Татьяна Лаас – Рыжий и черный (страница 102)

Вик внимательно следила за Финчем — он верил во все, что говорил. Тот робко улыбнулся и признался:

— Я поверил Сайксу. Зря, конечно. Я согласился переделать документы об увольнении Мактира на четвертое число только чтобы спасти завод и рабочих. Мактир — у него нет наследников, нет никого, кто бы получал потом его пенсию за смертельную травму…

Лео напомнил:

— А как же родственники, указанные в его деле?

Финч тут же пояснил:

— Они дальние, живут где-то на севере Тальмы, им не положены ни пенсия, ни выплаты за травму Мактира. Форд тоже сирота. Заводу некому платить выплаты за них, а разбирательств и вреда для завода их глупая, совершено нелепая и несвоевременная травма принесла бы немало.

Травма. Всего лишь травма… А не смерть двух, точнее даже трех людей.

Финч продолжил:

— Я согласился с Сайксом и Отисом только из-за этого, — он надолго замолчал.

— Но потом вы передумали, — подтолкнула его Вик.

— Да, да… Передумал. Девочка… Девочку звали Мэри Уоллис. Она приходила в прошлом году в предзимье. Тогда вакансий на заводе не было, и я отказал ей. Я не знал, что Сайкс решил все иначе. Я не видел её на заводе. Но ваш приход, эта фиксограмма Уоллис… Это заставило меня задуматься.

— О ночной смене?

Он вздрогнул:

— Именно. О ночной смене. Понимаете, Мактир был… Был рунным кузнецом, и я впервые после вашего визита подумал, что все было совсем не так, как сказал Сайкс и Отис. Я собрал все документы о недостаче на заводе и собирался показать вам. Но на выходе меня остановил Отис. Наверное, я как-то выдал себя. Он принялся избивать меня, требуя отказаться от планов. Нер Чандлер тут совсем ни при чем, он, как и я, жертва заговора…

В палату вошел доктор, прерывая разговор:

— Простите, констебли, ваше время вышло — нер Финч нестабилен. Ему нужен отдых. Завтра приезжайте для дальнейшего разговора.

Вик пришлось смириться — дожимать Финча придется позднее. Он так старательно выгораживал себя и нера Чандлера, что без показаний телефонной нериссы его не припереть к стенке. Она вышла из палаты, следом шел задумчивый Лео — он тоже не верил Финчу.

Лео, глядя, как медленно затихает дождь, спросил на крыльце у Вик:

— Куда дальше?

— На завод — посмотрим, что там нарыли эксперты. Ты заметил, что Финч упоминал гематит?

Лео кивнул:

— Не самый популярный камень для украшения портсигаров.

— Зато повсеместно применяется в кровоостанавливающих амулетах.

— А янтарь — в светляках, — подсказал Лео.

Вик улыбнулась:

— Именно.

— И наши зажигалки… То есть нежите-амулеты…

— Очень даже в тему.

Глава 46 День пятый. Завод

Кейдж частенько бывал на телефонной станции, расположенной на площади Танцующих струй, но в коммутаторный зал его провели впервые. Причем старшая по смене телефонная нерисса, сопровождавшая его, так странно улыбалась, глядя на Себа, что ему уже заранее было не по себе — он же вчера обещал расцеловать телефонную девушку…

Рабочий зал был в длину не меньше сотни ярдов, коммутатор шел сплошной стеной от входа и до самого конца. Не меньше сотни пар девичьих глаз одномоментно отвлеклись от работы, заметив вошедшего Себа. Он сглотнул — он и не знал, что в зале работает так много нерисс. Привлекательных, умных, грамотных, воспитанных — иных сюда и не брали. Пожалуй, это было единственное место во всем городе, где женщины получали достойную оплату, даже выше, чем зарабатывали мужчины на заводах.

Зал был полон звуков: переключение проводов, любезные голоса нерисс, шорох юбок дежурной, шагавшей за спинами сидящих девушек и готовой прийти им на помощь, — и в то же время в зале царила странная, как ватная тишина — все звуки были приглушены и еле слышны, как доносящиеся из-под воды. Видимо, действовал звукоподавляющий щит, не иначе.

