Татьяна Лаас – Чернокнижник и феи (страница 32)

— Я вас не понимаю, — кажется, голос все же дрогнул. Вик с трудом заставила себя выглядеть безмятежно: как-то год заканчивался неправильно, все хотели вывести её из себя.

— Что ж… Придется зайти с другой стороны. — Гилл победил пуговицы жилета и натянул на себя мундир. Его пуговицы, вот неожиданность, он застегивать не стал. А еще он показал, что поведение Виктории его задело — он без приглашения сел в кресло: грубость хозяев вызывает грубость в гостях. — Ривза убили…

— Туда ему и дорога, если честно, — призналась Вик. О каком-то там Ривзе она переживать не будет. Ривзов на свете много, главное, что это не Тони, и ладно.

Гилл откинулся в кресле на спинку и с удивлением произнес:

— Ведь вы его даже не знаете. — про сострадательность женщин, как обязательную черту, он читать лекцию не стал. — Вы даже не встречались с ним тут в Аквилите. Ривз откладывал ваш допрос из-за просьбы вашего мужа. Ривз прислушался к тому, что вам нездоровится. Кажется, ваше «нездоровится» слишком преувеличено.

— Мне достаточно было увидеть Брока после допросов в вашем ведомстве, чтобы понять: горевать о смерти Ривза я не буду. Что-то еще?

Гилл закинул ногу на ногу и расслабился — вот этого от него Вик не ожидала. Он словно наконец-то услышал от неё то, что ожидал.

— Вам придется влезть в расследование убийства Ривза.

— Нет. Не вижу ни единой причины. Расследованием уже занято ваше управление. Мюрай абсолютно ни при чем, так что…

Гилл повторился:

— Вам придется, и будет лучше, если вы меня сейчас выслушаете.

— Мюрай не при чем. Остальное меня не…

Он перебил её:

— Простите, но вы слышали что-нибудь об преценденте Эвирока-Русселя?

— Нет, не припомню.

Гилл кивнул, явно отвечая самому себе, и пояснил:

— Если говорить кратко, то его суть проста: когда в суде Аквилиты дают показания констебли полиции и леры, суд больше доверяет словам леров. Показания Блека, Фейна, Шекли против показаний Одли, Байо и Арбогаста. Драка на набережной, где Ривз сцепился с Мюраем. Блек считает, что именно тогда и было наложено проклятье на Ривза. Показаниям констеблей не перебить показания леров, и Мюрая все же расстреляют.

Вик напомнила, заставляя не принимать слова Гилла близко к сердцу:

— Вы забываете, что есть запись с фиксаторов. Это довод за показания констеблей.

Гилл махнул рукой:

— Одна проблема — полицейские фиксаторы не регистрируют всплески эфира. У констеблей дешевые варианты фиксаторов. Даже тут в Аквилите умудряются экономить на том, на чем не стоит. Блек, Фейн и Шекли явно будут свидетельствовать о том, что заметили всплеск эфира, характерный для проклятья, когда Мюрай необдуманно сказал свое: «Чтоб ты сдох!». Констебли же… Они слабые маги, они все самоучки — к их словам не прислушаются. Вам, чтобы спасти своего Мюрая, придется влезть в расследование.

Вик прищурилась — в словах Гилла, к сожалению, резон был:

— Хорошо. Я поняла вашу позицию… А где в момент дачи показаний о проклятье будете вы?

— Увы, я не в силах это предугадать.

— Дело в деньгах? — что-то подобного она и ожидала от Гилла — не зря же он пришел сюда. Хотел бы снять проклятье — примчался бы в инквизицию. Но нет, он пришел сюда — шантажировать жизнью Мюрая. И это элита, это разведка, куда берут лучших из лучших… Брок куда больше лер и офицер, чем этот рожденный Эвироком с кучей родовитых предков в крови!

Гилл сделал странный знак пальцами, словно отметая что-то:

— Дело в непредсказуемости человеческой жизни, нера Ренар. Только в этом. Так вы возьметесь за дело Ривза?

— Я…

— Не будет каторги для Мюрая. Будет расстрел — и в этот раз Эван Хейг, он же теперь нер Ренар, не успеет дойти до короля, потому что он больше не лер. Его привилегии леров закончились с новым статусом.

Вик сдалась — слова Гилла отражали всю неприглядность их законов: с Мюраем, действительно, могут разобраться именно так. Вот же беспокойное хозяйство! С этого дня ни шагу Брок не сделает без неё или без друзей. И отчет, отчет о всех его делах и встречах.

— Что ж… Уговорили. Рассказывайте, как ваш Ривз дошел до жизни такой, когда признание готов был выбивать любыми способами.

Гилл не стал праздновать победу, он просто уточнил:

— Вы слышали же о Душителе с алой лентой?

— Отец расследовал это дело, правда, потом отказался от него. Сказал, что очень опасно.

Почти одновременно с этим он заболел — у него прихватило сердце, и через две седьмицы он умер. Чарли тогда был темнее ночи — заперся у себя в кабинете, приводя дела отца в порядок, ругаясь даже с Элайзой. А дом провонял сжигаемыми бумагами и еще чем-то.

Гилл понимающе улыбнулся — кажется, впервые за все время визита:

— Именно. Полиция топталась на месте, «Ангелы» решили не рисковать, сохраняя себе жизнь, а у Ривза, последний год исполнявшего обязанности экверри короля, выбора не было. Доверенное лицо короля, он привык до конца выполнять поручения суверена.

— Тони? — побелела Вик. — Ривз… Тварь, что пытала Брока… Это Тони Ривз, майор Королевского Стрелкового полка?! Это он… Умер от проклятья?

Это было внезапно. Словно пол под ней растворился, и она падает куда-то в неизвестность. Словно опять она в катакомбах, словно опять осознала, что Дрейк умрет от проклятья, что Эван погибнет от рук Кларка, что…

Это было невероятно. Это было просто невозможно.

Тони. Улыбчивый, обходительный Тони, уже майор в свои двадцать пять, причем звание получил сам, ему не покупали офицерский патент, как принято у некоторых леров, сразу не мелочившихся и оплачивающих звание полковников, не меньше. Тони, который когда-то в Даде развлекал её, умиравшую от провинциальной скуки курорта. Тони, о возможной свадьбе с которым Вик не единожды подумывала, когда ей было девятнадцать. Вежливый, умный, восхищавшийся отцом Вик и его идеями о расследовании, Тони… Избивающий Брока в подвале Особого отдела. Сокрушительный удар. Иногда некоторые стороны людей лучше и не знать. И не думать, что может скрывать Эван или Брок. Они не такие. Но Тони… Он тоже казался не таким.

Гилл внимательно вглядывался в Викторию, но, к счастью, молчал: давал время смириться и осознать. Вик собралась с мыслями:

— Экверри короля. Майор Королевского Стрелкового полка. Энтони Максимилиан Ривз. Это и есть капитан Ривз из разведки?

— Он.

Горло болело, в нем словно застрял комок, который никак не проглотить:

— Почему капитан?

— Его понизили в звании и сослали сюда в Аквилиту.

Вик подняла глаза и посмотрела Гиллу прямо в глаза:

— За что? Вы говорили — дело в Душителе?

— Я полагаю, что так. Если вы знали Энтони, то вы знаете, каким гордым он был. Он мало что говорил о деле Душителя, так что могу сказать только факты, которые удалось узнать мне, и мои же предположения, не больше. Он ни с кем не делился тем, что случилось.

— Говорите, — лаконично сказала Вик. Так было проще.

— Что вы знаете о деле Душителя?

Она нахмурилась:

— Давайте не будем об этом. Отец не подпускал меня к нему…

— А ведь вы наверняка просили…

Вик прикрыла глаза:

— Не ваше дело.

— Я знаю — вы изучаете психологию мульти-убийц.

— Не так. Пока я пытаюсь доказать, что вообще имею право быть детективом. Потом… Потом я вернусь к психологическим особенностям мульти-убийц, которые весьма неоднородны по причинам убийства. Есть те, кто убивает по определенным принципам: внешность, род занятий и другое, а есть те… — она замолчала. — Впрочем, это вам неинтересно, наверное.

Вик заставила себя открыть глаза:

— Продолжайте. Я читала газеты со всеми описанными случаями убийств Душителя. Я читала про его восемь жертв. И я знаю, что еще четыре убийства, как малость, если я правильно поняла психологию Душителя, еще не совершены.

— Из-за Энтони. — веско добавил Гилл. Вик тут же поинтересовалась:

— Он расследовал это дело?

— По приказу короля.

— Он нашел Душителя?