Татьяна Лаас – Ник и другие я (страница 43)

Коробки с едой продолжали пребывать все утро. Появились и разные виды молока – сгущенное, сухое, стерильное в небольших пакетах… Сэм прикинула, что если быть экономной, то еды хватит почти до весны. А парни продолжали и продолжали таскать пакеты.

Сэм, обнаружив коробки с другим вариантом завтрака – на упаковке было написано, что там блинчики и джем, решила, что сегодня она экономной не будет. Она вскрыла уже вторую за утро упаковку и… Застонала от наслаждения – джем был клубничный.

– Ммммм… – Она вскрыла пластиковую коробочку, ужасающе маленькую, и сунула палец в джем, тут же облизывая. – Мммм…

Таскание коробок и мельтешение нежити вокруг Сэм тут же прекратилось. Нежить, как завороженная, уставилась на неё, тоже сглатывая слюну. На миг Сэм даже подумалось, что, орки всех задери, вокруг неё одни парни и надо бы быть осторожнее, а потом она сама рассмеялась своим мыслям – тоже мне, парни! Из нежити парни так себе, если только из Джека. Тот, кстати, тоже завороженно смотрел на Сэм и красный от джема палец.

– Аааа! – хмыкнула она. – Некоторые соскучились по сладенькому! Некоторые соскучились по клубничке!

Сэм не сдержала смешок – получилось крайне двусмысленно, но объяснять это нежити глупо. Все равно не поймут.

Она подошла к ближайшему синюшному, тот, который Ливень, и сунула палец в джем, а потом ему в рот. Тот облизнул джем и замер, удивленный.

– Да ты глотай, глотай! Ммм же!!! – подсказала ему Сэм. – Ага… Кто-то коробку с кексом зажал себе и не поделился!

Синюшный сглотнул и замер, даже глаза прикрыл. Смотрелось, конечно, инфернально: синий, как труп, мужик и отливающий красным джем, точь-в-точь как кровь. Сэм даже показалось, что Лив… Эм, синюшный стал чуть бледнее, точнее человечнее, в цвете кожи.

– Ха! Кажется, кому-то не хватает сладкого! – храбро сказала Сэм и направилась к Джеку: – хочешь?

Она протягивала ему баночку с джемом:

– Ну же, Джек! Это вкусно!

Тот прищурился и выдал с неожиданной улыбкой:

– Ммм?

– Вот именно! – подтвердила она. – Берешь палец и мака…

Она тут же громко рассмеялась, потому что Джек понял все буквально – он взял её палец и макнул в джем, а потом с победной улыбкой облизнул его. И вот тут смеяться расхотелось. Сэм пришлось напоминать себе, что это Арано, что он женат, но главное даже не это – ей пришлось напомнить себе, что он, вообще-то, мертв… Уже лет пять так как мертв.

– Ммм? – протяжно, явно подражая ей, выдал Джек.

И Сэм заставила себя улыбаться и толкать Джека в бок, пытаясь вырвать свою руку – Джек вновь потащил её палец в джем.

– Кто-то умеет в иронию, да? Кто-то научился шуткам, да?

Только руку ей не вернули – снова макнули в джем, а потом неожиданно поцеловали. Хотя она уговаривала себя, что Джек просто слизнул растекшийся по её ладони джем. Глупо ожидать от нежити, что он помнит про соблазнение и все такое прочее…

– Глупый, глупый Джек!!! Это не мозги! Это всего лишь рука, причем теперь довольно грязная…

Сэм все же вернула себе руку после небольшой потасовки, в которой больше досталось Джеку, чем ей – тот в основном уворачивался от неё и ударов.

Успокоившись, Сэм улыбнулась, отправляя баночку с джемом в мусорку. Огляделась. Посмотрела на свои богатства – молоко и еду… И сказала:

– Знаешь, Джек… Если вы еще добудете где-то топливо…

Джек вопросительно приподнял брови, и Сэм пояснила:

– Дерево. Уголь. Бумага. То, чем топят камин. Если будет, чем топить камин, то Эш можно хоть завтра забрать из приюта.

–…оха? – потрясенно выдавил Джек. И на птаху это как-то не походило. Дуреха? Эм, тетеха? Ну не кроха же… – Эш?

Сэм ткнула пальцем ему в грудь:

– Улавливаешь самое главное. Эш и дрова.

– Удут… – твердо сказал Джек. И почему-то ему верилось.

Сэм поправила ворот его старого кителя:

– Знаешь, еще одно условие – тебе надо сменить одежду на чистую.

Джек смутился и отвернулся. Сэм охнула, все понимая:

– Только не говори, что там, где вы грабанули продукты, нет одежды.

Джек покачал головой – она же просила не говорить. Сэм оглянулась на замерших парней и выругалась:

– Еть… Это же сколько стирать… Потому что, если и приводить вас с порядок, так всех… Не знаю, завидовать себе или рыдать. Такая толпа голых парней и… Вся мертвая, как на подбор…

Джек печально вздохнул, и Сэм поправилась:

– Хотя нет. Трусы и майки стираете сами – в ручье, реке, в море – где хотите. Я лишь штаны и ваши кителя. И, кстати… – она направилась в дом за ведрами: – Нужно принести воды. Очень много воды. А одежду надо как-то пометить…

Хорошо, что она обернулась – успела заметить задумчивые гримасы у парней, явно не понимавших зачем помечать одежду перед стиркой, а не после, и вздохнула, вспоминая, что тут все оборотни:

– Вот дурные! Пометить не в том смысле! Пометить – значит, подписать. Ручкой. И… – она скривилась, – я сама это сделаю. А то будете потом полдня после стирки гадать – где чьи штаны и где чей китель. Я подпишу сама.

