Татьяна Лаас – Душитель с огоньком (страница 17)

Вик торопливо села за руль — это расследование совсем не то, чем она будет потом гордиться:

— В Аквилите мораторий на смерть. — Она запустила двигатель и аккуратно поехала в город — до рассвета совсем ничего времени осталось, Анне надо успеть выспаться, сама Вик решила, что сегодня обойдется без сна. — Максимум, что ей грозит, пожизненное в тюремной камере. Её не отправят на каторгу.

— Это неправильно, — еле слышно продолжала возмущаться Анна.

— Никто не вправе брать на себя обязанности закона.

— Закон тут не защитил.

— Анна…

Вик понимала девушку — та сама была в подобной ситуации: её отец, заразивший её страшной, смертельной болезнью, умудрился избежать наказания — суд счел недоказанной его вину в заражении Анны. Нер Орвуд, понимая, что дочь-некромант будет мстить, быстро после суда покинул город, прихватив почти все семейные деньги. Вик понимала и Аманду, но нельзя, нельзя той спустить такое с рук!

Глава 9

В городе что-то происходило — над Ветряной грядой в предрассветной тьме вновь висел золотой эфирный шар, предупреждающий об опасности.

Анна на переднем сиденье паромобиля подалась вперед:

— Что-то случилось в Восточном!

Вик утопила в пол педаль акселератора, гоня по Окружному шоссе — сейчас каждая минута была на счету.

— Анна, там может быть опасно. Может, тебя…

Та обиженно прищурилась — полгода службы в полиции её сильно изменили:

— Я констебль и не собираюсь там никого убивать. Некроманты не только убивать способны. Я могу за себя постоять — поверь: с тренировок Эша и Грегори не сбежать.

Вик улыбнулась — она и не знала, что оба Грега занимаются с Анной. Та выглядела слишком хрупкой и слабой для тренировок. Надо же!

Паромобиль почти летел к Ветряному району, мимо чуть несгоревшей ренальской прачечной, мимо благополучных домов, мимо еще работающих увеселительных заведений, откуда доносилась грохотавшая там музыка, только улицы были пусты — нечасто над городом висит золотой светляк. Себе дороже не выполнять предписания полиции.

Небо над Ветряным районом алело, и отнюдь не из-за робкого раннего летнего рассвета — весь район был накрыт сияющим в ночи щитом Фидеса. Вик вздрогнула — это кто же его держал? Это же вершина эфирологии! По зиме, чтобы накрыть район, понадобились силы всех магов города.

Анна громко сглотнула:

— Это же надо. Только бы никто не выгорел… Это же прорва эфира.

Вик лишь кивнула — она сама волновалась за парней, и не только за магов. У Эша же в дивизионе сплошь новички. Она снизила скорость — паромобиль подъехал к границе щита, нужно было время, чтобы дежурный маг, держащий тут щит, открыл проем.

Анна выдохнула в удивлении, когда паромобиль проехал через щит — кажется, големов за работой она ни разу не видела:

— Вот это красота!

Вик облегченно улыбнулась — посреди далекой еще площади Воротничков возвышался гигантский андроид, от которого и был запитал щит Фидеса, куполом накрывший район. Вспомнилось, что именно для этого — для защиты населения, — Андре Кит и создавала своих гигантов. Этой ночью никто из магов не выгорит. Только страшно представить, какой счет за задержку строительства моста выкатит мэрии вернийская компания, где и работали големы.

К паромобилю, узнавая по номеру, кинулся Жюль — сержант штурм-отряда Восточного дивизиона. Он запрыгнул на подножку, ухватился за крышу и хлопнул по металлу:

— Давай до участка и не останавливайся! Тут еще жарко! — Его свободная рука кипела эфиром на всякий случай.

Вик опустила стекло на дверце:

— Что случилось?

Она видела, как то и дело констебли вытаскивали из подворотен каких-то мужчин и тащили в полицейские паробусы. Зачистка еще шла своим ходом.

Жюль отчитался:

— Попытка взять штурмом полицейский участок. Поздно вечером сгорел дом некоего Джека Оливера. Воротнички как ополоумели! Зато теперь есть кому обновить камеры. Сволочи! Хороший район чуть не пожгли.

Синих мундиров на улицах Ветряного района было чрезвычайно много — значит, Эш вызвал подмогу из Особо важных и других дивизионов. Он не стал доказывать собственную крутость, решив перестраховаться. Правильно. Жизни людей всегда важнее чьей-то мнимой крутости.

— Из наших много пострадавших?

— Да так, по первости чуть помяли наших, но и только то. Штурм не получился, так «воротнички» погром устроили.

