Татьяна Кошкина – Академия Алых песков. Проклятье ректора (страница 37)

— Носи его всегда. Я смогу почувствовать, если с тобой что-то случится, и всегда найду.

Я застыла. Мне хотелось верить, что это было особое обещание защиты. Сердце дрогнуло и забилось в два раза сильнее, чем от страха при нападении незнакомца.

— Спасибо, — искренне ответила я и с беспокойством спросила: — Вы уже сообщили их величествам?

Я боялась услышать ответ. Мы не должны сообщать им раньше времени, сначала следует разобраться и рассказать все обстоятельно, когда Дитрих очнется. Эйр Хан подтвердил мои собственные мысли.

— Нет, — мотнув головой, откликнулся ректор. — Я не самоубийца. Когда принц придет в себя, сам все сообщит. Эвика, расскажи, как выглядел нападавший.

Я попыталась максимально подробно описать ситуацию. Реймонд слушал внимательно, задавая короткие уточняющие вопросы. Он что-то прикидывал в голове, и мне даже казалось, будто он знает нападавшего. Отойдя к окну, он пообещал:

— Больше подобного не повторится. Я усилю защиту на академии. Мне жаль, что так получилось. Я был недостаточно осмотрителен.

— В этом не было вашей вины…

— Эвика, — Реймонд подошел и подался вперед, осторожно притянув меня к себе. Проведя пальцем по моей скуле, он спустился к подбородку. Его взгляд медленно скользил по моему лицу, будто хотел спрятать мои черты в самые глубины памяти. — Это моя вина как ректора академии. Я обещал вам лучшую охрану, не справился и чуть не потерял тебя. — Коснулся лбом моего лба и выдохнул аромат раскаленного песка мне в губы. — Мне еще никогда в жизни не было так страшно, Эви. Никогда в жизни я не боялся потерять кого-то так сильно, как тебя. Обещаю, что сделаю все возможное, чтобы уберечь тебя. Я найду убийц и того, кто помог им проникнуть в академию. Ты будешь в безопасности.

Я не знала, как реагировать на неожиданную ласку и прожигающие до костей слова. Хотелась податься вперед и поцеловать его, несмотря ни на что. Глупо отрицать, нас с Реймондом Эйр Ханом тянет друг к другу и это притяжение почти невозможно побороть. Реймонд подался вперед и едва не прикоснулся губами к моим, когда дверь распахнулась.

— Кхм, магистр, — кашлянул целитель и смущенно отвел взгляд. Ректор отстранился. — Я бы хотел еще раз осмотреть студентку Азнавер и приготовить ей целебный отвар.

— Разумеется. Делайте все, что посчитаете нужным. Я вынужден откланяться. — Развернувшись, сказал уже мне: — Выздоравливайте, Эвика.

Дверь за ним тихо закрылась. Я вздохнула и послушно легла на подушки, приготовившись к повторному осмотру. Надеюсь, целитель не решит проверить мой сердечный ритм, потому что сейчас он слишком быстр для нормального человека.

Глава 13

На следующее утро в наши покои ворвался ураган под именем Тассилия Фавер. Девушка влетела в спальню без стука, вот только застала там не того, к кому так стремилась.

— Ди, я только что узна… — оборвала фразу на полуслове, увидев меня, мирно лежащую на покрывале в обнимку с хрулем. Тот навострил уши и заработал пятачком, ловя запах новой гостьи.

— Он сейчас в моей спальне. Его вчера погрузили в лечебный магический сон. Еще не просыпался, — ответила спокойно и почему-то добавила: — Не желаешь чаю?

Вбитые в мою голову правила придворного гостеприимства дали о себе знать совершенно не вовремя. К счастью, на ближайшие пару дней нас с Дитрихом освободили от занятий и, если говорить честно, посадили под домашний арест. Поэтому еду нам отправляли через портал по звонку маленького золотого колокольчика в гостиной, иначе ума не приложу, где бы я раздобыла чай в академии.

— С удовольствием, а лучше успокоительный сбор, — Тассилия красноречиво посмотрела на свои дрожащие руки. — Расскажешь подробнее, что произошло? Я из дяди вытащила только скупое: покушение, тяжело ранен, но жизнь вне опасности.

— Пойдем, поговорим в гостиной.

Мисс Фавер нервно теребила черные как ночь, кудри и ловила каждое мое слово. Разумеется о своих травмах, что за ночь почти затянулись и о том, кто Дитрих на самом деле, я умолчала. Рассказала лишь о странном незнакомце с кинжалами, лица которого не разглядела.

 — Но как это возможно? — всплеснула руками племянница ректора. — Академия Алых песков одно из самых защищенных мест в мире. Проникнуть сюда без посторонней помощи не могут даже пустынные разбойники, а они сильнейшие наемные убийцы.

— Твой дядя считает, что в академии предатель.

Едва вспомнила о магистре, как рука сама потянулась к кулону. Коснулась пальцами теплого стекла и не сразу заметила, как вытянулось лицо Тассилии.

— Это же... — Девушка не договорила и хитро улыбнулась. — Эвика, скажу тебе по-дружески: ты невероятна! Что ты сделала с моим циничным и хладнокровным дядюшкой, раз он отдал тебе семейную реликвию?

