Татьяна Лисицына – Цветок на ветру (СИ) (страница 10)

— Нет, про войну. Ты был ранен?

— Да, попал в плен, но удалось бежать. Кости срослись неправильно, и теперь нога постоянно даёт о себе знать, но я уже привык этой боли. Есть вещи, которые гораздо тяжелее переносить.

— Ну, сбылась твоя мечта? Ты вернулся героем!

— Да, вернулся героем, есть награды, но… — он остановился и посмотрел на Зою, сидящую перед ним в джинсах и футболке. На мгновение ему показалось, что она разыграла его со свадьбой. — Неужели ты выходишь замуж?

— Да, — Зоя отвела глаза. — Но ты должен знать, что я горжусь тобой. Ты такой смелый, такой… — она не могла подобрать слов, и ей захотелось плакать.

— Тогда почему ты выходишь замуж за другого?

— А почему ты никогда не говорил мне, что любишь меня?

Юра отвернулся и подумал, что уже слишком поздно. Зоя не из тех, кто убегает из-под венца.

— Я и сейчас тебе не скажу, что люблю.

— Тогда зачем всё это?

— Я пришёл поздравить тебя со свадьбой.

— Спасибо, ты можешь остаться и присоединиться к другим гостям.

— У меня нет настроения, и я боюсь испортить твой праздник.

— Тогда зачем ты пришёл?

— Я должен сказать тебе одну вещь. Я выжил благодаря тебе. Твоя фотография, вот эта, — он достал небольшую карточку, где Зоя была снята в школьной форме, — была со мной повсюду, даже в плену. Когда мне было больно, я смотрел на твоё лицо, и это придавало мне сил. После похорон товарищей я доставал эту фотографию и благодарил судьбу за то, что у меня есть ты. Когда мы сбежали из плена, меня мучила жажда, а воды достать было негде, я смотрел на фотографию и терпел. Когда я умирал от голода, я снова доставал твою фотографию, — Юра поднял на неё глаза и увидел, сквозь пелену собственных слёз, слёзы в её огромных глазах.

Он поднялся и встал перед ней на колени, прижав её руку к своим губам.

— Я пришёл сказать тебе спасибо за то, что ты есть, — он неловко поднялся с колен и, не прощаясь, пошёл к выходу, а потом оглянулся. Она плакала. Он будет плакать всю жизнь, потому что больше никого не сможет полюбить.

Глава 7

Диана Дмитриевна и Марьяна приехали пораньше, чтобы помочь Зое одеться и застали её в слезах.

— В чём дело, доченька? — Диана Дмитриевна бросилась к дочери. — Ты не хочешь выходить замуж?

— Я не знаю. Я, вообще, ничего не понимаю. Он вернулся, он любит меня, а я…

— Да о ком ты говоришь? — нетерпеливо спросила Марьяна.

— О Юре, он был здесь. Что же мне делать? Что я, вообще, делаю?

— Успокойся, Зоя, — Марьяна подошла к ней. — Через два часа приедут гости. Всё хорошо. Просто Юрка немного расстроил тебя, но я всегда говорила, что он к тебе не равнодушен. Он тебе никогда не нравился, ты говорила, что он маленький для тебя.

— Он изменился, он прошёл войну, и… — Зоя вопросительно посмотрела на маму.

— Зоя, доченька, ты ведёшь себя глупо. Он что, сделал тебе предложение? Зачем он, вообще, явился к тебе? Марьяна, ну скажи ты ей? Я уже сама ничего не понимаю. Может, ей не надо выходить замуж? Но у нас всё готово, — она беспомощно развела руками.

— Да какого чёрта Юрка молчал столько лет?! — возмутилась Марьяна. — Забудь ты его. Выходи замуж и будешь счастлива. Руслан в тебе души не чает, а этот наш одноклассничек еще десять лет тебе голову морочить будет. Одни фантазии в голове, то война, любовь. Успокойся, пожалуйста. Здесь есть валерианка? — она пошла на кухню, где Дмитрий Александрович по-прежнему резал салаты.

— Что с Зоей? — всполошился он.

— Всё нормально, нервная лихорадка перед свадьбой, — заверила его Марьяна и, накапав двойную дозу в хрустальную рюмку, вернулась в комнату. — Диана Дмитриевна, мне кажется на кухне нужна ваша помощь.

Нахмурив подведённые идеальной формы брови, она выплыла из комнаты. Марьяна тут же подсела к Зое и горячо заговорила:

— Ты же помнишь, как ты мне рассказывала, что всегда мечтала иметь семью, где всё будет спокойно, не так как у наших родителей, а по-другому, где детей не будут ругать за плохие отметки, а всегда будут стараться их понять? Семью, в которой дети и родители смогут быть друзьями, и им никогда не будут трепать нервы понапрасну? Дом, где будут царить шутки и смех, а не нотации и замечания? Помнишь?

— Помню, — всхлипнула Зоя, делая глоток валерианки.

— Пей всё до конца. Сегодня у тебя есть шанс осуществить свою мечту. Руслан серьёзный парень, который любит тебя. И то, что ты не безумно влюблена, вовсе не означает, что ты не должна выходить за него.

— Наверно, ты права.

