Татьяна Кузнецова – Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время (страница 126)

Погребальные сооружения первого периода состояли из обширных грунтовых ям площадью до 52 кв. м, заключавших какие-то деревянные конструкции, закреплявшиеся в канавках по периметру стен. В шести из восьми курганов прослежено сожжение погребального сооружения, что приводило к обожжению погребенных, коней и сопровождавшего их инвентаря. В двух курганах ямы окружал вал выкида, перекрытый хворостом.

Человеческие кости в могилах или вовсе отсутствуют, или полностью разрушены. Фрагментарно сохранившиеся скорченные захоронения в курганах 16 и 20, положенные на правый в первом и левый — во втором бок, головой на юго-восток, не могут быть безоговорочно атрибутированы как основные и единственные.

Характерно, что курганы данной группы практически не содержат вещей кобанской культуры, за исключением глиняной и бронзовой посуды, и по составу инвентаря, как и по обряду, обнаруживают наибольшую близость таким кочевническим комплексам, как курганы у хут. Красное Знамя и у с. Новозаведенное на Ставрополье и у станиц Келермесской и Костромской в Прикубанье.

Второй период, хронологически определяемый VI в. до н. э., представлен курганами 6, 7, 9-11, 15, 17, 18, 23. Комплексы их содержат бронзовые трехлопастные и трехгранные наконечники стрел (табл. 86, 77а-з), железные наконечники копий и предметы конского убора скифских типов VI в. до н. э. (табл. 86, 50–55, 62–67), различные накладки, наконечники и ряд бытовых вещей, украшенных в зверином стиле (табл. 86, 56, 69, 76). Появляются бронзовые зеркала с бортиком и центральной ручкой на столбиках, перекрытых бляшкой с изображением в зверином стиле (табл. 86, 76), золотые серьги восточногреческого типа (табл. 86, 74–75). Геометрические мотивы, сохраняющиеся на золотных накладках, изменяются в сторону усиления орнаментальных элементов, трансформирующих первоначальные знаки-символы (табл. 86, 70, 71). Увеличивается количество вещей кобанской культуры, особенно в украшениях (табл. 86, 54, 57, 60). В обряде также происходят изменения. Могильные ямы уменьшаются и не превышают по площади 25 кв. м. Деревянные конструкции отмечены только в трех из девяти ям и в двух — канавки и уступ. Все центральные захоронения разрушены, за исключением одного, положенного на спине вытянуто головой на юго-юго-запад. Сопровождающие погребенные лежат скорченно на правом и левом боках, головой на юго-запад и реже — на юго-восток.

И, наконец, третий период датируется самым концом VI–V в. до н. э. Он представлен курганами 1–5, 8, 24. В них присутствуют предметы вооружения и конского снаряжения скифских типов, характерные именно для этого времени (табл. 86, 78–80, 88–95, 98). В керамике и украшениях господствуют свойственные кобанской культуре формы (табл. 86, 86, 96, 115). Встречаются привозные вещи (табл. 86, 113).

Размеры могильных ям уменьшаются. Самые большие из них имеют площадь 16 кв. м и уже никогда не содержат деревянных конструкций. В могилах, как правило, продолжают хоронить по два покойника. В двух случаях, когда удалось зафиксировать положение главных погребенных, они были погребены на спине, головой на юго-запад или юго-восток, с несколько подогнутыми ногами и согнутыми ромбом руками. Захоронения зависимых лиц, так же, как и в предшествующие периоды, совершались в слабо скорченной позе на правом и левом боках, головой на юго-восток.

Изучение могильника позволяет констатировать длительность обитания в данном месте скифской родо-племенной группы. Несмотря на определенную замкнутость группы, которая объясняет консерватизм в употреблении отдельных форм посуды, деталей упряжи, прослеживаются и контакты с другими народами, и усиливающееся со временем влияние кобанской культуры.

После присоединения Северного Кавказа к России во второй половине XIX в. расселившееся здесь казачество первым начало «исследование» курганов вокруг вновь образовавшихся станиц.

Судя по донесениям казачьих атаманов в ответ на запросы Археологической комиссии, ежегодно уничтожались сотни курганов. Лишь единичные разрозненные вещи из них попали в музейные коллекции Краснодара, Майкопа, Гос. Эрмитажа и Гос. Исторического музея. Разграбление продолжалось и в последующие годы. В 1903 г. право на раскопки в станице Келермесской получил техник Д.Г. Шульц. Вскрытые им четыре кургана оказались неограбленными, и он продал часть золотых вещей. Уличенный в хищнических раскопках, переплавке и продаже золота из курганов, Шульц вынужден был прекратить свою деятельность.

Систематическое археологическое исследование курганов Прикубанья производил в 1897–1917 гг. профессор Петербургского университета Н.И. Веселовский. Им раскопаны курганы близ станицы Костромской, Ульского аула (совр. Уляп), станиц Ладожской, Усть-Лабинской, Келермесской, Марьинской, Елизаветинской (ОАК за 1897, 1898, 1902, 1903, 1908, 1909–1910, 1911, 1912, 1913–1915 гг.; ИАК, вып. 65, 67).

