Татьяна Ларина – В клетке со зверем (страница 3)

– Нет, спасибо. Все предельно понятно.

Остаток пути мы ехали молча. Кирилл Степанович был не настроен на разговор, а я и не настаивала, поскольку рядом с ним чувствовала себя неловко. Сложно было определить, сколько времени мы провели в дороге, но, по моим внутренним ощущениям, прошло больше трех часов.

Когда, наконец, машина остановилась и мне помогли выйти, я не поверила своим глазам. Передо мной возвышался настоящий четырехэтажный дворец; за высоким забором, что его ограждал, раскинулся хвойный лес.

Не успела я ступить и шагу, как услышала лай собак. На меня с бешеной скоростью неслись две овчарки. Я невольно отступила к машине.

– Кайла! Муст! Фу! – Кирилл Степанович вышел вперед и сделал какой-то жест псинам; они тут же убежали. – Не бойтесь, Татьяна Николаевна, они прекрасно обучены и никогда не тронут своих.

– Все в порядке, я люблю собак.

– Это хорошо. У овчарок есть вольер, но почти все время они бегают по территории. – Он посмотрел на мой чемодан и кивнул водителю. – Дмитрий отнесет чемодан в гостиную. После вашего разговора с боссом определим, что делать дальше.

Мужчина пошел в дом и кивнул мне, чтобы я следовала за ним. Складывалось впечатление, что он всегда общается с персоналом жестами. Дмитрий послушно шел рядом. Только сейчас я смогла рассмотреть его. Молодое мальчишеское лицо странным образом контрастировало с седыми волосами, шрамы над левой бровью и у нижней губы наталкивали на мысль о его непростом прошлом. Чтобы не выглядеть невежливой, я отвернулась.

Внутри дома все было куда проще, чем снаружи. Неожиданно скромный интерьер выглядел даже несколько неуместно. Кирилл Степанович сразу отвел меня в кабинет босса. Максим Игнатьевич, как выяснилось, задерживался, и меня попросили подождать. Было странно, что меня, по сути, незнакомого человека, оставили в одиночестве в кабинете босса. Пользуясь случаем, я хотела позвонить Маринке и сказать, что успешно добралась, однако мобильная сеть в этом месте не ловила. Снова мурашки пробежали по спине.

Время шло, а ко мне никто не шел. Даже промелькнула мысль, что обо мне забыли. Чтобы как-то занять себя, я стала разглядывать кабинет – массивный письменный стол с компьютером, большое кресло, три стеллажа с книгами, плазменная панель и два стула. Ничего особенного. Откровенно говоря, я мыслила стереотипами, думала, что кабинет у богатого мужчины должен быть оформлен роскошно: например, стены украшают полотна модных художников. Здесь же, кроме книжных шкафов, рассматривать было нечего; впрочем, столь обширная библиотека никого не могла оставить равнодушным. Здесь были книги об искусстве и истории, мемуары полководцев, классика и современная беллетристика. Мне очень хотелось взять что-нибудь почитать, но я поборола в себе это желание и, как выяснилось, не напрасно.

– Татьяна Николаевна, извините, что заставил вас ждать, – раздался приятный мужской голос.

– Ничего, – с улыбкой ответила я и повернулась.

Стоило мне увидеть перед собой говорившего, как улыбка мигом спала с лица. Это был он – тот самый таинственный незнакомец с автоматом. Судя по его ехидной усмешке, он тоже меня узнал. Я растерялась, не зная, как вести себя дальше.

– Меня зовут Максим Игнатьевич, как вы уже поняли. Прошу вас, присаживайтесь, – вежливо произнес он и указал на стул. – Как вы могли судить, я серьезно подхожу к выбору няни для своего ребенка. Я человек обеспеченный и влиятельный, поэтому для меня особую роль играет безопасность близких. Я должен быть уверен, что могу доверить вам самое дорогое.

– Конечно, – согласилась я.

Мне было неловко, но, судя по поведению Максима Игнатьевича, он решил все же не напоминать, что мы уже встречались. Мужчина был сосредоточен, серьезен и до невозможности красив. Снова меня как будто загипнотизировали, и я не могла отвести от него взгляда.

– Замечательно. В принципе, все, что мне было нужно, я уже узнал. Вы любите детей и легко с ними ладите. Ваши ученики от вас в восторге. Вы – человек мягкий, но с жестким стержнем. Вы справедливы, это доказывает случай с Павлом Морозовым. Несмотря на то, что он – сын богатых родителей, вы не побоялись отчитать его…

– Простите, откуда вам все это известно? – удивилась я такой осведомленности.

– Татьяна Николаевна, повторяю, выбор няни для моего ребенка – вопрос крайне важный. Я должен знать о вас все, чтобы быть уверенным.

– И что же еще вы выяснили про меня? – с долей раздражения поинтересовалась я.

– Мне известно о вас практически все, – самодовольно заявил мужчина. – Вас что-то смущает?

– Безусловно!

– Что именно?

– Это моя жизнь! Кто вам дал право в ней копаться?