Паромобиль медленно полз в гору, и Вик видела и потоки воды вдоль тротуаров, и усталых пожарных, сворачивающих брандспойты под охраной констеблей, и убирающих какой-то мусор дворников вместе с пилотками — видимо, тут пытались строить баррикады, и разбитые окна, и сгоревшие дома. Вот же сволочи, район только-только начал жить по-человечески!

Ветер в открытое окно приносил стойкий запах гари, словно город вернулся в прошедшую зиму, когда этот район сгорел дотла. Тонкой эфирной струйкой летел над улицами страх — Вик его чувствовала всей кожей. Нескоро удастся убедить жителей, затаившихся за черными, слепыми окнами домов, в безопасности этого района.

Вместо разбитых и поломанных фонарей улицы освещали магические светляки. Болтались на ветру обрезанные электрические и телефонные провода. Погромщики постарались на славу.

Жюль подсказал Вик:

— На задний двор заезжай — там паромобиль оставить безопаснее.

Анна совсем затихла, сидела, как мышка — волновалась за Хогга, наверное. Он из тех, кто вечно прет вперед. В участок, освещенный вытащенными из хранилища на случай чрезвычайных ситуаций масляными лампами, Анна влетела первой, опережая даже пытавшегося воспитанно открыть нериссе дверь Жюля.

Вик старательно не отставала: здесь были её друзья, за которых она волновалась.

В огромном холле на скамьях и на полу вповалку спали незнакомые констебли, все сплошь в повязках: у кого-то на руках, у кого-то на голове. Судя по спешно брошенному Вик диагностическому плетению, все стабильные, все пролеченные и в помощи не нуждавшиеся. Она поспешила в общий зал, где уже скрылась Анна.

Зал был тоже полон: что-то спешно ели констебли, готовясь снова вернуться на улицы после краткого отдыха, кого-то добинтовывал уставший Деррик, что-то быстро показывал на карте и объяснял Эш констеблям под одобрительным взглядом уставшего, одетого в партикулярное Брока — того явно выдернули из дома или из гостей: его невеста нерисса Идо проживала рядом.

Отвратительно пахло кровью и усталостью.

На стуле у окна сидел сонный Хогг — у него на голове была окровавленная повязка. Анна стремительно обняла парня, попытавшегося отстраниться. Вик отвернулась: иногда она не понимала Анну — Хогг явно чурался её и не знал, что делать с её нежностью. Краем глаза она заметила — Хогг все же вырвался из объятий и резко встал. Чего-то подобного стоило ожидать — они слишком разные с Анной. Чего она не ожидала, так это того, что Хогг тут же сам прижмет к себе девушку, что-то успокаивающе шепча в макушку — Хогг та еще каланча.

Вик бросилась к Эшу и Броку — оба щеголяли повязками на руках и синяками на скулах.

— Грег, Брок, как вы?

— Живы, Вики! — расплылся в широкой улыбке Брок. Эш лишь кивнул. Он сильно зарос щетиной, от него несло горьким мылом дивизионной душевой и гарью. Было видно, что Эш устал — который день он не показывался дома, ночуя в участке. Сержант Себастьян Кейдж из Особо важных молча ткнул пальцем в своих констеблей, и они пошли прочь, чтобы не мешать беседе. Алистер остался. Его явно интересовало то, что узнала Вик и Анна. Запретным, алым эфиром от них несло, наверное, за милю.

— Потери есть? — тут же уточнила Вик — это её город, это её ответственность. И пусть лер-мэр спит себе спокойно в своем доме в центре Аквилиты, она не такая — она должна быть там, где нужна.

— За кого ты нас держишь? — обиделся Брок. — Эш — молодец! Он нас вызвал сразу же — его пилоток чуток только успели пощипать и помять. Мы уже почти всех «острых воротничков» переловили — так, остатки в темноте шарятся.

Вик обвела взглядом удаляющихся прочь пилоток:

— Кого надо лечить?

Эш вмешался, откашливаясь:

— Спасибо, Виктория, но не нужно. Деррик уже справился со всеми — вон, долечивать пошел по второму кругу. В полночь все началось, к двум ночи уже всех угомонили.

Брок подтвердил:

— Все хорошо, не беспокойся. Зато у нас сейчас такая коллекция белых воротничков — закачаешься!

Эш мрачно напомнил, потирая заросший подбородок:

— И ни одного нужного. Хаус с Фреем остались на ночь — все проверили, ни в одном кинопленка не зашита. Пока тупик.

Вик нахмурилась:

— «Острые воротнички» это из-за Фостер устроили? Они все еще думают, что она виновна в пожарах?

Эш кивнул:

— Да!

Он отвернулся в сторону, скрывая зевок. Которую ночь он уже не спит? Элизабет, его жена, наверное, уже с ума сходит. Вик, зная, что парни все учли — они начинали свою службу гораздо раньше неё, — все же спросила:

— А по домам задержанных воротнички проверяли?

Брок обиженно фыркнул: