Татьяна Лисицына – Без мужчин жить проще (СИ) (страница 19)

— Как тебе это удалось? — Тамара восхищённо смотрела на меня. — Ты, наверно, создана для этой работы. Люди тебя слушают.

— Нет, Тамарочка, я всегда хотела другого. Для меня это всего лишь очередной переходный этап. Надеюсь, что скоро я пойму для чего же я всё-таки пришла в этот мир.

— Ого! — Слава, который сидел впереди, видимо услышал мои последние слова и повернулся ко мне. — Какая ты оказывается серьёзная, Наташка, а я раньше и не замечал.

— А мужчины вообще имеют обыкновение не замечать, что творится у них под носом, — сказала я.

— Ты о чём?

— Да так, — я пожала плечами. — Долго объяснять. Когда-нибудь сам поймёшь.

У входа в метро меня остановила Лада. В новом чёрном коротком пальто и замшевых тёмно-малиновых полусапожках, она стояла передо мной, светясь от счастья.

— Ну, как я выгляжу?

Она без сомнения ожидала, что я начну восхищаться её новой дорогой одеждой. Она действительно хорошо выглядела, и я без тени зависти была рада за неё, хотя способ, каким она получила эти обновки, был мне не приятен.

— Просто великолепно, — выдавила я комплимент.

— Куда ты спешишь? — спросила Лада.

— В кондитерский магазин за конфетами, чтобы поднять настроение.

— Какая ты сладкоежка! Постоянно ешь шоколадки и не поправляешься, — Лада покачала головой, она строго следила за фигурой и не позволяла себе лишнего, опасаясь лишних килограммов. — Пойдём, выпьем кофе, мне надо столько тебе рассказать.

— А ты не пойдёшь на работу? — спросила я. — Ты не была там уже несколько дней.

— Не могу себя заставить. Такая тоска — продавать квартиры. Меня тошнит от клиентов, которые вечно что-то хотят и от всего нашего коллектива, где все разговоры о недвижимости, как будто поговорить больше не о чем.

— Тогда зачем ты меня тянешь в кафе, если я тоже буду надоедать тебе разговорами о квартирах?

— Не обижайся, Наташ. Ты другая, я чувствую, ты не такая как они, — Лада ухватила меня за локоть. — Идём скорее, пока Славка не вышел с работы: я совершенно не хочу с ним встречаться.

Мы заняли столик у окна в кафе и взяли по чашечке крепкого восточного кофе, а я ещё заказала себе два пирожных, чтобы разговор был не такой горький.

— Наташка, какой мужик! Ты не представляешь! Какой темперамент! — начала Лада, как только официантка отошла от нашего столика.

— А какой кошелёк! — я покосилась на её новые сапожки.

— Да, с этим всё в порядке, — не обиделась Лада. — Знаешь, куда он возил меня на выходные?

— Куда? — спросила я с набитым ртом.

— Мы были в Праге. Сказочный город. Жаль только, что мы пробыли там всего три дня. Но каких! Он выполнял все мои желания. Я давно не была так счастлива!

— Рада за тебя! Вижу, что всё шло по задуманному сценарию — Прага, ресторан, шикарный отель, и ты сдалась, верно?

— Ты меня осуждаешь или завидуешь? — спросила Лада.

— Нет, Ладка, не завидую и не осуждаю. Это только твоё дело и если ты счастлива, я за тебя рада.

— По тебе этого не заметно, — Лада обиженно надула губки. — Я, наконец, встретила мужчину моей мечты, а моя подруга за меня не рада. Кстати, завтра мы ужинаем вчетвером. Приехал его друг, очень богатый дядечка, и я хочу тебя познакомить.

— Спасибо, Лада, но я не хочу. Я простая девушка, и мне не надо этих ресторанов, подарков и всего такого. Мужчины такого сорта меня не привлекают. К тому же я ненавижу, когда меня приводят для знакомства.

— Ты уже не можешь отказаться, — заявила Лада. — Сходим, поужинаем, он отвезёт тебя домой на машине и всё. Если ты не захочешь, ничего не будет. Просто я уже обещала. К тому же тебе полезно развеяться. Да и жизнь пора тебе устраивать, подруга. Ты хотя бы о дочке подумай. Сможешь ей всё купить, да и себе тоже. Посмотри, как ты одета?! Одни джинсы и пара свитеров. Мужчин надо использовать! Неужели ты думаешь, что, работая в агентстве, ты получишь такие деньги?

— Нет, не думаю, — ответила я, слегка задетая её замечанием о моём гардеробе. — Просто я не хочу ни от кого зависеть.

— И не надо! У тебя какие-то извращённые понятия о честности и порядочности. Ты как будто из другого века. Посмотри вокруг — мир изменился, всё вертится вокруг денег. Если у тебя есть деньги — ты можешь купить всех. Прошли те времена, когда люди работали за идею! Эти мужики где-то наворовали денег, вот пусть и поделятся с нами, а мы подарим им несколько часов своего внимания.

— Знаешь, на что это похоже? — я отодвинула недопитую чашку кофе. Зря я всё-таки пошла с ней, последнее время у нас нет того понимания, которое было. Стоило Ладе попасть в другую среду, как она мгновенно изменилась, — стала высокомерной и заносчивой.

