящим мужем, для девочки будет лучше, если она будет знать, что родной отец любит её.

Зоя не могла не согласиться с этим утверждением. Возможно, не стоит мешать ему, подружиться с дочерью. Катюше не хватает мужского внимания. Она повернулась к Руслану и достаточно дружелюбно предложила:

— Катя очень любит киндер-сюрпризы. Вы можете прогуляться до киоска.

— Было бы замечательно, — выдавил из себя Руслан, отводя глаза, словно боялся, что Зоя сможет прочесть его мысли.

Зоя встала со скамейки и подошла к Кате.

— Катюша, — нежно сказала она. — Твой папа обижен, что ты не обращаешь на него внимания.

— Но мне интересно здесь, — топнула дочь ножкой в красном новом ботинке.

— Жаль, а папа хотел купить тебе киндер-сюрприз.

— Правда? Тогда я иду, — сразу согласилась девочка. — А ты пойдёшь с нами?

— Нет, мне надо приготовить ужин. Он приведёт тебя домой. Если ты не боишься?

— Я никого не боюсь и этот дядя… папа… совсем не страшный, — Катя вприпрыжку подбежала к скамейке, глядя вопросительно на Руслана.

— Ты любишь сюрпризы?

— Да.

— Тогда поехали.

Он посадил Катю к себе на плечи и повернулся к Зое. Она быстро сказала:

— Я думаю, вы справитесь вдвоём.

Руслан благодарно кивнул. Катя помахала ей рукой, а Зоя направилась к дому, чувствуя себя ещё более несчастной, чем обычно. Эта простая сцена, когда отец сажает ребёнка на плечи, вызвала в душе бурю эмоций.

С этого дня Руслан старался делать всё возможное, чтобы завоевать Катину любовь. Все свободные дни он стал проводить с ней. Каждый раз придумывал новые развлечения: зоопарк, детский спектакль или прогулка на лошадях. Казалось, его выдумкам и новым игрушкам не будет конца. Вернувшись домой, Катя взахлёб рассказывала, где они побывали и показывала подарки. Слушая её, Дмитрий Александрович как-то заметил:

— Ума не приложу, что случилось с Русланом. Откуда такая любовь к ребёнку?

Зоя тоже удивлялась, но у неё было слишком много дел, чтобы как следует поразмыслить над этим, и она даже радовалась освободившемуся времени. Дела шли так хорошо, что они с Марьяной уже подумывали об открытии ещё одного магазина. Одежда для детей и мам пользовалась успехом — каждую новую коллекцию быстро раскупали. У них уже были постоянные покупатели, которые признавались, что Зоины вещи сделаны лучше и качественнее, чем те, что продавали на вещевых рынках. Марьяна даже предлагала придумать свой фирменный знак, но Зоя только посмеивалась.

Как-то раз, когда оживлённая и полная новых идей, она пришла с работы, то заметила, что Юра, встретивший её в прихожей, был особенно мрачен.

— Что случилось? — спросила она, останавливаясь на секунду перед большим зеркалом, чтобы полюбоваться своим отражением. Сегодня она надела новый летний костюм с короткими рукавами, который ей очень шёл. Прежде чем заказать его для магазина, Зоя решила походить в нём сама.

— Любуешься собой? — спросил исподлобья Юра.

— Вовсе нет. — Зоя села в кресло. — Просто думаю, насколько эта модель понравится покупателям. — А что ты такой печальный?

— Сегодня я столкнулся с Русланом, когда он приводил Катю домой.

— И что?

— Может и ничего. Просто я подумал, что не могу вспомнить, когда последний раз мы с тобой вместе проводили время.

— А причём здесь Руслан? Я же была не с ним, а на работе.

— Руслан напомнил мне о прошлом, и я понял, что устал тебя ревновать и добиваться твоего внимания. Я устал делить тебя с твоими близкими, Марьяной и твоим магазином. Если бы можно было взять тебя в охапку и увезти от всех, чтобы ты принадлежала только мне, и не существовало ни прошлого, ни знакомых, ни обязанностей — только ты и я.

