Татьяна Кузнецова – Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время (страница 127)

Погребение на насыпи двухметрового кургана эпохи средней бронзы, которое, вероятно, следует рассматривать как основное наряду с погребениями на уровне погребенной почвы, обнаружено в кургане 1 у станицы Костромской. Здесь был сооружен деревянный склеп площадью 10,25 кв. м на четырех угловых столбах. Изнутри стены его составляли по шесть вертикальных столбов, обмазанных глиной, а шатрообразную кровлю образовывали столбы, поставленные наклонно по пять в ряд с наружных сторон склепа: сверху все сооружение было перекрыто камышом (кугой). Со всех сторон склеп окружали 22 захоронения взнузданных лошадей (табл. 85, 1, 1а). Затем все это было предано сожжению. Курган да сыпали на 3 м, и общая высота его составила 5,4 м.

Помимо деревянных, изредка устраивали и каменные гробницы на древнем горизонте. Такая гробница общей площадью около 40 кв. м обнаружена в кургане у станицы Новосвободной (Резепкин А.Д., 1981, с. 116).

Погребальные сооружения знати второго хронологического этапа — конца VI в. до н. э. — первой половины V в. до н. э. — представлены как серией погребений в Ульской курганной группе (курганы 1, 2, 1898 г., 1–4, 1909 г.) раскопок Н.И. Веселовского, так и отдельными захоронениями в других группах. Все известные нам погребения этого периода были основными в курганах высотой от 3 до 6 м и являлись захоронениями представителей воинской аристократии.

В Ульской группе захоронения устраивались на уровне погребенной почвы, где строился деревянный склеп на четырех угловых столбах размером до 25 кв. м, с запада и востока от которого клали в ряд по три-шесть лошадей. Особо выделяется захоронение в Ульском кургане 1 (1886 г.), который может быть отнесен к разряду царских. Построенный в центре кургана деревянный склеп на четырех угловых столбах имел 7,45 м в длину (запад-восток) и 5,7 м в ширину. С востока и с запада от склепа лежали скелеты двух пар волов головой на юг и большое количество лошадиных скелетов головами к центру. Все это сооружение вместе с животными было перекрыто толстым слоем осоки (или камыша). Кроме того, склеп окружали захоронения 360 лошадей, уложенных в определенном порядке, вокруг четырех стоек (по 36 у каждой) и 12 столбов (по 18 у каждого), размещавшихся на площади 52,5×19 м (вместе со склепом) (табл. 85, 8). Над погребениями был насыпан 5-метровый курган, на вершине которого совершили грандиозную тризну. Остатки ее состояли из более чем 50 лошадиных (положенных рядами и группами, а некоторые как будто на привязи у столбов) и двух воловьих скелетов, костей двух волов и баранов, черепков грубой лепной посуды, фрагментов кратера, других расписных ваз и чернолаковой посуды. После совершения тризны курган был досыпан до высоты 15 м.

Факт массового захоронения коней в царских курганах уже не раз обсуждался исследователями. Одни видели в этом захоронение царского табуна, вторые — приношения от представителей, подчиненных царю или вождю общественных подразделений (родов, племен) (Грязнов М.П., 1980, с. 70), третьи — ритуальный обряд, аналогичный известному по Авесте обряду Ашвамедхи (Лелеков Л.А., 1978).

В V и IV вв. до н. э. сохраняются те же типы погребальных сооружений, что и в более раннее время. Они сопровождались массовыми захоронениями лошадей (курганы у станиц Воронежская, Марьевская, в группе Ульских 1982 г.). Появляются деревянные склепы с дромосом, сооруженные на уровне погребенной почвы (курган Курджипс — Галанина Л.К., 1980) и в ямах (курган 1912 г. у станицы Елизаветинской). Курганы у станицы Елизаветинской V–IV вв. до н. э. (раскопки 1913–1917 гг.) отличаются как конструктивно, так и большей пышностью всей погребальной обстановки. Нововведением являются дромосы длиной до 25 м, в которых помещали колесницы, запряженные лошадьми (табл. 85, 9). Вероятно, греческим влиянием объясняется помещение главного погребенного в каменный склеп, сложенный из квадров внутри ямы. По-прежнему перекрытие состояло из деревянных плах, а в могилу и по верхнему краю ее погребали взнузданных коней, количество которых в некоторых случаях достигает 200. Появляются и захоронения зависимых лиц. Особой пышностью всей погребальной обстановки отличается курган Карагодеуашх, находившийся на границе с Синдикой и содержавший погребения кочевой знати царского ранга, подвергшейся сильному влиянию греческой культуры (Лаппо-Данилевский А., Мальмберг В., 1894).

