Татьяна Ларина – В клетке со зверем (страница 2)
Разбежавшиеся было люди стали возвращаться на остановку, бурно обсуждая происшествие. Незнакомые всего пару минут назад люди общались так, будто давно знают друг друга.
– Что за беспредел посреди белого дня! – возмущалась старушка с большой сумкой-тележкой. – Кошмар!
Маринка приехала за мной минут через двадцать. К этому времени я окончательно продрогла, поэтому не смогла даже закинуть чемодан ей в багажник. К счастью, моя предусмотрительная подруга по пути купила горячий кофе, который немного меня отогрел. Окончательно прийти в себя мне помог горячий душ.
– Что ты будешь делать дальше? – серьезно спросила подруга. – Ты уже думала, как жить?
– Если честно, то не знаю. До сегодняшнего дня я не верила в происходящее. Надеялась, что Андрей передумает. Мне казалось предательством планировать дальнейшую жизнь без него, пока мы официально не развелись.
– О чем ты говоришь? Посмотри на себя: молодая, красивая. У тебя вся жизнь впереди. Знаешь, сколько у тебя Андреев будет?
– Это сложно. Сколько себя помню, он всегда был рядом.
– Но теперь пора повзрослеть. Стать самостоятельной.
– Просто нужно понять, как жить дальше…
А дальше все начало круто меняться. На следующий день я осталась без работы. На третьем уроке в девятом классе мой самый нелюбимый ученик не выучил домашнее задание, да еще нагрубил мне при всем классе. Я строго отчитала его, а уже через два часа меня вызвали к директору. Павлик Морозов – говорящее имя, но именно так его звали, – пожаловался родителям на злую учительницу, которая якобы его притесняет. Евгений Морозов, отец Павлика, а по совместительству главный спонсор школы, позвонил директрисе и изложил ей версию сына. Наша директриса не любила разбираться в подобных ситуациях, но, учитывая, как важен был этот ребенок, вызвала меня на ковер.
Елизавета Михайловна, крупная женщина пятидесяти лет, отчитывала меня как первоклашку. Я терпела. Терпела, пока она не обвинила меня в том, что я срываюсь на детях из-за развода. Это стало последней каплей. Я написала заявление об увольнении и высказала женщине все, что о ней думаю. После этого горячего монолога мне разрешили уйти из школы без отработки положенных двух недель. Так я осталась и без дома, и без работы.
Я не могла позволить себе отчаиваться, поэтому сразу, как только вернулась домой, принялась за поиски работы. Маринка поддержала мою инициативу и тоже подкидывала мне различные вакансии. Так прошла неделя, но ничего подходящего не было, пока одним вечером в квартиру не вбежала радостная Марина. Она сообщила, что нашла мне идеальное место.
– Шестьдесят тысяч? – удивилась я.
– Да! А еще ты будешь жить с ними в доме, питаться за их счет, не платить за коммуналку. Мечта!
– Тебе не кажется это странным? В объявлении ничего не говорится про ребенка. Такая привлекательная сумма – и довольно простые требования.
– Ты должна пойти на собеседование, – с энтузиазмом продолжила Маринка, будто не слыша меня.
– Я не знаю…
– Чего ты не знаешь? Это идеальный вариант, и жилье искать не надо.
Я понимала, что своим присутствием обременяю Марину. Мне не хотелось быть обузой на шее подруги, поэтому, немного поразмыслив, я отправила свое резюме работодателю. Не прошло и получаса, как мне позвонили и пригласили на собеседование в бизнес-центр на «Павелецкой».
На следующее утро я прибыла в точно указанное время по нужному адресу. Пунктуальность никогда не была для меня проблемой. Скорее наоборот, я всегда панически боялась опозданий. Как говорил Андрей, во мне была развита гиперответственность.
Офис, где мне была назначена встреча, находился на восьмом этаже, полностью принадлежавшем строительной фирме, название которой я даже не запомнила. Я вошла в лифт и сразу же взглянула в зеркало. За последние дни я сильно изменилась: похудела, осунулась. Чтобы не пугать своим видом потенциального работодателя, я накрасилась ярче обычного, а длинные русые волосы убрала в высокий пучок.
Выйдя на нужном этаже, сразу обратила внимание на то, что в коридорах пусто. Единственным человеком, кого я увидела, была молоденькая секретарша, указавшая, куда мне следует идти. Пока я шла до нужного кабинета, я так никого и не встретила. Более того, даже из-за закрытых дверей не доносился привычный для таких мест шум. Никто не печатал на принтере, не ксерокопировал, не звонил по телефону. Как странно. Все это мне не нравилось. Дойдя до нужной двери, я нерешительно постучалась.
– Войдите, – раздался мужской голос.
