Татьяна Корниенко – Кордон «Ромашкино» (страница 25)

Знаете, как иногда пишут? «Не будем вдаваться в подробности…» И потом очень подробно в них вдаются, с перечислениями и пояснениями. Вот и я не буду вдаваться в подробности того, как Мари и Карина добрались до портала. Были моменты, когда Мари считала, что надо возвращаться – и чем скорее, тем лучше. Вот пример: начался дождь. Чтобы его переждать, путники попросились в дом. Хозяйка пригласила их к столу. Пока готовилось угощенье, из норки выскочила мышь. Мари и охнуть не успела, как Карина была рядом. Схватила бедолагу за хвост и, несмотря на ее отчаянные попытки освободиться, сунула в рот. Мари в последний момент выхватила грызуна и вышвырнула в приоткрытое оконце. Хорошо, хозяйка в это время орудовала в печи ухватом и ничего не заметила. Но как гостья заорала «Каррр!!!», она, конечно, услышала… И в лужах Карина плескалась, и «клювом» пыталась пятку почесать… Но, если не вдаваться в подробности, то посланцы Фиолетты до портала все-таки дошли и благополучно проникли на сопредельную территорию. А дальше – по порядку.

Глава 1

Неопознанный лупоглазящий объект

Катя вытянула правую ногу, поелозила щиколоткой, пока та не зарылась в горячий речной песок. Потом проделала то же самое с левой. Развернулась, подставляя солнышку уже успевший загореть живот. Благодать!

Правильно она тогда Соловья упросила долгострой обрушить. Даже скандала настоящего не получилось. Антон классным парнем оказался. Оформил обрушение как результат влияния особых законов охраняемой им зоны. И ведь нисколько не слукавил. Если свист Соловья – не оно самое, тогда что же? Ромашкинцы все как один сходили на экскурсию, посмотрели на чудо. Затем бетонное крошево вывезли, арматуру спилили и тоже вывезли. Бульдозером все разровняли, поставили скамейки, грибочки-тенты, лежаки, усадили в новую будку спасателя и торжественно открыли пляж.

Рядом с Катей наслаждалась жизнью ее подруга Настя Малинина. Девочки дружили с первого класса, почти не ссорились, сидели за одной партой. В классе у них даже было народно-песенное прозвище – Калинка-Малинка.

– Кать, глянь, это еще кто? Я ее у нас не видела. – Настя незаметно скосилась на невысокую черноволосую девочку. Та сидела без подстилки, прямо на песке, и с интересом разглядывала окружающих.

– Ага. Заметила уже. Какая-то странненькая. Только не пойму, что с ней не так.

– Да что? Головой все время крутит, как курица.

– Точно! И сидит словно не на песке, а на какой-нибудь ветке.

– Наверняка к бабушке или дедушке приехала.

– Сейчас узнаем. Позови ее.

Настя приподнялась на руке и громко окликнула:

– Эй, привет!

Девочка от неожиданности вздрогнула, дернулась, вскинула руки, словно собираясь отпрыгнуть или взлететь. Получилось смешно.

– Здравствуйте.

– Иди к нам, хочешь? Меня Настя зовут, а ее – Катя.

– Хочу. Иду.

Черноволосая села рядом с подругами.

– Я Карина.

– Когда приехала? К кому? Просто имя назови, мы тут всех знаем.

– Мы с тетей у бабушки Марфы живем.

– Не знала, что у нее внучка есть, – удивилась Катя.

– Нет, не внучка! – затрясла головой Карина. – Просто поселились, на время, пока отдыхаем.

– Тогда понятно. Ты в какой класс перешла? – спросила Настя.

– В… этот… в седьмой.

– И мы в седьмой. – Настя хотела еще что-то сказать, но ее взгляд скользнул вбок, и она тут же шепнула, одновременно поправляя волосы и вытягивая и без того длинные ноги: – О! Великий собственной персоной!

Карина вскочила.

– Ты чего? – спросила Катя.

– Великий! Приветствовать положено! – шепнула Карина.