Нельзя было не заметить – на форменной одежде у парней были старательно сорваны все нашивки, погоны и знаки отличия. Когда ты знаешь, сколько стоит конкретно твоя голова, эту голову стоит обезопасить хотя бы таким образом. Только опытных охотников, осознанно идущих на леопардов, такая маскировка, как у парней, не остановит, они и фотографиями из личных дел могут обзавестись. Деньги-то на кону стоят большие.

Сэм вытащила из дома ведра и ванну – в ней удобно было стирать.

– Так… Джек, отправь кого-нибудь за водой. И еще… – она помнила, что гепардов в объявлении о поиске было четверо. Если Джек – Арано, то, получается, где-то в лесу сейчас бродит еще один неучтенный гепард, точнее нежить. – Джек, пожалуйста, пока стоит теплый денек, может, последний в этом году, давай приведем в порядок ВСЕХ твоих парней. Честное слово, я не выдам вас. Мне все равно, сколько вас, просто если приводить в порядок, то всех. – она чуть подсластила пилюлю: – Это ради Эш. Она маленькая и может заболеть в любой момент от принесенной на грязной одежде заразы.

Джек, кажется, впечатлился – имя Эш действовало на него магнетически. Он присвистнул и на поляну перед домом вышло еще… Трое! Трое белобрысых, грязных, оборванных военных.

–…еть, – только и сказала Сэм. – Семеро. Это ж еть, еть и еть, Джек. Ты – Арано, четверо – гепарды, а еще один кто?

Джек только пожал плечами.

Сэм выдохнула:

– Ясно. Не ответишь. Типа, сам прибился. И, если честно, это ВСЕ твои парни? Еще где-то припрятанных нет? Ну, случайно, завалявшихся?

Джек отвернулся и снова пожал плечами. Синюшный, которого не хотелось называть Ливнем, вздохнул и вместо ответа взмахнул руками в стороны – типа, много припрятанных.

– Еть… – словарный запас Сэм стремительно скудел. – Хватит и этих. Семеро. Прям как в сказке «Снежка и семь цвер…». Семь нежитей. А что, я невеста, скрывающаяся от мира, а за мной как раз приедет принц.

Джек медленно повернулся к ней и с чувством сказал:

– Еть!

– Точно, – согласилась Сэм. – Я Снежка, и, как Снежке, мне все это стирать. Прям все, как в сказке. Вот только ядовитого яблочка и визита королевы не хватает. И, Джек, это была шутка. Не надо искать яблоки… Или объявлять им вендетту… Ладно… Давайте за водой, а я пока найду ручку и растоплю камин – надо нагреть много воды. Очень много воды. Орки, и зачем я на это согласилась?..

Пока вода грелась, Сэм занялась одеждой парней – первым сдал свою Джек. Сэм аккуратно пометила внутри одежды на ткани «Джек». Не удержалась – проверила все швы, где могли быть пометки для прачечной, заодно и карманы все вывернула – мало ли, вдруг что-то Джек забыл убрать и это пострадает от воды. Ничего крамольного найти не удалось.

Вторым протянул одежду синюшный. Сэм, выбирая место для подписи на шве, выругалась – не заметить выцветшую пометку из прачечной «…ица» было сложно. Она подняла глаза на стоявшего рядом Джека… На слишком молодо выглядевшего для Арано и многодетного отца (для оборотней согласно Пакту о совместном проживании видов двое уже было много) Джека и на синюшного, явно более зрелого. И орки всех задери, сейчас, он выглядел чуть менее синюшным, чем до джема. Сэм выругалась про себя и даже вслух:

–…еть! Решили, что обманули, да? Нет, я, конечно, рада, что вы так своего Ливня бережете, но я же уже сказала, что не сдам вас! Сейчас-то зачем лгать?

Она показала синюшному пометку из прачечной. Синюшный недоуменно смотрел на неё, даже пальцем с когтем провел, но понимания в глазах не возникло. А вот Джек явно напрягся. Дернул с шеи свой медальон и протянул синюшному:

–…ак?

Сэм обиженно пробурчала:

– Не знаю, что значит твое «ак», но да, Арано «Птица» – он, а не ты. Ты же… Мать твою, Джек, ты, кажется, Ливень.

Джек просто напомнил:

– Йаааа ек! Джжжж…. Ек!

– Да-да-да, Джек. – она осмотрела толпу полуодетой нежити, мнущуюся вокруг неё с одеждой в руках, и вздохнула: – медальоны сдайте. По очереди. Будем вас считать. И не смотри так на меня, Джек, я просто хочу быть уверенной, что ничего не напутала. Медальоны!

Синюшный первым протянул свой. Точнее, уже не свой. Ладонь Джека замерла в протянутом положении – Сэм качнула головой:

– Нет, проверять, так все. Вдруг, вы еще где напутали? Читать вы, похоже, не умеете. – хотя она помнила, как скользил палец Джека по надписям на коробках с пайками.