Нерисса, сопровождавшая Кейджа, любезно указала рукой сразу на всех девушек:

— Сержант Кейдж, вы вчера обещали, что расцелуете всех, если выживете. Вы выглядите живее всех живых. Прошу! Мои телефонные нериссы ждут ваш поцелуй.

Он покосился на нериссу:

— Когда я ругался — я ругался не на вашу нериссу. К ней как раз не было никаких претензий. Простите…

Она кивнула:

— Я подумаю над вашими словами, но наказания это не отменяет. Мужчина в любой ситуации обязан следить за языком и оставаться лером и офицером.

Себ, чувствуя себя принцем из сказки, обреченном на подвиг, шагнул к первой нериссе и поцеловал её в щеку… Потом он шагнул ко второй, третьей, четвертой… На втором десятке он сбился. На пятом перестал считать.

В конце зала дежурная нерисса, все это время сопровождавшая его, спокойно призналась:

— Телефонный звонок с завода нера Чандлера приняла я. Некто Отис просил соединить с нером Чандлером срочно. Сам разговор я не подслушивала — это строжайше запрещено нашими правилами. Но он шел на повышенных тонах — это все, что я могу сказать. И меня целовать не надо.

Себ склонил голову в признании собственной вины:

— Прошу меня простить за грубость, она была направлена не на вас.

Нерисса натянуто улыбнулась:

— При приеме на работу у нас проверяют слух.

— Это вы к чему? — замер, выпрямляясь, Себ.

— Я и в первый раз хорошо расслышала ваши извинения.

И почему-то глядя на симпатичную, молодую девушку, со строгой прической, собранной в пучок, в не менее строгом платье в пол, Себ жалел об одном — именно её-то он и не поцеловал.

Вик обвела глазами пожарище — покуда хватало глаз, только груды камней да констебли. Кажется, Эван согнал сюда всех полицейских Аквилиты. Дождь поутих, но все равно грязные, черные от пепла ручьи неслись по склонам, унося в Ривеноук грязь и мусор. Видят боги, когда Вик обсуждала с Одли судьбу трущоб, такого она точно не хотела. Жаль, что произошедшее не воротишь вспять. Хотя теперь у этого места есть будущее. Главное, надо проследить, чтобы жившие тут обрели жилье, а не были выкинуты в новые трущобы. И работу… Каждому взрослому жителю надо подобрать работу, иначе все зря.

Капли дождя уныло стучали по зонту. Его нести было тяжело — левое плечо ныло от боли: утром Вик не стала забинтовывать его, а ведь Николас предупреждал, что повязку стоит носить не меньше седьмицы.

Лео, шедший рядом под зонтом и то и дело прислушивающийся — мало ли кто прячется за грудами камней да чудом не обвалившимися стенами некоторых домов, — старательно оптимистично сказал:

— Если бы не этот пожар, то все было бы куда хуже: у нас бы не было причин обследовать завод. А так, глядишь, чего и нароем на Чандлера.

Вик лишь кивнула.

Может, что-то и найдут. Пока у них все было зыбко. Ни единой улики. Только сошедший с ума Отис, осторожничающий Финч, неизвестная телефонная нерисса, которая могла подслушать разговор Чандлера и Отиса, три трупа и Каеде, видевший седьмого вьюговея Мактира и Форда на заводе. Только слова, которые на суде, если дело Чандлера все же дойдет до суда, адвокаты последнего могут вывернуть так, как им будет угодно. Нужен Сайкс, нужны доказательства, даже слов Каеде может оказаться маловато.

Вик вздрогнула и остановилась. Каеде.

«Принято, сестричка. Помогу, чем смогу».

Лео шагнул вперед, выходя из-под защиты зонта, и послушно вернулся назад:

— Вики? — вокруг его ног бурлил поток воды, полный веточек и мусора.

Она прикрыла глаза и грязно выругалась — как ругался серж Кирк в Олфинбурге.

— Эээ… Вики? — забеспокоился Лео.

Она заставила себя успокоиться и вновь принялась подниматься в гору к заводу:

— Вчера… Каеде в разговоре о заводе предлагал свою помощь.

Лео присвистнул, так выражая свои чувства:

— Думаешь, это вот он так нам помогал?

Вик поправила его: