Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 4)

— Соседка, значит? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнес он и шагнул ко мне. — Красивые цветы. Поклонник подарил?

— Нет, купила учительнице на первое сентября, — пробубнила я.

— Да ладно тебе, я так и понял, — рассмеялся парень, отчего я почувствовала острую обиду. Неужели так невозможно подумать, что цветы могут мне подарить. — Какой класс? Хотя нет, не говори. Девятый? Восьмой?

Если пару секунд назад я думала, что меня достаточно обидели, то это оказалось совсем не так. Я не просто не была похожа на девушку, которой дарят цветы, но и выглядела ребенком. Вот так моя глупая попытка стать хоть чуть-чуть привлекательнее была окончательно растоптана. Другая прическа, духи — какая разница? Все одно. Двери лифта открылись, и я пулей вылетела на площадку.

— Одиннадцатый, — ответила я и стала искать ключи от квартиры, мысленно ругая себя, что бросила их в сумку, когда вошла в подъезд.

— Так ты выпускница? — удивился мой сосед и вместо того, чтобы идти к себе, подошел к моей квартире и облокотился о стену.

— Да.

— А по тебе не скажешь. Обычно с десятого класса всех девчонок рвет: юбки короче, косметики больше, каблуки выше, а ты…

— Знаю, ничего такого у меня нет, — проговорила я дрожащим голосом, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

— Эй, я не хотел тебя обидеть. Я просто сказал, что ты не похожа на одиннадцатиклассницу, но в этом нет ничего дурного. Меня, кстати, Денис зовут. Я живу напротив, — он указал пальцем на свою квартиру и улыбнулся.

— Алиса.

— Алиса? И как там в твоей стране? — нахмурился он.

— В моей стране? — переспросила я.

— Да, в той, где чудеса?

Я невольно улыбнулась и заметила, что слезы высохли, а ключ давным-давно в замочной скважине. Только сейчас я рассмотрела Дениса. Его вполне можно было назвать симпатичным: шатен, карие глаза и удивительно длинные ресницы. Одна его рука была покрыта татуировкой с изображением какой-то техники и пластинок, а на другой красовалась надпись, кажется, на испанском; левая бровь проколота, и в ушах сережки. При всем его неформальном виде Денис не казался мне опасным, хотя рядом с ним я чувствовала нечто сродни страху.

— В моей стране чудес нет, к сожалению, — улыбнулась я и шагнула в свою квартиру.

— Ты извини, что обидел. Я не хотел, — он удержал рукой закрывающуюся дверь, и я невольно дернулась.

— Не обидел, — проговорила я.

— Врешь, но это твое дело. Пока, — он развернулся и пошел к своей квартире, а я закрыла за собой дверь и повернула замок на два оборота.

Глава 3. Белое чудовище

В этом году первое сентября выдалось безумно жарким. Солнце палило с самого утра, не оставляя и следа от ночной прохлады. Я приняла чуть теплый душ и с мокрыми волосами вышла на кухню, где завтракали родители. Папа уже уходил, а вот мама решила задержаться и подвезти меня в школу. Сегодня у нее было назначено слушание, но оно будет только в двенадцать, поэтому мамочка решила пойти со мной на линейку, как десять лет назад, когда вела в первый класс. И мне это было чертовски приятно с одной стороны, но с другой — заставляло сильно переживать, ведь я обязательно снова напортачу…

— Алиса, кушай скорее и волосы сушить. Ты же не пойдешь с мокрой косой, — ласково проговорила мама, накладывая мне в тарелку омлет.

— Мам, можно я пойду с распущенными? Или уберу их как-нибудь по-другому?

— Вот закончишь школу, поступишь в институт и тогда можно, а пока ты школьница, ни к чему кокетничать, — строго сказала она, но снова улыбнулась. — Надо же… Последнее первое сентября.

Снова я не решилась ослушаться строгой родительницы и превратилась в пай-девочку, которую, как обычно, никто не заметит в толпе. Белая блузка, застегнутая на все пуговицы под самое горло, черная юбка ниже колен, балетки и коса… моя неизменная коса до пояса.

— Алиса, я хочу, чтобы в этом году ты относилась к учебе ответственно. У тебя поступление, — читала нравоучение мама, пока мы ждали лифт. И я уже хотела ей ответить, как услышала хлопок соседской двери. Я не оглянулась, но точно знала, кто это. — С репетиторами начнешь заниматься со следующей недели, но это не значит, что скрипкой можно пренебречь. Не меньше часа в день.

— Привет, Алиса, — послышался низкий голос за спиной, и сердце забилось так сильно, что готово было выпрыгнуть из груди, — и вам доброе утро.

— Это утро уже не может быть добрым, молодой человек, — чуть ли не завизжала мама. — Дочь, откуда эта личность знает твое имя?

Двери лифта открылись, и мы втроем шагнули внутрь. Как назло, я оказалась между матерью и Денисом. Напряжение между ними ощущалось кожей, и я почувствовала, как покрываюсь мурашками, несмотря на то, что термометр показывал плюс двадцать восемь.

