Татьяна Кузнецова – Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время (страница 39)

Захоронения обычно совершались под курганами, насыпанными из земли и камней. Бескурганные погребения в каменных ящиках, обнаруженные ус. Раковкат (Sulimirski Т., 1936, с. 81), являются исключением. Специфической особенностью Западноподольской группы является применение камня в устройстве насыпи и конструкции могил (каменные оградки вокруг могил, камнем обставлялись степы и выкладывался пол) (табл. 19, 14, 15). В остальном конструкции погребальных сооружений в форме деревянных склепов подобны среднеднепровским (Смирнова Г.И., 1977б, с. 126).

В обряде погребения скифского периода устойчиво сохраняется биритуализм, при этом трупоположения и трупосожжения встречаются в одной могиле. Трупосожжения совершались как на месте погребения, при этом сжигалось погребальное сооружение, так и на стороне с ссыпанием очищенного от костра праха на дно могилы; урновые захоронения редки (Шидловцы, Новоселка-Гримайловская). Вытянутые погребения головой на запад единичны, обычно встречаются скорченные захоронения, в которых преобладает северная ориентировка с отклонениями к западу и востоку.

Большинство известных к настоящему времени погребений относятся к VI в. до н. э., и лишь некоторые могут датироваться началом V в. до н. э.; погребения более позднего периода неизвестны. Набор погребального инвентаря западноподольских могил очень близок среднеднепровскому как по составу (керамика, оружие, конская узда, украшения, зеркала, каменные блюда, ножи), так и по формам.

Местное своеобразие в инвентаре сказывается в значительно более широком распространении топоров и редкой встречаемости мечей в погребениях западноподольских воинов, а также в присутствии отдельных вещей, заимствованных из фракийской узды, и почти полном отсутствии блях, выполненных в зверином стиле. Как в погребениях, так и на поселениях западной Подолии в ранних комплексах постоянно присутствует серая гончарная керамика. Вопреки мнению Т. Сулимирского, причислившего ее к кругу кельтских древностей III–II вв. до н. э., новые исследования позволили отнести серую керамику к северофракийской гончарной посуде VI–V вв. до н. э. (Smirnova G., 1965). Ленная керамика обнаруживает наибольшее сходство с побужской и среднеднепровской правобережной (табл. 21, 1, 2, 4–8, 13–16). Но в отличие от последней здесь почти не встречаются кубки и черпаки, орнаментированные резными и штампованными узорами. Черпаки обычно имеют гладкую лощеную поверхность и высокую ручку с отростком (табл. 21, 11, 12, 17, 18). В орнаментации здесь, как и в Побужье, преобладают каннелюры и выпуклины (табл. 21, 2, 4, 10). Своеобразие керамики западной Подолии объясняется исследователями наличием фракийской основы и влиянием соседних культур.

Специфическими для данной группы являются костяные и бронзовые булавки, завершающиеся стилизованными головками грифонов, и местный вариант бронзовых гвоздевидных булавок с очень маленькой шляпкой и прямым или раздутым в верхней части стержнем, иногда украшенным нарезками. Окраинное положение и наличие фракийской подосновы обусловили более заметные связи Западноподольской группы с культурами средней и Южной Европы — лужицкой и фракийской.

Ворсклинская группа сформировалась на основе культуры правобережного населения, продвинувшегося в бассейн р. Ворсклы на чернолесском этапе (Рудинський М.Я., 1928, с. 48; Ковпаненко Г.Т., 1967, с. 173). Продвижение это было достаточно интенсивным и, возможно, неодноразовым. В раннескифское время бассейны среднего и верхнего течения Ворсклы и ее притоков, рек Коломак, Мерла, Ворсклица и Боромля, заселены уже достаточно плотно; из 66 известных поселений скифского времени не менее 30 возникли в VII–VI вв. до н. э. (Ковпаненко Г.Т., 1967, с. 50). Первые городища строились в тот же период. Наиболее значительные раскопки проводились на селищах VII–VI вв. до н. э. у сел Мачуха (Рудинський М.Я., 1949; Ковпаненко Г.Т., 1970), Пожарная Балка (Ляпушкин И.И., 1961, с. 99–126; Андриенко В.П., 1981) и на городищах VI–V вв. до н. э. у с. Лихачевка (Моруженко А.А., 1984), V–IV вв. до н. э. у пос. Коломак (Ляпушкин И.И., 1982) и VII–III вв. до н. э. у с. Бельск (Городцов В.А., 1911; Шрамко Б.А., 1975а, б; 1983). Все 16 известных ныне ворсклинских городищ расположены по правым высоким берегам Ворсклы и ее притоков, в большинстве случаев на естественно защищенных местах. Склоны плато, на которых находились городища, дополнительно эскарпировались; мысовые городища, помимо вала и рва, ограждавших их с напольной стороны, имели иногда еще дополнительные укрепления, а в ряде случаев вся площадь охватывалась валами, как и на городищах, располагавшихся на плато (Моруженко А.А., 1975).

Исследование оборонительных устройств некоторых городищ Поворсклья привело А.А. Моруженко к выводу о близости их конструкции с оборонительными сооружениями Правобережья и о значительности применяемой фортификационной системы, представляющей серьезное препятствие в случае нападения. Уязвимым местом оказывались деревянные степы (табл. 18, 10), следы сгорания которых послужили в свое время поводом для утверждения о преднамеренном обжигании валов (Фабрицiус И.В., 1949, с. 85–88). Следы пожарищ, датируемых в большинстве случаев концом VI в. до н. э., обнаружены в валах нескольких городищ Поворсклья (Моруженко А.А., 1975).

При общей близости к правобережным, особенностью ворсклинских поселений является наличие на каждом от 10 до 25 зольников, а в единичных случаях — свыше 50 и большое количество следов жертвоприношений в культурном слое и особенно на зольниках. Открыты глинобитные побеленные площадки округлой формы со скелетами или черепами животных и глиняными сосудами на них, жертвенные ямы — также с костяками или черепами животных, а иногда и людей, и отдельные скопления костей животных (череп, моги, часть бока), сложенных кучкой. Исследователи отмечают, что зольники встречались и на территории могильников или вблизи них; известны находки зольников в курганах, где они связаны с основными погребениями. В урочище Осняги возле курганного могильника раскопан зольник с уложенными по кругу черепами и рогами быков (Щегленко А.В., 1983, с. 117).

Среди поселений Поворсклья особое место принадлежит Бельскому городищу, расположенному в междуречье рек Сухая Грунь и Ворскла (табл. 18, 3), — самому большому городищу Восточной Европы скифского времени. Общая площадь его 4020,6 га, протяженность укреплений 25 200 м, при этом высота валов достигает местами 7,5–9 м, а глубина рвов 5,5 м. Это была мощная крепость, укрепленная рвами, валами и деревянными стенами, включавшая три городища: Западное (72 га), Восточное (65,2 га), Куземинское (15,4 га) и не менее девяти больших заселенных участков.

Западное городище, как все поселения ворсклинского типа, покрыто зольниками, их здесь 53. Раскопки выявили на нем культурный комплекс, аналогичный правобережному, начиная с раннежаботинского периода.

Восточное городище, возникшее не позже рубежа VII–VI — начала VI в. до н. э., имеет ряд черт, отличающих его от Западного: иная конструкция оборонительных сооружений, отсутствие зольников, различия в формах и размерах жилищ. Если для Западного городища были характерны большие квадратные землянки площадью около 50 кв. м, заглубленные в грунт на 0,6–1 м, то для Восточного — наземные деревянные постройки площадью около 40 кв. м; землянки же (табл. 18, 16) небольшого размера (9-20 кв. м) встречаются здесь очень редко. Но главное отличие составляет керамика. Если на Западном городище она полностью аналогична правобережной (табл. 22, 1-26), то керамика Восточного городища (табл. 22, 27–54) более близка посуде Северодонецкой группы (Шрамко Б.А., 1983). Особенности двух городищ, входивших в одну оборонительную систему, побудили Б.А. Шрамко выдвинуть гипотезу о существовании на Бельском городище двух этнокультурных групп, характерных для всего Левобережья. Исходя из этого он определяет Бельское городище как центр племенного объединения Левобережья — области расселения будинов и гелонов (Шрамко Б.А., 1975а, с. 119 сл.; 1983, с. 90–92).

В результате многолетних раскопок на Бельском городище было выявлено и его значение как крупного торгового и ремесленного центра. Здесь открыты остатки различных мастерских и производств (табл. 18, 18, 18а, 20, 20а). Кроме того, обнаружено большое святилище с жертвенниками и огромным количеством глиняных вотивных скульптурок, связанных с земледельческим культом плодородия.

Учитывая все приведенные факты, а также значительное сосредоточение населения на городище, количество которого могло достигать 40–50 тыс. человек, и предполагая достаточно высокий уровень развития социальных отношений, Б.А. Шрамко (1984б) пришел к выводу, что Бельское городище являлось поселением городского типа. Это и был город Гелон в земле будинов, описанный Геродотом. В такой гипотезе, несомненно, есть и уязвимые места (Ильинская В.А., 1977), но на данном уровне наших знаний она кажется наиболее правомочной.

Впервые в полном объеме погребальные памятники Поворсклья были изучены Г.Т. Ковпаненко (1967). Курганы составляют как небольшие группы, так и весьма обширные могильники, расположенные вблизи поселений. Около Бельского городища в урочищах Скоробор и Осняги насчитывалось около 1000 курганов (Шрамко Б.А., 1976, с. 409), в Мачухинском могильнике — 160 насыпей (Ковпаненко Г.Т., 1970, с. 146). Большинство курганов сооружено над одним погребением. Впускных погребений немного, они совершались как в курганах эпохи бронзы, так и скифского времени.