Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 32)

— Опоздаем в ресторан? Смешно, у нас столик заказан, — хмыкнул отец, доставая телефон из кармана.

— Именно поэтому нужно приехать вовремя. Через пятнадцать минут, если не явимся, снимут бронь. Это популярное новое место.

— Забегаловка какая-то. Не понимаю, почему не выбрать что-то получше?

— Может быть, потому, что это мой праздник и я хочу провести его с близкими людьми в уютной атмосфере, а не в пафосном ресторане?

— Как знаешь, — кинул папа и погрузился в свой смартфон.

Мы приехали вовремя и прямо на парковке встретили маму в компании Кости и Кирилла Олеговича. Судя по лицам старшего поколения, им совсем не понравилось место, которое мы с Костей выбрали, чтобы отметить наш выпуск.

— Дорогая, это и есть тот новомодный ресторан? Мне кажется, у нас класс повыше, — довольно громко шепнула мама, взглядом ища поддержки у Кирилла Олеговича.

— Элеонора Викторовна, это отличное место. Оно только открылось, а у него много положительных отзывов. К тому же, Элис давно хотела здесь побывать, — вмешался Костя, спасая меня от маминого недовольства.

— Оставь их, Эля. Молодежь теперь решает, — усмехнулся Кирилл Олегович.

Ресторан «Фьюжн» открылся только в конце мая, но уже прогремел на всю Москву. Критики хвалили кухню, посетители атмосферу, а светские гости — интерьер и шумные вечеринки по выходным. Я никогда не была тусовщицей, но почему-то именно сюда хотела сходить.

Место действительно оказалось очень симпатичным: простой, но стильный интерьер, дизайнерская мебель, длинная, во всю стену, барная стойка и отдельная зона под танцпол. Нас провели к столику и оставили меню.

— Так, Алисе закажем сок, — деловито заявила мама.

— У Алисы сегодня праздник, и она пьет вино, — спокойно прокомментировал Костя, за что получил недовольный взгляд моей матери.

— Алиса пила вино вчера, и этого ей достаточно, — процедила она.

— То было вчера, а сегодня новый день, — расплылся в улыбке Константин.

— Я буду пить сухой мартини, так что вы оба можете прекратить спорить, — не отрываясь от изучения меню, сказала я.

— А как же машина? — нахмурился папа.

— Мы с Алисой договорились оставить машины здесь, заберем завтра. А нам вызовем такси, — ответил Костя.

— Хорошо, — сдалась мать.

Мы сделали заказ и попросили первым делом принести напитки. Первый тост был, конечно же, за наш выпуск. Костя, как и я, закончил с отличием. Он жил и дышал юриспруденцией, поэтому легко стал лучшим студентом курса. Своим красным дипломом я во многом обязана ему, потому что сама так и не прикипела к выбранной специальности.

— Кость, давай покурим? — шепнула я, пользуясь тем, что мама с Кириллом Олеговичем заговорили о новом деле, а отец опять ушел с головой в телефон.

— Идем.

Уже несколько лет в Москве запрещалось курение в общественных местах, поэтому приходилось выходить на улицу, чтобы пропустить одну-две сигареты. Сейчас в этом был свой несомненный плюс: мне отчаянно требовался свежий воздух.

— Ну, чего ты? — ласково спросил парень, притягивая меня к себе, как только мы оказались на улице.

— Волнуюсь, — честно ответила я, — тем более, мать совсем достала.

— С ней я уж как-нибудь справлюсь, а волноваться ты брось. Они же только этого и ждут.

— Знаю… Что бы я без тебя делала…

Костя был моей спасительной тростиночкой. Именно он вернул меня к жизни, когда даже родители отчаялись. После того как меня бросил Денис, все на свете потеряло смысл. Я с головой ушла в учебу, днями и ночами сидела за учебниками, зубрила наизусть параграфы, чтобы только не чувствовать себя никчемной, обманутой, грязной. Одноклассники поначалу меня жалели, но через какое-то время свыклись с моей закрытостью и снова перестали замечать. Разве что Катюша до последнего старалась меня разговорить, но и у нее не получалось. На выпускной я не пошла и с момента последнего экзамена не видела никого из своей школы.

Костя вернулся из Лондона летом в год поступления. Мы встретились у моих родителей, когда мама устраивала праздничный ужин. На тот момент мои волосы немного отросли и торчали рыжими кудрями в разные стороны. Правда, глядя на себя такую, мне казалось, что лысина была больше к лицу. Бледное лицо, впалые щеки и тени под глазами только подчеркивали мое уродство на фоне нарядного платья, купленного мамой. Весь вечер Костя меня сторонился, а я чувствовала облегчение, потому что не приходилось себя пересиливать и с ним общаться. Но после ужина парень вдруг спросил разрешения у моих родителей со мной погулять. Тогда-то он и узнал, что со мной случилось.

Мне было стыдно, но я больше не могла хранить в себе ту боль, что месяцами по крупице съедала меня изнутри. Была Катюша, но каждый раз глядя на нее, я вспоминала, что она с самого начала предупреждала меня насчет Дениса. А Косте, я почувствовала, что могу доверять.

