Уходя с Таисией Игнатьевной за подарком утром, мы обе накрученные, категорически отказавшейся верить Олегу директрисе по воспитательной работе, Глафире , настоятельно потребовали от него, чтобы он поднялся с кровати и пошёл в школу к третьему уроку. Олег обещал. И когда я с подарком вернулась в приют, Олега не обнаружила в комнате, восприняла это как послушание и с чистой совестью принялась делать салат из приобретенных только, что в магазине продуктов для вечернего празднования дня рождения.
Через некоторое время я услышала громогласные возмущения Глафиры Андреевны в адрес Олежки и его тихие, бубнящие оправдания. Голос директрисы звучал на лестнице, а за тем быстро стал приближаться в мою сторону, как я и предполагала, и начала при первых звуках её голоса строить мысленно цепь оправданий. И когда она, гневная женщина с несколько комичной внешностью начала задавать мне прямые вопросы, любые ответы , на которые , мы это обе понимали, могли только подчеркнуть мою несостоятельность как воспитателя – я стоя перед ней с разделочной доской в руках,чувствовала себя на этой доске, и тоже, как Олег, что-то бубнила в ответ.
Упрёки, наверное, были справедливы – я должна была убедиться в уходе Олега, проверив наличие зимней обуви на ногах и сменки в пакете, и проч.
Спустя время, когда ко мне уже присоединилась пришедшая из школы Настя, пришла Глафира Андреевна с бумагой в руках и грозно обратилась ко мне по имени. На мой игривый вопрос: «Я в чём – то провинилась Глафира Андреевна?», она забежала на кухню, взглядом выгнала Настю и заговорчески зашептала: «Я написала приказ о лишении премии Таисии Игнатьевы – почитайте – протянула мне, бумагу и увидев моё лицо, поспешила успокоить – это так для Олега. Я хочу, чтобы он узнал об этом, понял, что за его прогулы будет наказан воспитатель. «Я ответила: «тогда напишите и меня, я ведь утром не выгнала его к третьему уроку».
Глафитра А, одержимая своей очередной идеей – фальшью, велела мне, позвонить ей по местному телефону когда все вернутся из школы.
В её коварные планы, конечно, не входило проверить благородство Олега, его порядочность. Она сама очень далека от этих понятий, не употребляет в воспитательном процессе этих слов и не проявляет этих качеств. Педагог с большим стажем, она прекрасно обходится без них.
Олег абсолютно лысый, нет, не бритый, а лысый пятнадцатилетий подросток .О нём, как и об большинстве наших воспитанников можно сказать: Он очень много пережил в своей небольшой жизни. Но череда переживаний от бед этого парнишки привела его к новой беде – облысению. Для очень скромного, ребёнка подобная метаморфоза внешности – трагедия, которая , по слухам, чуть не привела его к суициду. Ни кто из сотрудников «Фламинго» не уточнял у разговорчивой, общительной бабушки Олега, что помешало осуществить подростку задуманное, но каждый понимает, что отношения с ним надо строить особенно бережно. У парня отца не просто убили. Его расчленили. В ходе расследования убийства, части тела находили постепенно и каждый раз приглашали родственников на дознание…
Бабушка Олега по папе, в очередной приезд из города Талина, рассказала мне историю их родословной.
Дворянский род – отец бабушки имел до революции несколько заводов в Петербурге, далее эмиграция в Эстонию, после известных исторических событий. Так называемые, теперь часто, социальный статус и материальный достаток, наживались заново на новом месте. Дети, в том числе бабушка Олега нашего, все получили хорошее образование, воспитали своих детей. Ряды товароведов, моряков, бухгалтеров города Талина пополнили потомки бывших Петербуржцев дворян из рода Ожеговых предков.
