Татьяна Лайт – Взрослые сказки для "плохих" девочек (страница 12)
— Ты уж, как-нибудь определись, нужна или нет, будешь охмурять и завоевывать, или закончим! — скучающим голосом проговорила гостья.
Не стал с ней разговаривать, перенесся в сон Ульяны. Не знаю, что было до этого, но как только я оказался там, краски стали сгущаться. Стало тревожно и пасмурно.
— Девочки мои! — обратился к спящей, как можно тише, добрее.
— Ты не в дурке, можешь говорить нормально, — сквозь зубы проговорила спящая.
— Ульян, давай не будем ссориться. Ведь не чужие с тобой теперь! — попытался наладить разговор с любимой.
— Да уж! Натворил ты дел, Дедушка, — прохрипела, давясь негодованием Ульяна.
— А я рад, нежданно, нагадано! И такой подарок судьбы! Награда просто! — радостно оповестил о своем настрое и позиции я.
— Ага, а меня спросили? Какие дети? Я сама дитё! Что делать то мне теперь? — сквозь слезы заголосила девушка.
И так мне жалко ее стало. Постарался максимально материализоваться, обнял ее, стал поглаживать.
— Ну, как что? В ваших книжках пишут, надо хорошо питаться, гулять на свежем воздухе, а еще эмоции позитивные испытывать! — стал успокаивать и гладить бедняжку.
— Ага, какие эмоции, я студентка, мать-одиночка! — зарыдала еще горше она.
— Ты не одиночка, ты моя девочка, — стал гладить живот, который был еще плоский.
И так увлекся процессом, что сам не заметил, как завелся. Корень силы восстал. Руки пустились в путешествие не только по животу, но и ниже, выше, да вообще везде прошлись. Ульяна сначала напряглась, но потом разомлела и стала отвечать. Решил поцеловать ее. И у меня получилось. С каждым прикосновение к ней, чувствительность становилась выше. Градус желания возрастал.
— Я так скучаю по тебе! — произнес ей на ушко, раздираемый желанием.
— Ненавижу тебя, — прохныкала Ульяна, а сама раскрылась передо мной, принимая мои ласки.
— А я тебя люблю, безумно люблю! — шептал я, уже полностью обнажившись.
Корень силы рвался в бой. Ульяна была готова. Вошел в нее очень осторожно. Хотя и хотел ее страстно. Но было опасение, что ребенку наврежу.
— Я хочу тебя, смелее! — кряхтела девушка, извиваясь и подмахивая мне.
— Боязно! — признался ей.
— Раньше надо было бояться! — огрызнулась Ульяна и оседлала меня.
Она была неудержима. Такая красивая, такая сексуальная. Теперь я понимал слова, которые часто слышал в мире людей. При виде этой девушки мне нестерпимо хотелось именно секса. И она отвечала мне взаимностью. Наслаждались мы друг другом долго. В разных позах.
— Ты не устала, милая? — поинтересовался я, когда мы уже насытились друг другом.
— Нет, я бы еще, да саднит, — сухо произнесла Ульяна.
— Не могу полечить. Мы не у меня в тереме! — с сожалением проговорил я, обеспокоенный содеянным.
— Ну вот, поэтому, остановимся на достигнутом! — проговорила она, — я в душ, ты со мной?
— Нет, рассвет скоро! Пора! — только и успел проговорить я, перед тем как испариться.
Глава 9
Проснулась изможденная, вся в поту, голая. Кровать в беспорядке, все постельное белье смято. Голова кружилась. Внизу живота саднило. Оглянулась, в комнате никого не было. Но тело помнило прикосновения. Я была уверена, что все, что было, было наяву. Но я проснулась. А значит все было во сне…
— Я свихнулась окончательно! — вставая с кровати, пробубнила и пошла в ванную.
Душ омывал моё разомлевшее тело. С трепетом и боязнью потянулась к промежности. Исследовала половые губы, на них была слизкая влага, однозначно, не вода из крана. Это были мои собственные соки. И то, что там саднило, мне не показалось.
— Это невероятно! — прижалась лбом к настенной плитке, — если такое есть, то, может, и ты тоже есть? — погладила живот, и будто ощутила в нем тяжесть, — Если да, то назову тебя Снежана! Будет к тебе папка на Новый год приходить. Ужас! — сама себе поразилась.
В груди заныло. Было очень тоскливо и грустно. От того, что в это все влипла, что ребенок будет без отца, а я без таких вот ночей, но наяву.
— А ведь он мог полечить, будь мы не тут, а в тереме! — проговорила, заворачиваясь в полотенце.