— Понятие выгодной партии для женщины существовало всегда. А я собираюсь выйти за него замуж, а не ходить у него всю жизнь в любовницах.

— Хорошо, хорошо, — я устало махнула рукой и посмотрела на часы. — Мне надо в школу, дочку забирать, — соврала я, чтобы прекратить бесполезный разговор. Кто я такая чтобы её осуждать?

— Так как насчёт завтра? Ты меня подведёшь, если откажешься.

— Только ради тебя, — согласилась я.

Я понимала: Лада хотела меня познакомить из своих лучших побуждений, потому что действительно хотела, чтобы я устроила свою жизнь. Но у нас оказались совсем разные взгляды на отношения между мужчиной и женщиной. Я верила в рай в шалаше с любимым и понимала, что никакие подарки не удержат меня в золотой клетке.

Глава 19

Дома мне позвонила Людмила. Та самая девушка из квартиры в доме ЦК, у которой муж был прикован к инвалидному креслу. Голос у неё был тихий и подавленный.

— Наташа, у меня изменились обстоятельства, и я хочу срочно продать квартиру. Вы можете мне помочь?

— Вы знаете, — начала я осторожно. — У вас очень хорошая квартира, но цена на неё непомерно завышена, а ваш муж против снижения, поэтому я…

— Он умер, — сказала она, еле сдерживая слёзы. — Он умер несколько дней назад, и теперь я всё решаю сама и готова снизить цену.

— Примите мои соболезнования.

Она всхлипнула:

— Вы, наверно, думаете, что это к лучшему. Какая жизнь у калеки?

— Нет… — попыталась что-то сказать я, но Людмила перебила меня.

— Вы поймите, когда с ним случилась эта беда — его ранили в позвоночник, для меня ничего не изменилось. Он мне был нужен в любом состоянии — больной, неподвижный, слепой, только бы он был рядом. Вы не представляете, как с ним было интересно. Мне многие говорили — тебе двадцать лет, бросай его. Зачем тебе муж калека? А я даже представить себе не могла жизни без него. Конечно, обидно, что так получилось, что он смог перемещаться только в инвалидном кресле, но он был жив, и мы были вместе, понимаете? Мы всё равно были вместе, я просыпалась и благодарила Бога, за то, что он оставил его в живых. Подумаешь, без ног? Просто немного больше проблем, а так всё осталось как раньше. Мы даже машину переделали, чтобы он мог помещаться там вместе с креслом. Мы продолжали работать и вести активный образ жизни. А теперь его нет, и я не знаю, зачем мне нужен этот мир без него! Хочу уехать из этой квартиры, где мы были счастливы вместе и попытаться начать жизнь заново. Я должна это сделать, хотя бы ради сына и его матери, которую я, конечно, не оставлю одну.

Ну что я могла ей сказать? Такие женщины всегда восхищали меня. И, слава Богу, что на свете есть ещё люди, которые так думают и так живут. Мало кто продолжал бы любить мужа, неожиданно ставшего инвалидом, и вряд ли кто остался бы жить с его матерью после его смерти.

Я сказала ей что-то ободряющее и пообещала помочь продать её квартиру.

Мне нужно было искать нового покупателя для неё, моим старичкам из ЦК она не подходила, у них появилось новое требование — их новая квартира должна была быть с дорогим ремонтом, и я иногда думала, что просто зря трачу на них время.

После нашего свидания, которое устроила Лада, я чувствовала себя отвратительно. Осталось впечатление, что меня вываляли в грязи, хотя внешне всё было в рамках приличий. В таком удручённом состоянии я просто не могла остаться одна. Как я благодарна судьбе за то, что у меня есть Ира, которая всегда выслушает и поймёт.

— Наташка, ты почему так поздно? — испуганная сонная Ира стояла в дверях, придерживая накинутый халат, из-под которого виднелась ночная рубашка.

Только сейчас я осознала, что уже была ночь, и Ира, уложив девчонок, мирно спала, а я подняла её с постели.

— Прости, — я виновато посмотрела на неё. — Я не знала, что так поздно.

— Проходи, я сейчас посмотрю: не разбудила ли ты девочек.

Я прошла на её маленькую, уютную шестиметровую кухню, где мы обычно обсуждали наши проблемы. Ира вернулась в том же домашнем коротком халатике, только уже застёгнутом на все пуговицы с собранными в аккуратный хвост волосами. Она всегда была жуткой аккуратисткой: её день начинался с мытья полов, а за все годы знакомства я не видела у неё небрежного маникюра.

— Ну, выкладывай, что случилось?

В домашней знакомой обстановке я чувствовала всё произошедшее пару часов назад дурным сном и глупо молчала, не решаясь начать.

— Давай, давай. Ведь ты бы не явилась ко мне просто так в два часа ночи, если бы ничего не произошло?!

— Мне плохо, — сказала я и уронила голову на руки.

— Я же тебя предупреждала, чтобы ты не пила!

— А я и не пила, просто меня не покидает чувство гадливости.

— Что ещё ты натворила?