– Говорите так, будто храните страшную тайну, но мне известно, что вам скрывать нечего. Наоборот, вам есть чем гордиться: староста класса, королева выпускного, лучшая студентка курса. Также я знаю, что в последние годы вы почти всю себя посвятили мужу, практически не общались с друзьями, отношения с родителями напряженные. Поэтому вы остались в одиночестве после ухода Андрея.

– Еще что-то? – злобно процедила я; глаза обожгло слезами. Все происходящее напоминало дешевый фарс. Мне казалось, что этот человек специально издевается надо мной, испытывая на прочность. Пелена очарования спала, и теперь я видела перед собой самодовольного наглеца.

– Прошу вас, успокойтесь, – на удивление нежно произнес он. – Многие претендентки на эту должность после того, как узнавали о моей осведомленности, уходили. Надеюсь, вы выслушаете меня до конца.

– Хорошо, – снова сдалась я.

– Так вот, меня все устроило в вашей биографии. По ряду причин вы мне подходите, уверен, что и к моему ребенку вы сумеете найти подход, как и к своим ученикам. Со своей стороны обязуюсь исправно платить вам зарплату пятого числа каждого месяца, двадцатого – аванс. Вы ни в чем не будете нуждаться. В доме есть прислуга, которая занимается уборкой комнат, повар нас кормит, мажордом следит за порядком в доме.

– Я читала контракт, в нем сказано, что в мои обязанности будет входить уход за ребенком. Больше ничего. Хотелось бы узнать подробнее.

– Да, конечно, – улыбнулся мой работодатель и внимательно посмотрел на меня. – Вы останетесь, я уверен.

– Не буду отрицать, что в данный момент я не уверена в решении.

– Вижу, но вы останетесь. Я знаю, – отрезал он и вмиг стал серьезным. – Да, в ваши обязанности входит уход за ребенком. Мы с супругой в разводе, и полная опека на мне. Ребенка нет с нами только по выходным, когда он с матерью. Все остальное время ребенок на вас.

– Я могу узнать имя и возраст ребенка?

– Только после подписания контракта.

– Но…

– Никаких но, – безапелляционно прервал он. Мужчина пугал меня, и чем дальше заходил наш разговор, тем меньше уверенности у меня было. Кажется, он понял, что был слишком резок, а потому расслабился и снова откинулся в кресле. – Опять же, это только безопасность. Я стараюсь держать в секрете свою семью, поэтому, пока вы не станете моим сотрудником, я не буду посвящать вас в детали.

– Хорошо.

– Вернемся к вашим обязанностям. На вас будет лежать забота о моем ребенке. Я очень много времени провожу на работе, могу не ночевать дома, уезжать на несколько дней. Мой ребенок не должен быть обделен вниманием. Надеюсь, это ясно?

– Да.

– Вы будете заниматься только своими обязанностями и ничем больше. Я – ваш начальник, и исполнять будете только мои приказы.

– Ясно.

– Если вы читали контракт, то видели, что до того, как приступите к работе, вам необходимо пройти полный медосмотр. Врачи приедут завтра.

– Максим Игнатьевич, летом я проходила ежегодный осмотр, у меня есть справки.

– Меня не интересуют справки, выписанные непроверенными врачами. Я прекрасно знаю такие осмотры. Подписывают, что вы здоровы, с закрытыми глазами. Я доверяю только своим врачам. К тому же забота о здоровье важна и для вас самой, не так ли?

Я промолчала; по взгляду моего нанимателя было понятно, что спорить с ним бесполезно. Если рассуждать логически, то его требование вполне обоснованно. Мало ли какое заболевание у меня может быть.

– Вам не стоит бояться, Татьяна Николаевна. Если вы будете хорошо выполнять свои обязанности, то вам ничего не грозит.

– А если не хорошо? – вырвалось у меня, но я тут же об этом пожалела.

– Уверен, что вы справитесь, – ухмыльнулся он и посмотрел мне в глаза, будто пытался заглянуть в мою душу.

– Что касается других условий…

– Вам нужны комментарии?

– Думаю, мне все ясно, – сглотнула я, боясь снова сказать что-нибудь лишнее.

– В таком случае расскажу о том, чего нет в контракте. Как вы заметили, сигнал сотовой связи здесь не ловит. Да, я наблюдал за вами, когда вас сюда привели.

– Это шутка? – не выдержала я, судорожно оглядываясь.

– В том и в том углу – камеры, – мужчина показал на потолок. – Поймите, я не мог иначе. Мне нужно было увидеть, как вы себя поведете. Вы единственная из всех нянь, кто ничего не стал трогать, – улыбнулся он.

– Для вас это всего лишь игра? Наблюдаете через скрытую камеру…

– Успокойтесь, пожалуйста, – с раздражением перебил он меня. – Вам с самого начала было понятно, что самое важное…

– Это безопасность, – докончила я за него. – Но есть еще свобода, личное пространство, этика, в конце концов!

– Чтобы вы не переживали, скажу сразу: в вашей спальне и в ванной комнате нет ни камер, ни микрофонов, а вот в коридорах и общих помещениях есть. Это нужно. Оправдываться перед вами я не собираюсь. Ваше право – согласиться или отказаться. Ответ дадите завтра утром. Дам вам время подумать.