— Элис, и чего ты так раскисла? Больше полугода прошло, этот парень давно про тебя забыл. Живет в свое удовольствие и радуется, а ты тут себя гробишь. Не находишь, что это несправедливо? — Костя не стеснялся в выражениях и говорил, что думает.

— Несправедливо, наверное. Но что делать, если мне ничего не хочется?

— Глупая, ты просто не знаешь всех прелестей жизни, — усмехнулся парень. — Я тебе покажу.

И он показал… Костя стал для меня путеводной звездой, я слепо шла за ним, делая все, что он скажет. Мы поступили на один курс и попали в одну группу. В отличие от меня, парень сразу нашел общий язык с однокурсниками, стал извечным заводилой и душой компании. Но Костя не забыл обо мне. Он постоянно брал меня на вечеринки, заставлял знакомиться с ребятами, общаться и даже танцевать… Мои родители в первое время были этому только рады, но потом маму стало беспокоить несерьезное отношение парня ко мне.

У Кости было много девушек. Симпатичный парень, веселый, к тому же лучший студент курса, стипендиат. О нем мечтали многие, и он с радостью осуществлял девичьи мечты. Вороновы-старшие, как и мои родители часто упрекали парня за легкомысленность, каждый раз указывая на то, какая я серьезная девушка и что пора бы остановить выбор на мне, как самом достойном варианте.

— Мне надо нагуляться. Повзрослею, захочу остепениться и женюсь на Элис, — вечно отмахивался он.

Тогда моя мама и воспылала неприязнью к моему новому другу. Но апогеем их отношений стала практика Воронова младшего в адвокатском бюро. Костя всегда придерживался своего мнения и не шел на поводу у старших. Для моей матери он стал практикантом-бунтарем, и даже когда оказывался прав (а это случалось нередко), она находила повод его уязвить. При всем этом, идея женить сына партнера на мне у нее не пропала, вот только она боялась, что из-за моей безумной влюбленности в него и его легкомысленного нрава ничего не выйдет.

— Дочь, нельзя позволять парню так себя вести! Еще вчера вы ходили в кино, а сегодня он гуляет с какой-то первокурсницей. Я понимаю, что ты его очень любишь, но стоит быть дальновиднее. Поговори с этой девицей. Скажи ей, что ты невеста Костика. И не позволяй ему вытирать об тебя ноги! Он таскается за каждой юбкой, а ты терпишь, ждешь и принимаешь обратно с распростертыми объятьями.

Все было действительно так, как говорила мама: мы с Костей проводили вместе достаточно много времени — гуляли, ходили в кино или кафе. Потом он провожал меня домой, а сам шел к другим девушкам. В университете тоже не понимали наших отношений, за спиной обзывая меня дурой. Никто не знал о нашем уговоре. Никто не знал, что я его не любила. Во всяком случае, тогда.

Костя давным-давно знал, что нас с ним сватают, более того, он не имел ничего против нашего брака. Именно так он мне и сказал, когда пригласил в кафе после приказа о нашем зачислении на юрфак.

— Элис, это отличный шанс для нас обоих. Я всегда считал, что партнерство в бюро не лучшее решение, а если мы поженимся, то обе доли будут наши, — воодушевленно рассказывал парень.

— Но мне все равно, — размешивая сливки в кофе, сказала я.

— Ты ведь совсем не хочешь быть адвокатом?

— Мне все равно…

— Элис, очнись же ты! — чуть ли не крикнул Костя. — Если мы поженимся и объединим доли, я так раскручу бюро… А ты сможешь заниматься, чем пожелаешь, получая процент от своей части.

— Костик, но замуж… Я же не люблю тебя, и ты меня…

— При чем тут любовь, Элис? К тому же сейчас я не собираюсь на тебе жениться. Мне нравится быть твоим другом, давай просто общаться, а дальше решим, как быть.

— Хорошо, — мы пожали друг другу руки и с того дня начались наши нестандартные отношения.

Все изменилось три года назад, когда у матери Костика обнаружили рак. Опухоль оказалась злокачественной, и ни операция, ни долгое мучительное лечение не помогало. Женщина угасала на глазах. Для Кости это был страшный удар, и все это тяжелое время я была рядом.

Как-то незаметно наша дружба переросла в нечто большее. Для меня Костя стал самым дорогим и близким человеком, а я для него — тихой гаванью, где он мог переждать непогоду, чтобы двигаться дальше. Мы начали встречаться по-настоящему.

К этому времени я сильно изменилась и во многом благодаря парню. Костя настаивал на том, чтобы я ходила в салоны красоты, делала прически, выбирала стильную одежду. По крупицам он создавал новую Алису под себя, чтобы позже принять как женщину. Мои волосы из лисье-рыжего превратились в древесно-красный, и я больше не отращивала их до поясницы, сохраняя каскадную стрижку чуть ниже плеч. Каждый день делала макияж, и благодаря косметике выглядела на свой возраст, а не младше. От прежней забитой девочки Алисы почти ничего не осталось… почти…