— Так в чём же дело? В этом герое, которому чужая война мозги снесла напрочь? Только полный идиот будет ждать пять лет, чтобы признаться в любви и сделать это в день свадьбы с другим мужчиной. Вот пять лет молчал, а сегодня пробило, да? — Марьяна всплеснула руками, и её волнистые кудри разлетелись по плечам. — Да и, вообще, какой из него муж?! Вот песни петь под гитару где-нибудь в клубе — это для него, а семейные обязанности и воспитание детей ему совершенно не подходят. Он убежит от всего этого через месяц, даже если осмелится сделать тебе предложение. Да и в том, что дело дойдёт до свадьбы, уж извини меня, подружка, я тоже сомневаюсь.

— Ты всегда недолюбливала Юру, — сказала Зоя, тем не менее, отмечая в словах подруги здравый смысл.

— А сейчас ещё больше, особенно после того, как он тебе испортил настроение в такой день. Ведь, если ты откажешь Руслану, потеряешь его навсегда. А получится ли у тебя что-нибудь с афганским героем, ещё неизвестно. Насколько я понимаю, он не сказал, не выходи за Руслана, а выходи за меня?

— Нет. Да, ты права, во всём права, — Зоя подошла к окну и снова посмотрела на лужи. — Я сама не знаю, что со мной такое. Может, это дождь на меня так действует. Ненавижу дождь, и надо же было ему пойти в день свадьбы.

— Ну ладно тебе, — Марьяна тоже подошла к окну. — Машину подадут к самому подъезду, и ты не успеешь промокнуть.

Зоя улыбнулась своей подруге:

— Принеси мне платье.

В конце концов, всё улеглось. Зое уложили волосы, а умело наложенный тональный крем скрыл следы слёз. Ей стало стыдно за своё глупое поведение перед мамой и Марьяной. «Всё хорошо, — твердила она, рассматривая себя в зеркало. — Мы будем очень счастливы, и у меня будет та самая семья, о которой я мечтала».

Свадьба была тихой и скромной, кроме Марьяны с её новым знакомым были только родственники. Дождь лил целый день, поэтому Зоя и Руслан только положили цветы к Вечному огню в Александровском саду и поехали домой. После регистрации Зоя успокоилась и заставила себя выкинуть все мысли о Юре из головы. «Всё свершилось, я замужем», — повторяла она, любуясь Русланом в красивом бежевом костюме. После застолья, как положено, были танцы, и к её удивлению, отец Руслана всё время танцевал с Дианой Дмитриевной. Он, вообще, весь день оказывал ей всяческое внимание, был очень мил и предупредителен, к тому же совершенно не пил. Даже не верилось, что это был тот самый угрюмый человек, который в их первую встречу весь день просидел в углу.

— Умеет, ведь если хочет, — ответил Руслан, когда Зоя заметила, что его отец сегодня совсем другой.

Зоя наблюдала за мамой: внимание Андрея Валерьевича ей нравилось. Её глаза так и сверкали, и, вообще, она сегодня выглядела особенно красивой в своём тёмно-синем, подчёркивающем стройную фигуру, платье. И Зоя совершенно некстати подумала, что её мама и отец Руслана хорошо смотрятся вместе.

Через две недели после свадьбы Зоя и Руслан уехали в свадебное путешествие на юг, где пробыли целый месяц. А по приезде, когда Зоя заехала в Кузьминки, она нашла маму удивительно похорошевшей и весёлой.

— Мамочка, ты чудесно выглядишь! — воскликнула Зоя.

Диана Дмитриевна помолодела лет на десять, стала лучше одеваться, в её походке появилась незнакомая плавность. Внимательная Зоя сразу поняла: причина одна — мама влюблена и любима. Вдруг сразу вспомнилось, как мама с отцом Руслана танцевали на свадьбе. Словно они были одни в целом мире, а не под ревнивым взглядом Надежды Ивановны.

— Не может быть, что бы это был Андрей Валерьевич?!

В глазах Дианы Дмитриевны сверкнул вызов.

— Да, это он. Ну и что?! Разве ты не рада за мать?

Зоя опустилась на табуретку.

— Мама, но он же отец моего мужа?! Что будет, если Руслан узнает?!

— Я семьи не разрушала. Надежда Ивановна первой подала на развод.

— Всё так, но…

— Андрей — свободный мужчина, я — свободная женщина, ну а то, что он отец Руслана, так это просто совпадение.

Зоя опустила голову, чтобы не видеть сияющих глаз матери. Она всё время хотела, чтобы её мать нашла мужчину, который бы любил её. Но почему им оказался отец мужа? Как всё запутано теперь!

— А ты знаешь, что Надежда Ивановна не собиралась с ним разводиться? Она хотела, чтобы он остался один и страдал, а потом просился обратно.

— Какая чушь! Такой красавец обязательно нашёл бы кого-нибудь. Не меня, так другую.

— Но нашёл он тебя, и ты моя мама, и я не знаю, что сказать т Руслану.

— А ты ничего не говори! Может, он сам догадается?! Или ещё что-нибудь случится. Зачем спешить?

Диана Дмитриевна подошла к Зое и обняла её.

— Зоя, мы так счастливы! Андрей говорит, что полюбил впервые в жизни.

— А я слышала, что он не пропускал ни одной юбке в гарнизоне, где они жили. А потом приходил пьяным и издевался над матерью.

— Он обещал мне больше не пить, — нахмурилась Диана Дмитриевна. — Руслан преувеличивает. И, вообще, Надежда Ивановна Руслана нагуляла. А Андрей его вырастил, как родного сына.