Я послушно зашла в кабинет и села на предложенный стул. Собеседование проводил невысокий полный мужчина лет шестидесяти. Его звали Кирилл Степанович, и он был помощником отца ребенка, няней которого я собиралась стать. Кирилл Степанович задал ряд стандартных вопросов о моем образовании и прежней работе, после чего наше собеседование больше походило на допрос.
– Кто ваши родители? – сухо спросил мужчина.
– Мой отец – инженер. Мама – домохозяйка. Они остались в Туле, – ответила я.
– Вы сказали, что в разводе. Как давно?
– Чуть больше недели, – нерешительно сказала я.
– Для вас не составит трудности отсутствие родных и друзей рядом длительное время?
– Простите?
– Служить няней вы будете не в Москве. Дом моего босса находится в трех часах езды от города. Никого из своих знакомых приглашать туда вы не имеете права. Выезжать самой в город можно исключительно на транспорте босса и только с его личного позволения. Суббота и воскресенье – ваши выходные, в эти дни ребенок не дома, все остальное время ни при каких обстоятельствах вы не должны отвлекаться на личные дела.
– Понятно.
Еще около сорока минут Кирилл Степанович вел свой допрос. Он рассказал о том, какие у меня будут обязанности и на что я буду иметь право. По сути, кроме выходных, все остальное время я буду обязана посвящать ребенку. На вопросы о том, кто будет моим воспитанником – мальчик или девочка, сколько ребенку лет, что он любит, чем занимается, Кирилл Степанович не ответил. Он сказал, что, если моя кандидатура будет одобрена, меня сразу представят ребенку.
Когда меня отпустили с собеседования, в душе остался какой-то неприятный осадок. Мне не нравилось все происходящее, и казалась странной подобная скрытность. На обратном пути я так и не встретила ни единой живой души, что окончательно убедило в том, что на всем этаже, кроме мужчины, секретарши и меня, никого не было.
Стоило мне вернуться домой, как Маринка тут же налетела с расспросами. Ей не терпелось узнать, как все прошло. Я рассказала подруге обо всем, что было, включая странный пустой офис.
Я умолчала об этом, но в глубине души надеялась, что не понравилась Кириллу Степановичу. Уезжать в чужой дом в неизвестном направлении – рискованный шаг, а я никогда не отличалась подобной смелостью. К сожалению, моим надеждам не суждено было оправдаться. Через два дня мне позвонили и сообщили, что моя кандидатура одобрена.
– Татьяна Николаевна, если вы не передумали работать у нас няней, водитель приедет завтра в одиннадцать к вашему дому. Соберите с собой все свои вещи, потому что, если после беседы с вами босс не изменит решение, вы останетесь в доме. Будьте любезны, не опаздывайте. Максим Игнатьевич ценит пунктуальность.
Глава 2
К дому подъехала большая черная машина. Не было сомнений, что это именно за мной. Я сердечно попрощалась с подругой, пообещав позвонить, как только доберусь до места. И тут же завибрировал телефон: пришло сообщение от Кирилла Степановича с номером автомобиля, который меня ждет.
Как только я вышла из подъезда, из того самого черного внедорожника показался Кирилл Степанович. Он махнул мне рукой и жестом пригласил на заднее сиденье автомобиля. Пока я не спеша шла, водитель учтиво забрал мои вещи.
– Ну что вы, Татьяна Николаевна? – улыбнулся мужчина, видя мое замешательство. – Вы же не передумали?
– Нет, – решительно ответила я.
– Вот и славно. Тогда садитесь скорее!
Мужчина галантно подал мне руку, и я села в машину. Двери закрылись сразу же. Звук блокировки заставил меня запаниковать, но мой испуганный вид, кажется, только забавлял моего спутника.
– Вам нечего бояться. Это всего лишь меры безопасности. Вы едете на работу, если что-то вас не устроит, вы всегда сможете вернуться в Москву.
– Хорошо, – ответила я и отвернулась к окну. Только сейчас я заметила, что стекла в машине непрозрачные, а как только автомобиль тронулся, за водителем появился непроницаемый темный экран.
– Я все еще не могу знать, кто будет моим воспитанником?
– Думаю, Максим Игнатьевич сам вас познакомит. А сейчас ознакомьтесь с договором. – Мужчина достал из портфеля увесистую кипу бумаг и протянул ее мне.
– Это договор? – удивилась я.
– Условий много, но все они выполнимы.
За чтением договора я не заметила, как прошло время. Действительно, условий была масса; некоторые из них казались мне совершенно бессмысленными, но спорить не хотелось.
– Прочитали? – поинтересовался Кирилл Степанович, когда я отложила договор в сторону.
– Да.
– Если вам требуются какие-либо комментарии…