Татьяна Лепская – Суши из дракона (страница 53)

Поранить дракона может только еще один дракон, но никак не обычная девушка или кто-то под ее личиной.

Я не доказал, что она оборотень, но уверен, что это не Элоиза. Кто угодно, но не она…

Чувствуя боль Тиона, я пыталась очнуться, выплыть из воспоминаний. Но словно в дурном сне, я ворочалась, но не могла проснуться.

Пусть Тион и просил меня не сопротивляться, но я больше не могла этого вынести.

Дракон вдруг положил ладонь на мою щеку, и беспокойство прошло.

— Тс-с. Сейчас все закончится, — прошептал он у самого моего лица. — Сейчас ты вернешься.

Но вдруг нас озарило новое воспоминание. Из моей памяти…

…Я иду через большую кухню, в которой повара активно готовили блюда. Наступил вечер пятницы, а, значит, сегодня будет очень много людей.

У нас запара, но я, как всегда, собрана и готова. Мои коллеги перебрасываются короткими фразами, ругаются или смеются. В зале всегда мирно и спокойно, и только на кухне царит контролируемый хаос.

Мимо меня пробегает молоденькая девушка-повар, она несет горячий рыбный суп. На ее лице сосредоточенность, а каждое движение работает выверено и четко как часы.

Я останавливаюсь возле холодильника с блестящей поверхностью. Взгляд падает на крепко взбитую фигуру, светлые волосы, тщательно спрятанные под поварской шапочкой. Взгляд сосредоточен, холоден и остр, будто ножи, которым я нарезаю суши. Мои щеки немного покраснели от жара плиты, спина под поварским кителем мокрая. Но я чувствую себя счастливой, занимаясь любимым делом…

…В зале много людей, и все они ждут представления. Я волнуюсь, но нужно, лишь чтобы взбодриться, выбросить адреналин в кровь. Мне нравится готовить, нравится видеть восхищенные взгляды.

Я беру острый нож и кладу перед собой рыбу. Передо мной множество дорогих ингредиентов, которые через несколько минут станут настоящим шедевром.

— Наш знаменитый повар! Елизавета!..

…Я захлебываюсь водой. Чувствую соленый, мерзкий привкус на языке.

Не могу дышать. Лишь глотаю мерзкую воду…

Не могу дышать. Щекой чувствую холодный пол. Вокруг меня сбегается толпа. Кто-то просит вызвать скорую, а я всего лишь хочу снова начать дышать…

…Я открываю глаза и вижу перед собой бескрайнее голубое небо. Горло дерет от соли, а губы пересохли. Как же хочется пить.

Где я?

…Встаю с гальки и оглядываюсь, пытаясь понять, где я оказалась. Вижу море, пляж с необычными фиолетовыми камнями.

Я не в своем мире…

…Я снова могу дышать, но не могу открыть глаза… Где я?

Вокруг только темнота.

Глава 18

Еле открыв глаза, я уставилась в темноту, подсвеченную слабым пламенем свечей.

Ритуал отнял много сил, поэтому мне потребовалось время, чтобы пошевелиться и сесть. Половина свечей погасла, кое-где ритуальный рисунок стерся.

Мой взгляд остановился на спине дракона.

Тион сидел на полу, положив локти на колени и уставившись куда-то вглубь театра. Я не видела его лица, но прекрасно осознавала, что он чувствует.

На нас двоих столько всего свалилось разом.

Понадобится время, тишина и молчание, чтобы переварить это все.

Признаться, я сама была сбита с толку. Столько времени я считала, что Тион — убийца с расчетливым умом. Думала, он унизил Элоизу, а потом хладнокровно убил ее, но воспоминания показали, как на самом деле развивались события.

Вспомнив, с какой радостью Элоиза и Тион встречались на берегу, как радовались каждому мгновению вместе, мне стало тоскливо. Их история началась так мило, но закончилась трагедией. И причиной тому стала одержимость отца Тиона в родословной драконов.

Я даже представить себе не могла, насколько тяжело ему было на протяжении жизни. Выносить бесконечные придирки отца, речи о необходимости вести себя достойно, побои, подстрекательства.

Ужасный человек.

— Значит, я был прав, когда подумал, что ты не Элоиза, пусть и похожа на нее, — тихо произнес Тион.

— Ты думал, я перевертыш?

Дракон кивнул и, вздохнув, пояснил:

— Я видел, что ты точная ее копия, но твои повадки, движения, слова. Все было иначе. Ты настолько отличалась от прежней Элоизы, что я решил, будто ты перевертыш. И когда понял, что это не так, то…

Он недоговорил, будто бы смутился.

— Я даже и помыслить не мог, что в теле Элоизы окажется другая душа… Или как лучше это описать.

— Думаю, мы поменялись с ней душами, но каким-то образом я ожила в ее теле. Жива ли она? Не знаю.

Дракон повернул голову так, что я могла увидеть его профиль.

— В самом последнем воспоминании… Это ты?

— Да. Я из мира, где развитие гораздо выше, но нет магии и драконов. Там я была шеф-поваром очень высокого уровня. Я умерла в день открытия собственного ресторана. Одна завистница отравила меня. — Подумав, я добавила. — Меня зовут Лиза.

— Лиза, — повторил он, словно хотел притронуться к моему имени и понять, что чувствует, произнося его. — Никогда бы не подумал, что существуют еще миры.

Он помолчал и добавил:

— Значит, Элоиза все же мертва.

В горле образовался ком, а на душе стало так гадко, будто я специально вытеснила девушку, чтобы выжить.

— Да. Прости.

Видимо, что-то было в моем голосе, потому что Тион повернулся и посмотрел на меня. В полутьме амфитеатра его глаза казались черными и бездонными.

— Не вини себя, Лиза. — Дракон с небольшим колебанием протянул руку и прикоснулся к моей щеке.

Невольно я прикрыла глаза, ощутив его прикосновение. Внутри появилось приятное, теплое чувство, которое растеклось по всему телу.

Но это мгновение длилось недолго, и Тион убрал руку, отчего я ощутила легкое разочарование.

— Там на берегу… Я думал, что убил Элоизу. Мне так сказал отец.

— Судя по воспоминаниям Элоизы — это был не ты. Она это поняла практически сразу.

— Я не убийца, — повторил он, словно не мог поверить.

— Ты не убийца, — повторила я, будто окончательно убеждаясь, что была неправа насчет дракона.

Тион нахмурился.

— Но кто же тогда пришел в моем обличии?

— Перевертыш?

Дракон покачал головой.

— Перевертыши могут принимать облик только умершего человека. Для того чтобы принять их обличие, им буквально надо съесть того человека. А я, как видишь, вполне цел.

Меня передернуло, когда я представила себе, как некто откусывает кусочек за кусочком от плоти, чтобы принять чей-то облик.

Пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать эти жуткие фантазии.

— Может, это оборотень? — предположила я.