Татьяна Лакизюк – Хроники Драгомира. Книга 5. Там свет погаснет навсегда (страница 2)

– Я бы хотела сказать тост!

Все замолчали. Дети перестали ерзать и уставились на маму.

Луна ласково посмотрела на Реальгара, но на мгновение тень воспоминаний накрыла лицо. Все сразу поняли, о чем она думает. Семнадцать лет назад глубокой ночью черная магия едва не забрала Реальгара с собой, а следом и Луну. Колдовские книги отняли всю жизненную энергию девушки, и, если бы не адуляры, которые сверкали в волосах, кто знает, чем бы обернулась решающая битва. Александрит сжал плечо дочери, а Нефелина взяла за руку. Эгирин с нежностью и глубоким сочувствием посмотрел на нее. В его глазах светилась такая любовь и тепло, что Луна судорожно вздохнула, чувствуя, как привычная паника начинает отступать.

«Подумаешь об этом завтра, – мысленно приказала она себе. – Сегодня еще можно ничего не бояться».

И похолодела еще сильнее, вспомнив, когда именно Гиацинт напал на Драгомир. Это случилось за неделю до дня рождения – в момент свадебного торжества.

Получается, невозможно предугадать, когда вновь придет беда? Какой праздник она выберет? И чем ей так приглянулся именно день рождения Луны? Ведь именно в ее день она приходила чаще всего.

Паника вновь зашипела и, как гремучая змея, начала разворачивать тугие кольца страха.

– Итак, мы хотели сказать… – деликатно кашлянув, проговорил Александрит.

Луна с благодарностью оглянулась на родителей и, с усилием улыбнувшись, повернулась к брату.

– Реальгар! С днем рождения! Пусть все мечты сбываются! И пусть тебя никогда не коснется война, – зачастила она, скомкав заготовленное ранее длинное поздравление.

– С днем рождения! С днем рождения! – послышалось с разных сторон.

– Сегодня вечером тебя ждет грандиозный сюрприз, – продолжила Луна.

– Ну что ты! – смутился Реальгар. – К чему такие хлопоты? Тем более мне всего семнадцать лет. Не совершеннолетие же! Может, все сюрпризы завтра? Давай уже объединим наши праздники.

– Ни за что!

Луна тут же побледнела и закусила губу. На лице вновь появилась тревога.

Реальгар печально опустил голову. Он знал, что его уговоры ни к чему не приведут. Луна вернется в обычное состояние лишь завтра – тогда, когда замолкнет последний удар часов, отмеривших полночь. До этого момента она будет торопить время, изо всех сил скрывая страх от близких и принужденно улыбаясь драгомирцам, которые успели позабыть ужасы войны. Те будут плясать, веселиться и, конечно же, захотят видеть ее – свою спасительницу. И не просто видеть. Они захотят разделить с ней радость. И Луне придется притворяться, вздрагивая от каждого шороха.

Луна, легко считав все мысли брата, потянулась к нему.

– Не обижайся, – шепнула она, крепко обнимая его. – Но сегодня твой день! Поздравляю!

Растрепав непослушные каштановые волосы, Луна крепко поцеловала Реальгара и энергично хлопнула в ладоши.

– А теперь завтракать! У нас еще куча дел! – хитро улыбнулась она.

– Ага… – тут же заканючили близнецы. – А мы на учебу!

– Не переживайте вы так! – улыбнулся Реальгар. – Я тоже пойду готовиться к поединкам. Так что не только вы сегодня будете учиться. Праздник праздником, но поединки еще никто не отменял.

Луна машинально коснулась символов, добавившихся к ее рисунку. Жемчужная ветвь, сила алмаза, энергия рубина каждый год будоражили умы выпускников, вот и настал черед Реальгара испытать силы. Сдав на отлично все экзамены, он уже прошел отбор, и на пальце горделиво сверкало кольцо участника. Осталось дело за поединками, которые вот-вот наступят.

– Расскажи, мама! Ну, пожалуйста! Расскажи про поединки! – Касси и Олив умоляюще посмотрели на Луну. Рассказы о поединках они были готовы слушать часами, хоть и знали их наизусть.

– Ну хорошо! – улыбнулась Луна. – Давным-давно ваш папа…

2

– Аксиния7! Аксиния! – в унисон завопили дети, радостно размахивая руками.

Отдувающийся Лунфич пытался перевести дыхание, с завистью глядя на то, как Олив и Касси несутся навстречу очаровательной девчушке шести лет. Чуть не сбив ее с ног, они закружились в веселом хороводе, поднимая ногами целые облака пыли.

– Ну, здравствуй! – Сентария радостно потянулась к Луне, крепко обнимая ее.

Они улыбнулись друг другу и с любовью посмотрели на радостно кричащих детей.

– Я знала, что у вас сегодня занятие, и решила тоже приехать. Да и Аксиния не усидела на месте. Ради друзей она даже согласилась потерпеть лекцию, которая ей и не нужна.