Погребения V и IV вв. до н. э. отражают уже новый этап в развитии социальных отношений у населения Прикубанья. Однако в настоящее время мы можем констатировать только резкую дифференциацию общества, усиливавшуюся на протяжении VII–IV вв. до н. э.

Данных о позе и ориентировке погребенных в могилах аристократии VII–IV вв. до н. э. у нас нет, если не считать сведений Д.Г. Шульца о том, что в курганах 1 и 3 у станицы Келермесской скелеты лежали в первом случае головой на юг, во втором — на север, вытянуто на спине. Особый элемент обряда погребения высших слоев общества, по-видимому, составляли кровавые возлияния или жертвоприношения, при которых употребляли как в VII–VI, так и в VI–V вв. до н. э. крупные жертвенники из известняка прямоугольной формы размерами 1,42×1,40, 1,42×0,98 м с отверстием в центре для стока крови. На курганах устанавливали антропоморфные изваяния, изображающие символическую фигуру воина, родоначальника, выполненную по общескифским канонам (табл. 40, 6). Развитие этих форм изваяний в Прикубанье идет от столпообразных стел с проработкой только отдельных деталей к круглой скульптуре (ср. стелу VII–VI вв. до н. э. на кургане в станице Бесскорбной — табл. 40, 6 и изваяния V в. до н. э. из Краснодарского музея — табл. 40, 9). Когда устанавливалась статуя и была ли она связана с захоронением определенного лица, пока остается не выясненным.

Так как жертвенники обнаружены в могилах, то из этого следует, что обряды, элементами которых они являлись, производились непосредственно при захоронении. Несколько позже, после возведения части насыпи, устраивалась тризна в виде погребального пира, зафиксированная в кургане 1 (1898 г.) близ Ульского аула. Кроме того, существовали и отдельные святилища. Впервые они были открыты Кавказской экспедицией под руководством А.М. Лескова (Лесков А.М., 1985), а затем исследовались А.А. Нехаевым. Святилища имели вид открытых площадок, устроенных на насыпях более древних курганов или на возвышениях. На них сосредотачивалось большое количество вещей, игравших определенную роль в отправлении культов. На культовой площадке VI в. до н. э. это были предметы конского убора, скульптурные навершия, бронзовый котел (Нехаев А.А., 1985). На святилище Уляпского кургана 1 начала IV в. до н. э. на площади около 100 кв. м огромное количество вещей и кости животных располагались преимущественно по периметру прямоугольника. Находки составляли: орудия труда, предметы вооружения, детали конской узды, керамика, бронзовый котел, античные амфоры и бронзовые сосуды, иранский серебряный кубок с изображением зверей, многочисленные золотые бляшки, среди которых имеются с нестандартными изображениями в зверином стиле. Уникальными шедеврами древнего искусства являются два скульптурных навершия, одно — в виде лежащего кабана, второе — в виде оленя.

Не менее интересные находки дала ритуальная площадка Уляпского кургана 4, содержавшая три скопления вещей, в одном из которых обнаружили две панафинейские амфоры в обломках V в. до н. э., а в двух других — несколько античных бронзовых сосудов, десятки золотых бляшек, золотую гривну, серебряную фиалу. Но самыми замечательными находками являются два ритона — золотой и серебряный с позолотой. Последний с протомой Пегаса на конце выполнен выдающимся мастером-ювелиром не позднее середины V в. до н. э.

Третье святилище, открытое в Ульском кургане 5, имело вид круглого деревянного шатрового сооружения, опиравшегося на 10 столбов. По мнению А.М. Лескова, оно представляло собой святилище бога Ареса.

Набор инвентаря богатых мужских погребений VII–VI вв. до н. э. состоял из предметов наступательного (мечи, кинжалы, топоры, копья, луки со стрелами) и защитного (щиты, панцири, шлемы, боевые пояса) вооружения, которое в наиболее богатых погребениях было украшено золотыми накладками в виде тисненых или литых изделий с изображениями в зверином стиле (табл. 87). Так, в Келермесском кургане 1, раскопанном Д.Г. Шульцем, при погребенном находились железные кинжал и меч, первый из которых — в оправе из гладкого золотого листа, а второй обложен золотом и в ножнах, покрытых золотыми накладками с тиснеными изображениями. Такими же накладками с тиснеными изображениями были покрыты топорик, колчан и оселок, а щит украшала золотая литая фигура пантеры с эмалевыми вставками длиной 32,6 см. Эти предметы дали лучшие образцы раннего скифского звериного стиля в сочетании с изображениями, выполненными в стиле урартского искусства. Вооружение воина дополняли два копья с большими железными наконечниками, панцирь из железных и бронзовых пластинок и бронзовый шлем. Из этого же погребения происходят золотая диадема, две золотые чаши и несколько золотых блях, розеток, пуговиц и бус (табл. 88).