Татьяна Ларина – Квартира №16 (страница 135)

— Знаешь, Матвей, у нас с тобой куда больше общего, чем ты думаешь, — усмехнулся Власов. — А что касается твоей женушки, она это заслужила!

Мерзавец специально провоцировал Матвея, но надо отдать тому должное, он стойко держался. А вот Мила не смогла вынести таких слов о матери. Бедная девочка недавно узнала, что ее маму на самом деле убили, а теперь встретилась с убийцей.

— Не говорите так про маму! Я вас ненавижу! Желаю вам взорваться! — прокричала она.

— Прямо здесь и сейчас? Ты уверена, Мила? — прикасаясь к пульту на своем поясе смертника, вопросил Сергей.

— Мила! Марш в машину! — крикнул ей Матвей.

— Но…

— Уведи ее! — приказал Иванов одному из своих людей, и тот, убрав за спину оружие, схватил девчонку и потащил к машинам.

— Твоя падчерица заслуживает хорошего ремня, на твоем месте, я бы всыпал ей как следует. Откровенно говоря, давно руки чесались, — все с той же надменностью говорил Власов.

— Не тебе меня учить! Ты не лучший пример отца! — прошипел Матвей.

— Говорю же, мы похожи. Мы оказались в одной лодке, Матвей. А что касается Ольги, то ты бы сам ее удавил, если бы знал, что она была готова вернуться к Красовскому. Да, мой дорогой друг! Твоя жена узнала меня, когда забирала дочь от Алисы. Я не хотел причинять ей вред, но она не оставила мне выбора: пришла и стала спрашивать про Красовского.

— А где он? Вы же вдвоем все провернули?

— О, мой друг, ты так ничего и не понял? Это он был в машине с моей женой, а я, по неопытности, слишком рано привел заряд в действие, — он провел ладонью по шрамам. — Зато врачи не удивились, когда я решил сменить внешность.

— Я всегда знал, что ты мерзавец, но настолько? Неужели жажда наживы была так велика, что ты избавился от жены и лучшего друга, а сына позволил сдать в детдом?

— Жажда наживы? Думаешь, я делал все это ради денег?

Сергей разразился истерическим хохотом, и всем остальным стало не по себе от его безумия. Только один Денис уже знал, в чем дело, я поняла это по его хмурому, но спокойному лицу. Он с отвращением взглянул на отца, но тот продолжал смеяться. Неизвестно откуда рядом со мной снова нарисовалась заплаканная Мила, и Костя ухватил ее одной рукой за плечо, второй продолжая держать меня.

— Малявка, какого лешего ты тут? — прошептал он.

— Этот придурок Кирилл усадил меня в машину и приказал не высовываться. Даже двери не заблокировал, — пробормотала она.

— Шли бы вы с Элис отсюда, — сказал Воронов, но мы обе не двинулись с места.

— Матвей, я же сказал, у нас с тобой много общего. Мы оба любим деньги, но забываем о них, когда речь заходит о женщинах, которых любим. Ты бы сам свернул шею Ольге, если бы она ушла от тебя к Саньку. А она ведь собиралась… Но я это сделал за тебя.

— Я любил свою жену! — прокричал Матвей, над которым эмоции наконец взяли верх.

— Ты столько лет жил с женщиной, которая тебя не любила. Она всегда сохла по Сашке, а ты просто ее купил. Обеспечил богатой жизнью, потакал капризам, содержал ее ребенка, а Ольга, как последняя шлюха, побежала на свиданку к бывшему мужу. Когда она пришла ко мне и заявила, что узнала, мне ничего не оставалось, как сказать, что ее благоверный жив. Я пообещал устроить ей встречу с Сашей, хотел сделать все в безлюдном месте, чтобы труп не нашли, но эта идиотка решила рассказать все Алисе! Ведь так? — Власов посмотрел на меня.

— Она мне ничего не говорила…

— Не успела, — отрезал он. — Мне пришлось действовать. Мила рассказала Насте про прием, а та, в свою очередь, выложила мне, где он будет. Я написал Ольге с левой сим-карты якобы от Красовского и попросил выйти из зала. Дальше, думаю, могу не рассказывать… Видишь, Матвей, я сделал только то, что сделал бы ты!

— Никогда! И не смей говорить, что мы похожи!

— Хм… Мы во многом разные, но есть вещи, которые объединяют нас настолько, что все различия стираются. Мы оба ненавидели Красовского, у нас обоих он отнял жен, и мы оба воспитывали его детей…

Сергей замолчал, выжидающе глядя на Матвея, а я пыталась осмыслить его слова. Неужели? Денис легко кивнул и отвернулся. Мой любимый… Сколько же ему пришлось пережить за сегодня? Сколько страшной правды, которую так сложно принять?..

— Я случайно узнал, что Денис не мой сын. Он тогда попал в больницу, потерял много крови, требовалось переливание…

Сергей заговорил самым обычным тоном, словно сообщал совершенно неважную информацию, но это было напускным. Впервые за эти полчаса, что мы, как в дешевом боевике, стояли посреди безлюдной дороги с бомбой на человеке и направленными на него семью автоматами, мне показалось, что старшему Власову на самом деле тяжело. Но жалости к нему я не испытывала. Это был не человек, а самое настоящее чудовище.