Как и положено, рыжеволосая, веснушчатая, яркая как вспышка, дочь Аметрина и Сентарии унаследовала огненный дар отца. Как, впрочем, и всё остальное. Достаточно одного взгляда на девочку, как все понимали, чья она дочь. Копия Аметрина, к счастью, более утонченная и необыкновенно красивая. Точно такой же упрямый подбородок, огромные янтарные глаза с желтоватыми всполохами, очаровательные веснушки, которым было тесно на вздернутом носике, яркий румянец на полщеки и тот еще характерец. Единственное, что ей досталось от Сентарии, так это непослушные кудри, закрученные в тугие пружинки, правда огненного цвета, и любовь ко всему живому. Аксиния обожала возиться с растениями и животными, а еще больше любила лучших друзей, вот и напросилась сегодня с мамой в Смарагдиус.

– Пойдем поболтаем, пока дети у господина Сардера. А потом поедем к вам на праздник.

– Ну, ты же знаешь, что я «за»! И тебе будет приятно вернуться домой. Все так же скучаешь? – Луна сочувственно взглянула на подругу.

После переезда в огненный петрамиум Сентария никак не могла привыкнуть. И это несмотря на то, что Аметрин построил для нее в саду собственную оранжерею с лабораторией, и Сентария целыми днями пропадала внутри. Ей удалось вывести сорта деревьев и кустарников, которые, в отличие от остальных, круглый год полыхали красными, оранжевыми, желтыми и даже золотыми листьями. Занявшись озеленением, хотя в данном случае «окраснением» Гарнетуса, Сентария получила орден от Гелиодора. Ведь тот был счастлив.

Еще бы! Теперь его родной петрамиум наконец-то стал похожим на гигантский костер. Все бы хорошо, но Сентария скучала по буйству красок Смарагдиуса. Ей не хватало зелени, простых полевых цветов, разнотравья и, конечно же, экспериментального сада главного дворца земного петрамиума. Разведя в оранжерее огромное количество орхидей, которые напоминали ей Серафима, она пыталась вырастить целовальника гостеприимного, так полюбившегося подругам еще в детстве, чтобы хоть немного приглушить тоску по родному петрамиуму.

– Скучаю, – вздохнув, призналась Сентария. – Правда, с Аксинией особо не заскучаешь. Иногда мне кажется, что в ней смешалась вся родословная Аметрина. Все, кто думал, что было сложно совладать с Пиритти и Пироппо, еще не знали Аксинию, – рассмеялась она.

– Точно, – согласилась Луна, широко улыбнувшись. – Наша девочка заткнет обоих за пояс. Причем одной левой.

Сентария и Луна, проводив взглядом детей, отправились в сад наслаждаться природой.

Фиччик, приняв свое прежнее обличье, лежал на траве и притворялся спящим. Сколько раз он корил себя за полеты после сытной еды. Отдуваясь и пыхтя, он возмущенно сопел, пытаясь хоть как-то восстановить дыхание. Через какое-то время до него стали доноситься звуки возни, сопровождаемые приглушенным смехом.

«Там явно происходит что-то интересное, – подумал он. – Но мне так лень куда-то лететь. Ах, если бы то, что там происходит, пришло сюда и происходило прямо здесь! – Фиччик мечтательно закатил глаза. – Я бы смог валяться на солнышке, продолжать лениться и заодно смотреть».

Выждав пару минут, он понял, чтобы там не происходило, приходить к нему оно не намерено. Любопытство победило. Надрывно вздохнув, он все же разлепил сонные глаза и потащился за близнецами. И вовремя. Те делили огромную порцию мороженого, уже изрядно испачкав друг друга, а заодно и хранителей. Мороженое принесла с собой Аксиния, которую, в свою очередь, угостила бабушка Чароита. Собираясь в Смарагдиус, они выехали рано утром и уже успели проведать родителей Сентарии. Воздушная бабушка дала внучке целое ведерко и, чтобы мороженое не растаяло, отправила вместе с ней крохотный, но очень холодный ветерок. Из-за маленьких размеров ветерок злился и оттого возмущенно фыркал, разбрасывая вокруг охапки колючего инея, что было на пользу мороженому. Несмотря на ласковое солнце, протягивающее к земле яркие лучи, лакомство аппетитно поблескивало мельчайшими кристалликами льда. Глядя на блеск льдинок, ветерок еще больше разошелся, изрядно «пощипав» носы как близнецам, так и Аксинии.

– Ай! – дружно вопили они, но упрямо продолжали тянуть ведерко каждый на себя.

Фиччик, козырнув авторитетом, немедленно вмешался. Достав из рюкзачка Аксинии припасенные для мороженого стаканчики, он быстро поделил лакомство на ровные порции. Близнецы хотели сначала оспорить его решение, начав препираться, что одна порция больше, другая меньше, но быстро присмирели, вспомнив о репутации Фиччика. На глаз тот мог разделить что угодно и на какое угодно количество частей. Можно и не проверять – полученные порции лакомства будут одинаковыми. Решив не спорить, а молча есть и наслаждаться вкуснятиной, дети с хранителями поспешили к Сардеру. Фиччик отправился вслед за ними с намерением поспать на лекции.

Наигравшись, ветерок понял, что его миссия выполнена, и решил полететь вслед за Сентарией и Луной. Догнав подруг, он «ущипнул» первую прямо за ухо.