— Я задала вопрос, откуда эта личность знает твое имя? — процедила мама, с ненавистью глядя на парня.

— Мам, это наш сосед, — тихо ответила я и опустила взгляд, стыдясь перед ним за родительницу.

— Молодой человек, чтобы я не видела вас в радиусе трех метров от моей дочери, — прошипела она в лицо Денису, так и не решившемуся заговорить. — Алиса, живо на стоянку, с тобой поговорю в машине.

Мы вышли из лифта, и я, не дожидаясь матери, чуть ли не бегом бросилась на улицу. До школы ехать было не более семи минут, но маме этого хватит, чтобы как следует меня отчитать. Они с Денисом показались из подъезда одновременно, и я взглянула на парня, ожидая увидеть его обиженным или злым, но он даже не посмотрел в мою сторону. Зато мама увидела, что я не свожу с него глаз, и тут же, схватив под локоть, потащила меня к машине.

— Алиса, ты не видишь, какой это парень? Он же отброс! Весь разрисованный, в проколах, а ты с ним знакомишься!

— Но он наш сосед. Мы просто поздоровались на лестничной клетке, он представился, я тоже. Ты же сама говорила, как важно быть культурной, — попыталась оправдаться я, но это не возымело успеха, мама была все так же непроницаема.

— Значит так, ты больше не станешь даже смотреть в его сторону, не то что здороваться, а я еще разберусь, по какому недоразумению он переехал в наш дом. Через месяц его тут не будет.

И вот теперь мне стало страшно. Моя мать была жесткой женщиной и не бросала слов на ветер. Если она поставила цель избавиться от нового соседа, то можно не сомневаться, она это сделает. Вот только почему я так сильно переживала? И это было не простое сострадание к обиженному. Я была готова разрыдаться из-за ее угроз, но не осмелилась спорить.

Остаток пути мы с мамой проехали молча. От ее хорошего настроения не осталось и следа. Даже когда на площадке у школы нас встретил нанятый директрисой фотограф и попросил попозировать для выпускного альбома, мама не улыбнулась.

— Иди к одноклассникам. Я постою на торжественной части, а когда вы пойдете в школу, уеду. Сегодня у меня суд, поэтому могу задержаться. Ужин приготовишь, отца накормишь и позанимайся, — стала давать наставления она. — И цветы так не держи, поломаешь.

— Хорошо, мам, — в сотый раз со всем согласившись, я смогла вырваться к одноклассникам.

Линейка началась с торжественной речи директора. Потом все шло традиционно: наши классные руководители приветствовали выпускников и всех остальных, учителя, один за другим, поздравляли с началом учебного года и рассказывали первоклашкам, как здорово учиться в нашей школе. А после всех речей Витя Темьянов пронес на плече очаровательную девчушку с бантом больше ее головы, старательно звенящую первый звонок большим медным колоколом. Теперь по сценарию нам нужно было подойти к первоклашкам и взять за руку того, кто стоял напротив. Вот только ее отпихнул в сторону мой вчерашний знакомый из цветочного магазина и деловито протянул руку, когда я подошла к нужной девочке.

— Привет, поведешь меня в школу? — сходу спросил он.

— Пойдем, — улыбнулась я, замечая, как мою первоклашку уже увел парень из одиннадцатого «В».

— Ты больше не плачешь? — крепко сжав мою ладошку и засеменив рядом, поинтересовался мальчик.

— Нет, больше не плачу. И спасибо тебе, что вчера подошел. Мне было очень приятно.

— Меня мама отругала, что я к незнакомой девочке подошел, — обиженно проговорил он.

— Ну, она права, с незнакомыми нельзя разговаривать, — нравоучительно произнесла я, неожиданно почувствовав себя взрослой.

— Знаю, но ты вроде добрая, — вздохнул малыш.

— Спасибо. Кстати, как тебя зовут?

— Илья. А тебя?

— Алиса.

— Красивое имя.

— Спасибо. А что с твоими цветами, Илья? — я только заметила, что букет мальчика выглядел так, словно его изрядно потрепали за ночь.

— Завяли. Мама утром отделила хорошие цветы, но получился некрасивый букет. Не то что у тебя, — он посмотрел на мои розы, которые за ночь распустились и теперь огромными шапками нависали над тонкими стеблями.

— А знаешь что? Давай меняться, — я подвела Илью к его классу и протянула свой букет.

— Нет, так нечестно. У тебя красивый букет, а у меня нет, — мальчик отказался, но по его глазам было видно, как ему хотелось взять розы.

— А мы с тобой договоримся, этот букет я тебе одолжу. Сейчас ты возьмешь его, а потом, когда подрастешь, подаришь мне такой же. Идет?

Недолго думая, Илья забрал мои розы, отдавая мне свой пожухлый букет. Мы договорились, что, когда Илюша пойдет в одиннадцатый класс, я приду на его линейку и он подарит мне тринадцать таких же красивых роз. Распрощавшись с новым другом и пожелав успехов в школе, я, довольная, пошла в свой класс.