— У Дениса четвертая группа крови, — после недолгой паузы продолжил он. — Врач спросил, кто из нас с Мариной будет донором, какие у нас резусы и группа, а когда услышал ответ, нахмурился и как-то странно взглянул на мою жену. Марина осталась в палате с Денисом, а я ждал врача у ординаторской. Дверь была приоткрыта, и я отлично слышал разговор. У людей с первой группой, как у меня, не мог родиться ребенок с четвертой…

— Как ты понял, что его отец Саша? — аккуратно поинтересовался Матвей.

— Да ты посмотри на него, — кивнул Сергей на Дениса, а потом взглядом нашел Милу, — и на нее. А теперь вспомни Сашку. Его дети на него похожи — такие же темные волосы, большие черные глаза, этот нос… Тьфу! — он сплюнул на асфальт и утер рукавом рот. — У Сашки была четвертая группа, у Марины вторая — двадцать пять процентов, что ребенок родится с четвертой. Конечно, мне нужны были доказательства, и я заказал анализ ДНК. Это было несложно: Саша ходил к моему парикмахеру, и я попросил сохранить для меня прядь его волос. Еще до экспертизы я знал ответ. И как только мог не видеть этого раньше?.. Этот подонок спал с моей женой, а потом прикидывался другом! Мой сын, моя гордость на самом деле оказался его выродком! И после этого Красовский не заслужил смерти?! Скажи мне ты, Матвей, не заслужил?

— Не тебе это решать…

— Но я уже решил. Даже дату выбрал подходящую — годовщину брака с Мариной. Мы поужинали, а потом я позвонил Саше, сказал, что случилось непредвиденное. Он примчался через двадцать минут, как и договаривались, никому ничего не сказав. Тогда я ткнул ему в лицо бумаги, где черным по белому было написано, что он биологический отец моего сына. Красовский этого не знал, Марина и ему врала. Но мой так называемый друг признался, что спал с ней в течение нескольких лет. Они расстались, только когда он встретил Ольгу, и тут-то мне стала понятна нелюбовь моей благоверной к этой девице. Мне Марина высказывала, что ее раздражает инфантильность Ольги, но это была самая банальная ревность.

Признание Сергея стало ответом на давно мучавшие нас вопросы, но облегчения не принесло. Мы словно окунулись в ту грязь, в которой погрязли два семейства: Власовых и Красовских. Столько сломанных судеб, столько трагедий и бед…

— Вот так Красовский все на меня и вывалил, а ведь сначала я думал, что у них была короткая случайная связь. Ан нет! Я сказал, что мне нужно подумать, предложил поехать в место, где меньше свидетелей, его попросил сесть за руль… Взрывчатку я заложил в машину еще утром. Это полиция решила, что все устроили, когда мы с женой ужинали. Нет, я все-е-е как следует подготовил. Бомба была под водительским местом, чтобы наверняка.

— Но если ты был с ними в машине, как тебе удалось спастись? — спросил Матвей, на что Власов загадочно улыбнулся и стал разглядывать свои ногти.

Мерзавец тянул время, заставляя нас нервничать еще больше. Ночь выдалась морозной, и пусть на календаре была весна, термометр опустился ниже нуля. Но меня колотило не от холода… Только сейчас, когда я немного примирилась со страхом за Дениса, стала сознавать, в какой ситуации оказались мы все: если Власов-старший решится взорвать бомбу, то никто из нас не выживет! Я была готова отдать жизнь за Дениса, умереть с ним, но это не означало, что во мне не было страха смерти. Любовь делает нас сильнее, но мы не перестаем быть людьми. По моим щекам покатились слезы, я задрожала от подступающей истерики, и только две вещи не дали мне лишиться чувств — твердая рука Кости на моем плече и взгляд Дениса, смелый и уверенный, несмотря ни на что. Сергей посмотрел на меня, а потом на Дениса, и довольная улыбка сошла с его лица.

— Зря ты так, мой мальчик, она того не стоит. Когда тебя не было, к ней часто захаживал дружок, — он кивнул на Воронова. — Все женщины одинаковы: чуть что — другому в койку. Твоя Алиса не исключение. Она недолго будет горевать о тебе.

— Не говори так! — прошипел в ответ младший Власов, он плотно сжал кулаки и хотел наброситься на отца, но все же сдержался.

— Ты не сказал, как тебе удалось спастись, — вмешался Матвей.

— Хм… Твое любопытство, Матвей, с годами не угасло, — усмехнулся Сергей. — Пока мы втроем ехали, я не сводил взгляда с часов, чтобы успеть выйти, и, когда пришло время, попросил остановить, будто мне нужен свежий воздух. Взрыв случился, когда я был слишком близко, но это сыграло мне на руку. Мое травмированное лицо было не так просто сравнить с фотографией в паспорте Красовского. Я купил на его имя билет до Владивостока и в тот же день улетел.