– Ну и шуточки у тебя! Свеженькие прямо, – прыснула Катя. – Великий – это фамилия нашего самого обычного одноклассника Марка.

Назвав одноклассника обычным, она все же покраснела, хотя под загаром этого никто не заметил, и тоже поспешила поправить прическу.

– Привет, Калинка-Малинка! – на прихорашивания обеих одноклассниц Марк не обратил никакого внимания. Зато кивнул на Карину. – А это еще что за НЛО?

– Почему НЛО? – спросила Настя.

– Неопознанный лупоглазящий объект.

Подруги хихикнули.

– Это Карина. Она у бабы Марфы живет. А вообще она здесь отдыхает вместе с тетей.

– Привет, Карина! – Марк протянул руку окончательно растерявшейся девочке.

– Между прочим, первыми обычно руку женщины подают, – деликатно напомнила Катя. И добавила: – Для поцелуя.

– Вот сама и целуйся, – хмыкнул Марк. – А я – поздороваться.

Катя покраснела еще сильнее.

Вообще-то она привыкла сначала думать, а потом говорить. Но иногда в уме что-нибудь произнесешь – и вроде неплохо звучит, нормальненько. А потом скажешь вслух – ну совершенно не то.

– Что новенького? – спросила Настя.

– Да так… ничего особенного… Хотя! Точно! Меня Надежда Борисовна просила всем кружковцам передать: завтра в десять – сбор.

– Зачем?

– Да конкурс какой-то. С крутыми призами.

– Что ты понимаешь под крутыми призами? – Настя, в отличие от Кати, не пропускала ни одного конкурса, относилась к своему увлечению очень серьезно и тяжело переживала провалы. Впрочем, учитывая рвение, трудолюбие и способности, их было немного.

Ну не могу не прокомментировать! Одни люди относятся к конкурсам как к спорту. Им нужно обязательно победить и получить все причитающиеся при этом пряники. Проигрыш – настоящая трагедия. А для других конкурс – лишь этап совершенствования мастерства, возможность сравнить свои умения с умениями других. Победа же – событие желанное, но и проигрыш – не конец света.

Вот здесь Малинина с Калининой не совпадали: для Насти это был именно конец света.

– Точнее Надежда Борисовна скажет. Как я понял, три первых места – публикации стихов в каком-то популярном журнале. И это не школьный или ромашкинский самиздат! Плюс выступление на концерте, посвященном юбилею райцентра. Прямо на площади.

– Правда круто, – задумчиво произнесла Настя, прикидывая, потянет она такое или нет.

– А что делать надо? – поинтересовалась Карина.

– Вообще-то сочинять. Рассказы там, стихи. В зависимости от условий. Сходим к Надежде Борисовне, у нее есть Положение. Там все прописано: темы, сроки, призы… – с неожиданной охотой принялся разъяснять Марк.

При этом он смотрел на Карину и, казалось, видел только ее.

Катя с Настей переглянулись: вообще-то такое поведение Великому было несвойственно. Катя подняла брови и растянула губы в довольно ехидной ухмылке. Настя так же незаметно кивнула: «Вижу!».

– А ты когда-нибудь сочиняла? Стихи, например, или прозу? – спросил Марк.

– Кар, – поспешно ответила Карина.

– Чего? – Марк растерялся.

– У Карины такое чувство юмора, – тут же подсказала Катя. – Продвинутое.

– Аааа… понятно….

– Я имела в виду «да».

– А сочинения, просто школьные, любишь писать?

– Да.

– Ну вот! – обрадовался Марк. – Так и приходи к нам на кружок. Хочешь, я за тобой зайду?

– Марк, ты сейчас еще что-нибудь спроси. Карина ответит «нет», и мы все этому очень удивимся! – ревниво поддела одноклассника Катя, и подруги снова понимающе переглянулись.

Откуда им было знать, что Карина сейчас балансировала, словно на канате. Школа, сочинения, литкружок, конкурс. Столько новых понятий! Бедная ворона! Впрочем, почему бедная? Решительностью, смекалкой и смелостью она была богата.