Я как раз сделала глоток чая с ароматом лесных ягод и едва не поперхнулась, только многолетние тренировки светскими беседами помогли не потерять лицо. Тассилия может сколько угодно считать меня подругой, но мы не так близки, чтобы плевать чаем в лицо. Да, разгребать верблюжьи загоны — это одно, а чай — святое.

— Я не знаю, — только и смогла ответить.

Семейные артефакты в нашем мире редки и почти священны. Каждый из них обладает особыми свойствами, о которых владельцы предпочитают не распространяться. Тайна таких артефактов хранится только внутри семьи, а уж речи о том, чтобы передать такую вещь в руки постороннего и быть не может. Это даже не предложение руки и сердца сделать, а сразу принять в семью без обрядов и клятв.

— Если хочешь, — схватилась за цепочку, — могу вернуть его тебе. Это слишком ценный подарок. Я не знала.

Предложение далось мне тяжело. С вещью, подаренной Реймондом, расставаться не хотелось даже под смертельным заклятием! Едва не вернула свои слова обратно, как Тассилия меня успокоила:

— Реймонд — глава рода. Он имеет право распоряжаться артефактом так, как считает нужным. Но, — понизила голос до шепота, — когда ты разорвешь помолвку с Ди ради моего дяди, я должна узнать об этом первой.

— Зачем? — растерялась и не сразу сообразила, на что намекает Тассилия. — У вас что, все так серьезно?!

— Я его люблю! — открыто и прямо заявила девушка.

Вот это характер! Я бы так не смогла, дурное придворное воспитание приучило вечно ходить вокруг да около, говорить нелепыми намеками. А с магистром Эйр Ханом все получалось и того хуже, почти на грани приличий, но никогда прямо.

— Надеюсь, вы обо мне говорите, — раздалось хрипло из дверей моей комнаты.

Мы одновременно обернулись и увидели бледного как смерть Дитриха. Он опирался на косяк, едва заметно хмурясь от боли. Целитель предупреждал, что яд будет выводиться несколько дней и это процесс будет очень болезненным и  неприятным.

— Ты что здесь делаешь? А ну обратно в постель! — сказали мы с Тассилией хором и переглянулись.

— Спелись у меня за спиной, да? — попытался рассмеяться Ди, но лишь снова поморщился.

— Ничего мы не спелись! — возмутилась я.

А вот мисс Фавер ждать не стала, подлетела к Дитриху и, схватив его за края небрежно накинутой рубашки, начала целовать.

— Кхм, кхм, — я попыталась привлечь к себе внимание, но получилось это лишь у хруля, который особым тактом не отличался и изо всех сил вцепился в юбку Тассилии.

Поцелуй прервался, а мой питомец едва успел увернуться от остренького каблучка девушки. Вот же!

— Я прощен? — поинтересовался расплывшийся в улыбке принц.

— Нет, но лучше прибью тебя сама! — заявила Фавер.

— В очередь, Тассилия, в очередь, — устало выдохнула и почесала обиженного хруля за ухом.

С этого дня в апартаментах мы, кажется, жили втроем. Девушка ни на шаг не отходила от Дитриха, приносила ему в спальню обед, читала вместе с ним книги и постоянно жгла какие-то целебные травы, которыми пропахла вся комната пока еще моего жениха. Я наблюдала за ними со спокойным снисхождением и легким страхом за Тассилию.

 Она искренне любит его, а вот принц? Не удивлюсь, если через неделю он бросит ее и закрутит роман с кем-то еще. А если нет, то что скажут его родители? Я не знаю, есть ли у Тассилии хоть какой-то титул, чтобы претендовать на мое место, а в мире монархов — это важно. Меня в свое время приняли с трудом, но заслуги моей семьи перед королевством сделали свое дело. Да и что будет, если они поженятся? Я буду жить за соседней стенкой? Одна или со своим мужем? Как все нелепо! Чем закончится эта история любви? Ума не приложу.

Моя же история замерла на середине. Несколько дней от магистра Эйр Хана не было ни слуху, ни духу. От нового падения шкафа меня удерживало несколько вещей: талисман на шее и понимание, что ректору сейчас не до меня. Он должен во всем разобраться, иначе может лишиться головы.

Тассилия, хоть я ее и не просила, регулярно докладывала о том, что делает её дядя. Он дважды куда-то уезжал, потом возвращался и допрашивал преподавателей и охранников, досталось даже некоторым студентам. Как говорится, магистр Эйр Хан рыл носом землю, чтобы во всем разобраться. И почему-то мне казалось, что причина была далеко не в страхе перед Орманской империей. Реймонд Эйр Хан хотел защитить меня.

Его племянница на поверку оказалась не такой уж зловредной. Обычная девушка, вот только очень одинокая. Её мать погибла много лет назад, а дядя не уделял достаточно времени, занимаясь делами академии. Про отца мисс Фавер тактично умалчивала, а у меня не было желания чинить допрос. Но чем ближе я узнавала Тассилию, тем чаще думала о том, что рано или поздно её сердце будет разбито и это меня безумно огрочит.