Татьяна Кожевникова – Перекрёсток наших судеб (страница 2)

Пришлось пойти промоутером – стоять целый день в магазине и уговаривать раздражительных покупателей покупать то, что они вовсе и не собирались покупать. Чтобы заплатить за первый семестр, пришлось занять денег, а уж о том, чтобы приодеться, и речи не было. Правда, в магазине выдали спецодежду, а после работы Ева всегда торопилась домой. Какие там дискотеки, клубы, боулинги! Все мальчишки куда-то подевались – кто уехал, кто поступил в институт, а кто – в армию пошёл.

Ева не унывала, она знала, что без трудностей в жизни ничего не добьёшься, и она не собиралась всю жизнь довольствоваться обносками и скудной пищей. Она училась и ждала 18-летия, чтобы устроиться на более престижную работу. А пока подменяла всех, кто её ни попросит, чтобы заработать как можно больше денег, участвовала во всех акциях, приносила оттуда домой подарки, чем пугала маму. Мама была старомодной и «подарки» пугали её мыслью, что за всё надо платить.

Однажды Ева, отстояв свою смену, осталась на вторую – до 11 часов вечера – самое трудное время. Она очень устала и решила хотя бы «отстоять», не предлагая товар покупателям, которым это не очень-то и нравилось.

– Вот ты где, – услышала она знакомый и уже забытый голос, а сердце ёкнуло, – я тебя уж и потерял из виду.

– Да, скоро год назад.

– Почему ты так думаешь? Я гораздо больше осведомлён о тебе, чем ты думаешь. На бюджет не прошла, поступила на заочное. Учишься и работаешь, чтобы платить за учёбу. Так ведь?

– Так, – Ева не знала, что сказать. Она видела ЕГО один раз мельком, а он, оказывается, следил за ней!

– Что ты собираешься делать?

– Учиться дальше. Я институт не брошу. Я не собираюсь всю жизнь в магазине стоять.

– Это хорошо. Ты упорная девочка (Еву опять покоробило). Но этого иногда в жизни бывает недостаточно. Без поддержки влиятельных людей, как это называется, связей, будь ты семи пядей во лбу, будешь стоять в магазине – хоть и с высшим образованием, а дальше тебя не пустят.

– Пустят, – Ева скривила свои коралловые губки вовсе не потому, что знала, как ей это идёт, – я по головам пойду.

– Ох, ты какая! Впрочем, не сомневаюсь. Но пока-то не получается? – он улыбнулся, и она почувствовала, что сейчас расплачется.

– Вам что-нибудь посоветовать? Что вас интересует?

– Да уж не памперсы, конечно, – он кивнул на стеллажи с памперсами за её спиной. – Вот что, я тебя жду в машине, заканчивай работу, подходи, поговорим.

Он пошёл вдоль стеллажей, свернул в продуктовый отдел, Ева стояла, будто приросла к полу.

– Ева, что ж ты ему не продала ничего? – девчонки завистливо поглядывали на обомлевшую Еву, – такой богатенький с виду, ему, наверное, ничего не стоило купить все памперсы в магазине!

Все девчонки мечтают о «богатеньких». Ева поймала себя на мысли, что и ей он понравился по той же причине.

– Ему не нужны памперсы. Он за продуктами пришёл.

– О! И тебе об этом сообщил, – ехидничали они.

Еве не хотелось ни отшучиваться, ни огрызаться. Это была не её смена, здесь девчонки были не добрыми. Лучше не связываться вообще.

Ева сразу его увидела, хотя импортных машин на стоянке было немало. Он открыл дверцу машины, приглашая сесть. Ева ни разу в жизни не сидела в такой машине, да и вообще на машинах не ездила. В такси и то – по пальцам перечесть.

– Ты можешь позвонить маме, чтобы не волновалась, – он взял в руки сотовый телефон (когда он успел заметить, что у неё не было телефона?), – какой у вас дома номер?

– Мамы нет дома. Она на сутках.

– Тогда лучше её не волновать. Вот что. Поехали ко мне в офис, поговорим. Не бойся.

Ева промолчала. Она абсолютно его не боялась – такое он внушал доверие. Офис был рядом – большой магазин компьютерной техники. Ева с интересом разглядывала компьютеры – один другого лучше. Для неё пока это было только мечтой. Хотя и необходимостью тоже – писать курсовые приходилось у подруг. Они прошли в просторный кабинет – с модной офисной мебелью. Ева ждала, что он предложит ей сесть в одно из огромных кожаных чёрных кресел, стоявших тут, но он открыл незаметную дверцу и поманил её:

– Прошу.

– Вы тут отдыхаете? – Ева разглядывала уютно обставленную комнатку – два дивана канапе, маленький столик, шкафчик с посудой, кулер и ещё одна открытая дверь, через которую был виден санузел.

– Мы тут живём, – процитировал он и улыбнулся, – давай перекусим сначала. Ты не против? И познакомимся. Меня зовут Игорь. А ты мне расскажешь, кто так придумал тебя назвать.

– Как?

– Ева – это имя первой женщины.

– Не знаю. Я при этом не присутствовала. А вы, если так много знаете обо мне, должны знать, что мы живём с мамой вдвоём. Мой папа – где-то на Западной Украине, а может ещё где. Никогда его не видела.

– А ты сердитая стала за это время.

– Можно подумать, что вы меня раньше знали.

– Чуть-чуть. Издали. Ну а сейчас познакомимся.

Он разложил принесённые из супермаркета продукты. Ева только слюну сглотнула – всё было дорогое и ей недоступное. Она даже никогда не подходила к этим стеллажам в магазине. Игорь разлил вино из необычной – в виде кувшина – бутылки.

– Давай выпьем за знакомство. Расслабься. Ты как ёжик. В Тумане, – он ухмыльнулся своей шутке и протянул ей фужер.

– Спасибо, – Ева взяла фужер в руки и залпом выпила вино.

– Ох-ха-ха-ха! – раскатисто рассмеялся Игорь и выпил своё вино тоже залпом. – А ты забавная. Присаживайся, ешь, не стесняйся.

Ева и не думала стесняться. Ещё в машине она решила для себя, что раз уж так всё складывается, то она станет сегодня женщиной, тем более первым мужчиной будет «избранник». Она с аппетитом ела деликатесы, запивала вином даже больше, чем этого надо было, не обращая внимания на искорки в глазах Игоря, рассказывала о себе всякие глупости и уже через полчаса заснула на кресле.

Проснулась она на канапе, одетая в чём пришла и явно «нетронутая». Её это даже обидело немного, потом стало стыдно, что она вчера перебрала, оглядевшись, поняла, что уже давно день, а сюда никто и не зашёл даже. Ева умылась, позавтракала остатками вчерашних изысков и, решив не комплексовать, вышла в офис. Игорь разговаривал с каким-то мужчиной. Ева кивнула ему и направилась к выходу.

– Подожди меня, я сейчас освобожусь, – строго сказал Игорь. Ева присела тут же в офисе на диван.

– Вот что, – задумчиво проговорил Игорь, как только мужчина вышел, – я решил принять участие в твоей судьбе, – не спорь, не кривись, помолчи, – оборвал он сразу все её возражения, – пока тебе не исполнится 18, поработай в магазине. Потом придёшь к нам. Постепенно будешь набираться опыта, учиться и работать. Поняла?

– Да. Что мне сейчас делать?

– Иди домой. Зачем ты вчера напилась?

– Не знаю. В первый раз.

– Ага, понятно. Когда тебе 18 исполнится?

– Через два месяца.

– Ну, вот через два месяца и поговорим.

Ева вышла на улицу и только пройдя пару кварталов подумала, что надо было сказать: «Не нуждаюсь в вашей помощи», «Сами как-нибудь», «Никто вас не просит ни о чём» и т.п. Но это было уже «лестничное остроумие», которое никто никогда не слышит, потому что человек произносит всё это в уме, когда его выставят на лестницу.

За два месяца спеси у неё поубавилось, она уже ждала, не могла дождаться, когда же ей исполнится 18. Она уже видела себя в белой кофточке с чёрной юбочкой, а главное, с умным видом предлагающую компьютеры простым людям, умело объясняющую все многочисленные заморочки. Ей уже не казались обидными слова Игоря, что он «решил принять участие в её судьбе». Теперь ей это виделось, как благо.

Отметили 18-летие скромно – с немногочисленными родственниками, с подругами. Мама подарила своё золотое кольцо – никогда Ева не видела его у мамы, видно, прятала. Кольцо было необычным, старинным – с маленьким бриллиантом. Еве даже страшно было надеть его на палец – никогда у неё не было драгоценностей – потом понравилось. А мама плакала.

На другой день она решила пойти в офис к Игорю сразу же после работы, но он пришёл сам – с огромным букетом алых роз. Еве было так приятно, что она не знала, куда глаза деть от счастья – подруги завидовали – ах, какой мужчина! Спонсор? Игорь вручил ей маленький пакетик, как оказалось с деньгами, как всегда, безапелляционно сказал, чтобы до конца недели она уволилась, купила необходимую одежду, а в понедельник пришла в офис устраиваться на работу.

Ева всё исполнила в точности – купила белую кофточку и чёрные брюки, предварительно подглядев, как одеты девушки в компьютерном зале, денег хватило и на пальто и даже сапоги. Ева не стеснялась и маме объяснила, что те, кто там работает, не должны выглядеть бедно. Сама придумала, а потом оказалось, что попала в «точку».

Игорь глянул на её документы и отправил в «отдел кадров» – пожилой женщине, которая выполняла всю бумажную работу в офисе, как потом Игорь объяснил, она единственная, кто ни разу не потерял и не перепутал документы.

Зря Ева думала, что тут же приступит к работе, как она мечтала, – рассказывать покупателям, какие замечательные штучки стоят у них в магазине. Оказалось, чтобы это рассказать, нужно было окончить специальный институт. Но работы и так хватало – надо было оформлять документы – и когда приходила новая партия товара, и когда продавалась. Ева быстро схватывала, умела читать бумаги, все её хвалили, только Игорь, казалось, перестал замечать. Устроил, и ладно. Благодетель. Дома Ева потихоньку плакала в подушку.