Татьяна Линг – Зов волков (страница 23)
Закинув ноги Андрею на колени, она целовалась с ним, абсолютно не смущаясь.
– Не помешаем? – Хосе пододвинул мне стул. – Омлет с чаем, – заказал он подскочившей к нам официантке.
– Моя несостоявшаяся невеста? – Андрей неохотно оторвался от своей волчицы. – Чем обязан, собственность Майкла?
Сказанное резануло слух.
– Мы хотим попросить помощи у вожака независимой стаи. – Хосе приосанился, готовый наброситься в любую секунду.
– Анна, – Андрей снова проигнорировал оборотня, – для чего ты пришла ко мне? Тебя разыскивает Майкл, ты его собственность, он заявил исключительные права на принадлежащего ему человека и сказал, что объявит войну любому, кто тебе поможет или спрячет. Потрудись объяснить, почему я не должен тебя сейчас же сдать твоему ненаглядному любовнику, а рисковать всей стаей, тем более что тут так некстати гости из других поселений?
Я честно не знала, что ему ответить. Благополучие его соотечественников и посторонний человек на чаше весов. Зная оборотней, нетрудно догадаться, что решение он, скорее всего, уже принял.
– Я свободный человек и хочу идти туда, куда хочу, жить там, где хочу, спать с тем, кого полюблю. Ты поможешь или мы зря теряем время?
Андрей промолчал и со вздохом посмотрел на Роззи, резко поднявшуюся после моих слов. Вожак протянул к ней руку, но она ее жестко оттолкнула.
– Чтобы ответить на этот вопрос, позволь мне рассказать тебе историю любви. Давным-давно молодой сын альфы увлёкся девушкой. Она была слабенькой в сравнении с подобными ей волчицами, ее в стае избегали за то, что она была результатом связи оборотня и женщины-человека. Соклановцы удивлялись уже тому, что волчица могла трансформироваться.
Чувства были взаимны. Молодой волк не желал видеть никого, кроме нее, своей женой. Он отказался от навязываемого выбора. Альфа, пытаясь разбить их чувства, решил лишить девочку и сына совместного светлого будущего и сделать ее подстилкой. Сын своего не отдал. Они дрались, но абсолютный приказ оказался сильнее.
Девушку изнасиловали, а за то, что яро сопротивлялась процессу, отметили шрамом, чтобы каждый раз, глядя в зеркало, она знала свое место. Отец забрал возможность сына и красавицы иметь детей. Оставаться при этом вожаком и сохранить единство стаи не представлялось возможным, это означало бы вымирание семьи.
Полукровка хорошо разбиралась в растениях, знания, которые получила от матери травницы, она использовала, чтобы опоить насильника. Когда отец не мог сопротивляться, его сын, зайдя в дом, легко удерживал альфу, пока девушка, обратившись, медленно пожирала его. Она получила сатисфакцию, а сын занял место альфы. Волчья стая, как ни странно, поддержала его. Главам кланов это жутко не понравилось. Старшим пришлось смириться – наследник у стаи только один.
Роззи вернулась к Андрею на колени, крепко поцеловала и впервые за все время ответила за альфу:
– Он поможет.
Мы с Хосе сидели потрясенными.
– Спасибо!
– О, все будет не так просто, как ты могла подумать…Та стая, – прищуриваясь, произнес он, – которую вы образуете, станет моим союзником. Согласна?
Я посмотрела на Хосе и повторила его движение: кивнула.
– На этом и порешили! – хлопнул в ладоши Андрей. – Куда едет волчица со своей Семьей?
– Домой… Нам нужны паспорта: канадские, американские и российские, наличные деньги и билеты.
Вожак ухмыльнулся.
– Молодец, мне, может, и правда не надо знать, где вы осядете. Сфотографируетесь на документы после того, как подкрепитесь и отдохнете. С представителями стаи Десмонда я договорюсь, они могут задержаться у нас на некоторое время, чтобы не пришлось обманывать босса, хотя, думаю, не в его интересах, чтобы Майкл нашел тебя, слишком большую опасность ты представляешь для его дочери. Паспорта и наличные будут готовы примерно через неделю. Летать советую раздельно и вообще, попутешествуйте, отдохните.
Он протянул мне обшарпанный аппарат. Судя по размерам и несуразно толстой антенне, спутниковый телефон.
– Связь для альф, – подмигнул мне, затем развернулся к Хосе – Приедешь один, ровно через неделю, ночью, дам все, что вам необходимо. Жаль, что ты не стала все-таки моей женой. Вы отлично сдружились с Роззи, а ей сложно понравиться.
Слышать такое в присутствии последней неудобно, но девушка, казалось, не испытывало негативных эмоций. Смирилась с тем, что родить наследника не может, поэтому Андрею рано или поздно потребуется другая женщина для продолжения рода альфы.