В советское время исследование курганных памятников скифского времени в Прикубанье проводилось нерегулярно. В 1972 г. Н.И. Навротский доследовал ряд курганов V–IV вв. до н. э. у с. Ковалевского (Навротский Н.И., 1972). В Армавирском музее, кроме того, хранятся вещи VI и IV вв. до н. э., происходящие из разрушенных погребений в районе этого же села (чернофигурные сосуды, золотые гривна и серьга, бронзовый браслет, бусы, каменное изваяние). В 1979 г. А.А. Нехаев раскопал два кургана у станицы Раздольной с рядовыми погребениями VI в. до н. э., впущенными в насыпи курганов эпохи бронзы (Нехаев А.А., 1978). В 1980 г. А.Д. Резепкин в курганном могильнике в урочище Клады близ станицы Новосвободной Майкопского р-на открыл несколько впускных и одно основное скифское захоронение (Резепкин А.Д., 1981, с. 115). В том же году В.С. Бочкарев при раскопках Новокорсунского курганного могильника обнаружил под насыпями двух курганов впускные погребения VII–VI вв. до н. э. (Бочкарев В.С., 1981, с. 6–7, 22–24).

С 1980 г. возобновились регулярные исследования курганов Келермесской группы (Галанина Л.К., 1983б; 1984а, б; 1985), где вскрыты рядовые воинские погребения VII–VI вв. до н. э. в могильнике между курганами эпохи бронзы. С 1981 г. производятся исследования Уляпских курганов (Лесков А.М., раскопки 1981–1984 гг.). Отдельные кочевнические комплексы раннескифского времени происходят из станиц Подгорной (Ложкин М.Н., Петренко В.Г., 1981, с. 70, 73) и Старокорсунской (Аптекарев А.В., 1986). Ряд вещей из разрушенных курганных погребений VI–IV вв. до н. э. хранятся в Гос. Эрмитаже, Краснодарском и Майкопском краеведческих музеях. Так как раскопки последнего десятилетия не все опубликованы, основным источником остаются материалы раскопок Н.И. Веселовского, которые ввиду разграбленности и плохой фиксации сохранившихся деталей обряда, к тому же прошедшие через субъективное истолкование автором, не дают возможности полного использования их как доброкачественного источника для общих характеристик.

В настоящее время известно более 20 погребений VII–VI вв. до н. э., которые можно относить к скифским. Они находятся в бассейне среднего течения р. Кубань на право- и левобережье, распространяясь на юг до предгорий Кавказа. На востоке памятники, расположенные по р. Урупу и правобережью р. Кубани в районе г. Армавира, смыкаются со ставропольскими (карта 15).

Карта 15. Основные скифские памятники Северного Кавказа.

а — курганы; б — случайные находки.

1 — Новокорсунский; 2 — Батуринская; 3 — Раздольная; 4 — Усть-Лабинская; 5 — Старокорсунская; 6 — Уляп (Ульский аул); 7 — Келермесская; 8 — Мохошевская; 9 — Костромская; 10 — Новосвободная; 11 — Подгорная; 12 — Бесскорбная; 13 — Ковалевское; 14 — Ставропольские курганы; 15 — Алексеевский; 16 — Красное Знамя; 17 — Сотниковское; 18 — Лермонтовский разъезд; 19 — Новозаведенное; 20 — Отказное; 21 — Нартан; 22 — Гвардейское; 23 — Степное.

В курганах отмечено два вида захоронений: основные и впускные. Основные погребения, как правило, принадлежали наиболее богатой и знатной прослойке общества, среди которой также намечается иерархия. Погребальные сооружения знати отличаются большими размерами насыпи (высота 5–7 м, диаметр 40–60 м), сложностью и размерами могильного сооружения, на возведение которых требовался труд значительного коллектива людей. В ряде случаев выделяются аристократические могильники, в которых производились захоронения, вероятно, определенного знатного рода. Так, все шесть курганов, раскопанные у станицы Келермесской, содержали по одной квадратной в плане обширной могильной яме площадью около 100 кв. м с деревянными конструкциями внутри. Погребения сопровождались массовыми захоронениями коней. Наиболее полно описанный Н.И. Веселовским курган 1 (1904 г.) заключал яму размером 10,7×10,65 м, глубиной 2,2 м. Выкид из могилы был выложен кольцом вокруг нее и перекрыт деревом и камышом вместе с могильной ямой. Ко дну могила шла двумя уступами. В дне ее обнаружены ямки от 20 столбов, которые отделяли участок могилы с запада, где были погребены лошади, а остальную часть делили на три отсека, в среднем из которых находилось, по-видимому, человеческое захоронение, в северном же стояла глиняная и бронзовая посуда. По южному краю могилы также лежали взнузданные лошади, и среди них найдены три железных и четыре бронзовых навершия, возможно, от погребальной повозки или колесницы. Перекрытие могилы было дощатым (табл. 85, 7). Этого же типа погребальные сооружения, но более простые обнаружены в курганах с захоронениями воинов из средней прослойки общества (курган 2 у станицы Усть-Лабинской, курганы 1 (1908 г.), 1 (1910) у Ульского аула). Грунтовые могилы площадью 14–16 кв. м, глубиной около 1,5 м, перекрытые деревом, со следами деревянных склепов внутри ям, находились под насыпью двух-трехметровых курганов. Конские захоронения по южному краю могилы на материке зафиксированы только в Ульском кургане.