Глянула в зеркало, там стояла совсем другая Ульяна. Не такая, какой я привыкла видеть ее в последние месяцы. Счастливая что ли! Глаза горели, щеки розовели. И от мыслей о том, что ночь могла и не оборваться так внезапно, начало наливаться тяжестью внизу живота. Было томительно, трепетно. Захотелось прогнуться кошечкой, пройтись грациозно, упасть на кровать и раздвинуть ножки. И чтобы это все было перед Морозко.
— Надо выходить из этой ситуации. Я в реальном мире. В РЕАЛЬНОМ. — кричала я сама себе, лежа на кровати и далеко не в той позе, в которой хотелось в ванной, — Здесь нет ведьм, нет колдунов, и волшебства нет. Но… Есть я, мой ребенок, и будущая карьера. Думай, Ульяна, думай!
С этими мыслями задремала.
Глава 10
— Слушай, я правда уже устала и злюсь! — услышала я сквозь сон.
Открыла глаза и уставилась на сидящую на моей кровати Ядвигу.
— Как на тебя блокировку поставить? — прохрипела я, пробуждаясь ото сна, — Достала!
— Даже так? — взвизгнула женщина и вскочила с кровати!
Я готовилась к словесной перебранке, но она исчезла.
— Во! — улыбнулась ехидно, — способ отыскался. Может не явится подольше.
Как бы то ни было. А надо идти на учебу, думать о работе. Если я беременна, то эта работа не подойдет. Во-первых, на ногах, во-вторых, с животом ни за барной стойкой не покрутишься, ни между столиков не поныряешь.
— Работу надо будет менять. Про учебу тоже думать! Может академ… — почесала затылок, — а если….
Достала ларец, который не продала вместе с каменьями. Начала его крутить! Если Ядвига не соврала, то через него можно будет безбедно жить. А значит нанять няню. И тогда не надо будет учебу бросать и работать, когда будет сложно, то просто можно бросить. От этих мыслей стало легче. Уже не было какой-то безысходности. И жизнь казалась не такой мрачной. Но сколько я ни крутила ларец, ни закрывала и не открывала, все было по-прежнему. Там было пусто.
— Нужны слова! — вспомнила разговор с Ядвигой.
Она что-то говорила про фразу, которая будет работать как связь с отцом. Но сколько я не старалась вспомнить эти слова, никак не получалось. Немного разозлилась.
— Всё самое важное забыла! — психанула и убрала ларец.
Пошла в университет. Там включилась в процесс. И на одной из лекций, когда лектор произнес: «А об этом я расскажу вам чуть позже, когда будем проходить следующую тему. Пока вам не надо.», вспомнила, что Яга и не говорила слова, она пообещала их сказать позже, когда я буду нуждаться. Бросила писать лекцию и полезла за телефоном. Там открыла приложение банка, и посмотрела остаток на счете.
— Хм, тут надолго хватит, — прошептала себе под нос, — но это если экономить. А если нет?
Когда вышла из университета, настроение было совсем пасмурным, как и обстановка вокруг. Все-таки март, не самый приятный месяц в средней полосе. Бывает и приятней.
— Надо себя радовать! Что Морозко говорил, хорошо питаться, гулять, и получать положительные эмоции?
Отправилась по магазинам. Прикупила новые вещи в свой гардероб. Нет, я конечно, не верила в то, что беременность есть, что вы! Но вдруг? И чтобы это было дольше незаметно сменила стиль на оверсайз.
— Так будет надежнее, — собирая большую связку пакетов, — успокоила себя я. Что там дальше? Питание? И это сделаем!
Усталость накатила очень неожиданно. Такого со мной еще не было! Но свалила это на очень напряженную ночь, нудные пары и большой забег по магазинам. Когда добралась до дома. Решила, что за продуктами не пойду. А закажу еду в ресторане на вынос. И так мне это понравилось!
— Хм, красиво жить мне нравится. Очень надеюсь, что Ядвига не врала. И когда деньги закончатся, она явится и скажет заветные слова. А то переходить обратно на режим экономии будет тяжко.
Внутри все равно сидел червь сомнения. Который подтачивал меня и уговаривал быть чуть сдержаннее в тратах. Эмоции из-за усталости я получила путем просмотра фильма. Ночью Морозко не приходил. Ядвига утром следующего дня не появилась.
— Что все? Как-то даже скучно, право! — съязвила я утром.
Но в душе бушевало разочарование и негодование.
— Интересно, это связанно с возрастом, или с беременностью? Я еще дитё, которое не может определиться, чего же все-таки хочет, или беременная женщина, которой руководят гормоны?