Началась самая нудная неделя в моей жизни. Мы скитались по различным отелям, мотелям, несколько раз спали в машине. Нам легко удавалось избежать столкновения только по той причине, что иногда мой телефон оживал, и я получала подсказку, куда не соваться. Удивительно, но Андрей обладал очень точной информацией о передвижениях Майкла. Я старалась не задумываться о том, что в оставленной нами стае есть свои соглядатаи.
Документы, сделанные моим сообщником, у сотрудников миграционной службы не вызвали никаких вопросов. Как это удивительно, не задумываясь, лететь на крыльях свободы туда, куда хочешь. Не знаю, как у вас, а у меня дорога вызывает неизменный трепет и надежду на то, что жизнь обязательно изменится в лучшую сторону. Именно в пути легко разложить проблемы по полочкам, найти совершенно новые решения. Когда самолет уносил меня прочь от Майкла, я понимала только одно: сегодня я снова убегаю, но наступит день и надо будет решить эту проблему навсегда.
Глава двадцатая
Лес обнимает меня. Нет ни звука, и это так странно. Хотя в чащах всегда относительно тихо, все равно присутствует дыхание этого огромного организма: то белка пробежит по веткам деревьев, то птица вспорхнет и закричит, то сорвется и упадет вниз с глухим стуком еловая шишка.
В моем лесу стоит гробовая тишина. Я иду, окутанная его молчанием, как ожиданием, дальше и глубже. Далеко, в его неизведанное. Там, где хранятся мои самые заветные фантазии и желания. В том лесу нет простора, нет неба и звезд. Это наше место, где мы иногда встречаемся. Там, где встречаются наши души ненадолго, чтобы разлететься далеко, в разные судьбы.
«Ты пришла, – обнимает его голос. – Родная, любимая, ты все-таки пришла».
«Да», – срываюсь на шепот, потому как вдохнуть воздух полной грудью не удается. Рада бы не приходить, но каждый раз пускаюсь бегом, по темным лабиринтам своего сознания к нему, лечу, словно от этого зависит моя жизнь.
«Как ты? Где ты, родная, я скучаю по тебе моя девочка! – продолжает он. – Ты же хочешь, чтобы мы встретились? Я ищу и не могу найти тебя!»
Стоп. Я хочу. Нет. Нельзя. Пытаюсь оттолкнуть его от себя. Нельзя говорить, нельзя позволить себя обнаружить. Что это? Кто это? Воздух вокруг становится тяжелым и липким, он начинает давить и смещать меня. Я уже не ощущаю его рядом, он ушел или это я ушла, убежала от него?
Начинается движение: из кустов, с разных сторон ко мне начинают стекаться волки, такие большие волки. Оборотни. Я понимаю, что здесь никого не должно быть, кроме меня и иногда его, что-то не так.
Они обступают меня необъятным морем, я никогда не видела такого количества огромных чудовищ. Оборотни смотрят молча, потом один выступает вперед, кладет свою огромную голову мне на плечо, и от этого контакта меня безысходность, обреченность, тоска. Что это? Это мои чувства от потери любимого? Или чувства этого, постороннего волка? Я отталкиваю его голову, мне больно такое испытывать.
– Ты кто? Вы кто?
Я не боюсь их. А следовало? Это мое место, почему они здесь, кто их сюда пустил? Оборотень склоняет голову набок, словно прислушиваясь к моим словам, стараясь понять, что говорю ему, будто до этого он не слышал никогда человеческой речи.
А потом они наступают на меня, стараясь прикоснуться, толкают, трогают, и меня вновь и вновь пронизывают то страх, то радость, то надежда, то снова разочарование. Не думала, что чувства могут быть настолько горячими и разрушающими. Голова буквально разрывается от их количества. Я кричу от боли…
Тягучая граница между сном и явью нехотя выпустила из своих цепких лап. Села на постели. Лицо продолжало нестерпимо болеть, будто от пощечины, в голове гудело, а в горле пересохло. Развернулась в поиске стакана с водой.
Вот он, рядом с кроватью, на добротной, деревянной тумбе. Выпив всю воду до конца, поставила чашку обратно. Сердце стучало, как после стометровки. Который час?
Сегодня такая лунная ночь, свет плавно стелился по деревянному полу прямо до кровати. Нога ступила на эту дорожку. Я подошла к окну и выглянула наружу.
В свои права уже давно вступила зима, навалив огромные сугробы. Они искрились и переливались в тусклом свете. Несколько дворовых фонарей желтыми пятнами разбавляли это серебряное свечение, без них картина была бы идеальной и магической.
За деревянной оградой нависали сосны и ели-гиганты; как ночные стражники, они охраняли меня от внешнего мира, как самую большую драгоценность.
Мой взгляд вернулся. В комнате от натопленного камина невыносимо жарко, и моя ночная рубашка неприятно липла к спине. Со стула, стоящего возле окна, взяла шаль и укуталась. Открыла окно на проветриваемый режим, вдохнула морозный воздух. Приятно потянуло по полу. Мне сейчас болеть совершенно нельзя, но и находиться в душном помещении сил совершенно не было.