И, вот, наконец, папа Олежки курсант Мореходного училища города Таллинна, женился на симпатичной девушке из так близкого сердцу семьи, города Ленинграда. То, что родители невесты увлекаются водочкой, конечно, настораживало, но уверенность, почерпнутая из сказок, в том, что добро должно победить, помогала в принятии решения в пользу чувств сына. Мягкие попытки перевоспитать, начавшую потаскивать из дома ценные вещи, молодую жену, привели к неразрешимым конфликтам, так, как получали далеко не мягкий, а неожиданно лживый и нецензурный отпор. Рождение ребёнка, (нашего Олега) препятствовало принятию решения о разводе его отца с его мамой, не смотря на то, что по наблюдениям приходящих всё более в ужас, родителей, круг друзей молодой жены, становился и кругом друзей мужа. Не знаю во что они, эти друзья втянули молодого моряка, но последующие события перевернули так же , как шторм в море меняет тёплую поверхность воды на ледяную, так и ровную, спокойную полную надежд и устремлений жизнь, всех членов семьи: и тех, кто много уже испытал на своём веку, и Олега, достигшего к тому времени тринадцатилетнего возраста , на борьбу с страданиями наполненную , нервными хлопотами и болезнями . До того, как попасть к нам, Олежка жил в основном у бабушки в Талине. Удовлетворялись и требования, видится с ребёнком, начинающей пить, но не лишённой родительских прав матери. У Олега было в этот период два разных, по сути, дома. Теперь у него три дома, включая наш приют. Мы самые главные. Можем отпустить на выходные домой, а можем и не отпустить если: 1. нет справки из Муниципального совета о их знакомстве с условиями проживания очень увлекающейся порочной мамы 2. если наш соц. работник Нина Леонидовна сочтёт, что пребывание также в квартире бабушки по маминой линии, на данный период не желательно для ребёнка, 3. если мы, паразиты, воспитатели не отпустим Олега по причине неуспеваемости его в школе. Других проступков у него не бывает, почти, а возможность отпускать или не отпускать нашего любимчика к его маме это наш единственный рычаг, позволяющий подтягивать успеваемость пятнадцатилетнего парня, с трудом обучающегося в шестом классе. Классическое заявление Олега , передаваемое из уст в уста среди взрослых: «Ну что вы ко мне пристаёте постоянно. Я никогда так мало не прогуливал школу, как теперь, когда живу в этом приюте, а вы всё не довольны», характеризует весь его прошлый опыт получения знаний.
Благими намерениями выстлана, как известно, дорога в ад. Я позвонила Глафира и сообщила, что все собрались. Глафира при всех вслух прочитала приказ о наказании воспитателя. На Олега было страшно смотреть, после того, как перед ним была искусно разыграна, коварной Глафирой, сцена прочтения строгого приказа. Получилась роль удивления и у меня очень натурально, поскольку, я действительно была расстроена и растеряна оттого, что принимаю участие в деле не благородном. Моё удручённое состояние усугублялось по мере того, как я, поглядывая на Олега. Взрослые знают что дети в таких случаях активно и демонстративно перед воспитателем клюют тех, кто виноват в любом его огорчении . Не знаю как в других заведениях, но в у нас в конфликте педагог- ребенок, все яростно на стороне взрослого. Олег сначала застыл минут на пятнадцать, взявшись за лысую голову и уставившись в одну точку, а потом удалился в свою комнату, где пролежал с подушкой на голове весь вечер.Я не знала чем его успокоить, сказать ,что просто перед ним разыграли спектакль,я не могла.
День рождения Анечки прошёл, как и почти все наши дни рождения, в переменных состояниях всех детей. Веселью, тщательно стимулируемому моими шутками за столом, предшествовали не только Олегово отчаяние , но и Анины рыдания после визита её мамы. Пообщавшись с долгожданной своей, девочка с распухшим от слёз лицом пыталась мне объяснить, что она не может зашить ту рваную шубу, которую давно привезла из дома. Мама на этот раз приехала трезвая и поэтому её встреча с Аней состоялась они посидели вместе в холле и в комнате девочек, а потом погуляли на улице. .Там то мама в день рождения дочерри закатила истерику из-за того, что та не носит старую шубу. Уверенная, что мамины обвинения справедливы, Аня потом рассказывала мне обо всех своих попытках заклеить и зашить дырки. Еще с гордостью показала мамины подарки – мельхиоровые серьги, требующие ремонта в ювелирной мастерской и пакет с фруктами, доведёнными до совершенно гнилого состояния. Пёстрый, чёрно-жёлтый банан был единственным, светлым пятном в пакете, наполненном тёмным месивом из начинающих портится яблок. Мама, с ее слов, наконец устроилась на работу. На этот раз её приняли на овощебазе. Скорее всего, мама ходит на базу за просрочкой. Аню уговорила не есть эти фрукты, своих разнообразных в нашем приюте много.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