— Юрка, это твой вымышленный мир, которого не существует.

— Ну почему же? У меня есть бабушкина квартира, в ней никто не живёт, — собирайся и поехали.

— А Катя?

— Катя останется здесь.

— Странный ты человек, — удивилась Зоя. — Неужели ты думаешь, что я могу это себе позволить? Как, по-твоему, будет чувствовать себя мать, которая бросила своего ребёнка? Ты думаешь, я буду там счастлива?

— Не думаю, — уголки Юриных чётко-очерченных упрямых губ опустились вниз. — Забудь об этом. Я просто так предложил. От отчаяния. Скажи, Зоя, а зачем я тебе нужен? Тебя постоянно нет дома, а когда приходишь, то занимаешься Катей или своими моделями. Я больше так не могу.

— Твои предложения? — спросила Зоя несколько резче, чем обычно. Последнее время Юра часто затрагивал эту тему в разговоре, и ей стало надоедать его нытьё.

— Я думаю, нам больше нет смысла обманывать друг друга, что у нас всё хорошо.

— И? — подняла брови Зоя.

Юра бросил взгляд в окно, потом на неё и решительно сказал:

— Нам нужно расстаться.

— Ну, если ты окончательно решил, — медленно сказала Зоя, ещё не веря в то, что он всё-таки произнёс эти страшные слова. — Только имей в виду: я не буду с тобой встречаться.

— Я уже это понял, ты совершенно права. В этом нет никакого смысла. Нам нужно забыть друг друга.

Зоя чуть не заплакала. Ну почему, когда у неё был такой хороший день в магазине, ему нужно было затеять этот разговор? Вот именно сегодня она совершенно не намерена успокаивать его и говорить нежности. Может, он прав, им будет лучше порознь?

— Тебе помочь собрать вещи? — нарочито холодно спросила она.

— Я уже собрал. Завтра за мной заедет Майкл на машине и отвезёт меня домой. А сейчас, если ты не против, я поеду к друзьям. — Он подошёл к ней и сел у её ног, опустив голову на её колени. — Прости меня. Я не оправдал твоих надежд. Но я больше не могу здесь жить. Было ошибкой прийти жить в твой дом.

Зоя молча гладила его по голове, перебирая его жёсткие волосы, с грустью замечая седые прядки так и не повзрослевшего ребёнка. Ему нужна совершенно другая жизнь: холостяцкая, весёлая, с песнями под гитару и ни к чему не обязывающими отношениями с девушками. Только почему же так рвётся из груди сердце и так тоскливо на душе? Ведь если с Русланом ей было легко расстаться, потому что она не любила его, то на этот раз она отчётливо понимала, что как мужчина и женщина, они были созданы друг для друга. Почувствовав её руку, Юра поднял к ней лицо: в его глазах стояли слёзы:

— Ты не сердишься на меня?

— Я не могу на тебя сердиться, — она встала с кресла, чтобы перебороть желание броситься к нему в объятия и сказать, что любит его. Да, любит, несмотря на его инфантильное отношение к жизни, бесконечные выдумки и эгоизм. Но что толку от этой любви?

— Зоя!

— Уходи, нет смысла затягивать с этим, — бросила она, выходя на балкон.

Она услышала, как хлопнула выходная дверь, отозвавшись болью в измученной душе. Одна, опять одна. Да что же это такое? Ведь ей всего лишь хотелось обыкновенного женского счастья и заботы. Но видно это не её судьба. Она проводила взглядом быструю летящую походку своего мужа и на какой-то миг позавидовала ему. Он поедет к друзьям, выпьет вина, неугомонный Майкл его с кем-нибудь познакомит. А она? Уложит дочку спать и ляжет в постель, чтобы завтра проснуться и начать новый безрадостный день без любви.

В дверь тихо постучали.

— Можно к тебе? — услышала она мягкий голос дедушки.