Татьяна Катаева – Спонсор твоей боли (страница 23)

— И тебе не хворать. Спасибо, что приехал.

— Я так понимаю, что контроль утерян, — подстёгиваю его и показываю в сторону мелкой.

— А он был? Она вообще ебу дала.

— Я заметил.

Снова смотрим в сторону её друзей. Прошёл круг их бросков в стакан, и Ксю снимает шлёпки. Она больше всех раздета.

— Ну, что, погнали дальше? — снова орёт она.

— Куда дальше? — тихо бубнит Кирилл. — На ней только купальник. Сука, если она снимет лифчик... Я, блядь, грохну её. Клянусь.

— Не горячись. Она же не дура...

Не успеваю договорить, так как слышу возглас толпы. Поворачиваюсь и наблюдаю за тем, как Снежная королева тянется руками за спину и начинает развязывать купальник. Толпа парней, которые в большей степени сейчас окружают её, радостно хлопают в ладошки, как в садике, и выкрикивают:

"Снежка, давай! Давай! Давай!"

Пять секунд проходит, и эта ненормальная стягивает верх купальника и крутит над головой. Кирилла след простыл. Он летит в её сторону, распихивая всех на ходу, и, схватив мелкую под жопу, закидывает себе на плечо. Та в свою очередь громко кричит и бьёт его по спине. Но Киру хоть бы что, он уже несёт её в спальню наверх. Кажется, пора заканчивать этот балаган.

Но не успеваю я дойти до микрофона, чтобы объявить всем о конце вечеринки, как к центральному входу в особняк подъезжает полиция с мигалками. Походу соседи уже пожаловались и вызвали ментов.

Начинается кипиш, все разбегаются в разные стороны, хватая или забывая собственные вещи. Мне приходится идти к представителям порядка и урегулировать данный вопрос.

Через пятнадцать минут менты уезжают, а в доме никого не остаётся, кроме Евы и Люды.

— Прошу прощения, девчонки, но вечеринка на сегодня закончилась. Ева, ты можешь поехать с подругой? Мне надо остаться и убедиться, что Кирилл не убил сестру.

— Да, конечно. Без проблем, — сразу же вскакивает на ноги.

— Напишешь, когда будешь дома. Ладно? — обхватываю её за талию и к себе подтягиваю. — И извини за испорченный вечер.

— Что ты, это был шикарный вечер. Мне всё понравилось, — глядя мне прямо в глаза, утверждает принцесса.

— Тогда до встречи, малыш. Езжайте.

Девчонки уходят, а я плетусь наверх, чтобы самому убедиться, что у парочки, как бы брата и сестры, всё хорошо.

— Ау, голубки, у вас всё ок? Помощь не нужна? — стучу я в дверь, за которой слышны подозрительно тяжёлые дыхания и, кажись, стоны. — Могу присоединиться и быть третьим для разнообразия.

В дверь что-то с грохотом прилетает. Скорее всего чей-то тапочек.

— Я сейчас спущусь, — хриплым и чертовски перевозбуждённым голосом сообщает мне Кирилл.

Чем бы милые ни решили заняться, лишь бы не поубивали друг друга.

Я спускаюсь на первый этаж и осматриваю гостиную, по которой как будто стая слонов прошлась. Ох, Ксюхе достанется от родителей, если Кир не поможет это всё восстановить.

Развалившись на одном из диванов, я снова беру бутылку в руки и жадно пью. Если бы Ева жила одна, я бы плюнул сейчас на всё и поехал бы к ней. И минимум суток двое не выпускал из объятий. Настолько сильно она нужна мне сейчас.

Проходит больше получаса. Я так ныряю в собственные мысли, что не замечаю, как друг спускается. Злой как чёрт, он плюхается рядом и отбирает у меня бутылку. Сам глушит сходу, жадно вливая в себя порцию алкоголя.

— Всё так плохо? Неужели прокидала и не дала? — стучу его по плечу.

— Хуже, чуть не дала. Специально меня провоцирует. — рычит он.

— Тю, так трахни её, раз хочет. Тебе что, впервой член всовывать в дырки? А не хочешь — могу я пристроить свой. Он у меня голодный и очень жаждет ласки.

— Ты охренел? — вскакивает на ноги и хватает меня за футболку. Ого, даже я такой реакции не ожидаю. — Не лезь к ней. Тебе что, Высотниковой не хватает? У вас же всё вроде серьёзно, — замолкает на секунду. — Или подожди, тебе всё-таки всё равно на неё, и это месть?

Он настолько злой, что трясёт меня за плечи. Я резко вскакиваю и отталкиваю его. Он не удерживается и падает. Такой же пьяный, как и я. В мозгу словно вентиль какой-то выпал. Соображаю плохо, оттого и несу всякий бред.

— Кирилл, да что ты приебался ко мне? А? Да, ты всё правильно понял. Я с Евой, чтобы отомстить Высотникову. Доволен? Теперь ты знаешь правду. Когда она влюбится в меня, я разобью ей сердце. Она будет страдать так сильно... А её брат не сможет ей помочь. И тогда он поймёт, как больно было мне, когда они с Катей точно так же поступили со мной.

— Ох, — выдаёт он, — ты точно больной ублюдок. Бедная девочка.

— Давай без поучений, я всё контролирую, — протягиваю ему руку и протягиваю ему бутылку. — Так что, если не хочешь, чтобы я сейчас трахнул твою сестрёнку, иди трахни её сам. Она же этого давно хочет.

— Что ты несёшь?

— Бля, Кир. Этого только ты не замечаешь. Мелкая сучка течёт от тебя.

— Ты точно рехнулся. Мы с самого начала ненавидим друг друга.

— Ну, знаешь ли, от ненависти до любви...

— Да пошёл ты, — толкает мне в грудь бутылку и плывёт вверх по ступенькам. — Я спать, — салютует и сваливает.

Я же снова приземляюсь на диван, запрокидываю голову вверх, примостив её на спинку дивана, и закрываю глаза. Вертолёты в голове уже вовсю запускают свои винты и набирают обороты. Как неожиданно, на колени ко мне приземляется женское тело. Я ещё не знаю, кто это, но по сладкому аромату, который улавливают мои рецепторы, понимаю, что это девушка.

Её губы касаются моей шеи, а руки ныряют под футболку и тянутся к резинке штанов. Тело моё расслаблено и ждёт долгожданного продолжения. А когда тонкие пальчики, отодвинув резинку, смыкаются вокруг члена, я и вовсе отлетаю и кайфую.

— Давай, не останавливайся, — требую я.

Глава 26. Саша

Мой пьяный мозг отключается насовсем. Долгожданная разрядка выходит на первый план. И вообще поебать, кто сверху меня. Ну по крайней мере сейчас.

— Пососи, — мычу несуразно.

Вертолёты мои уже в небе и разносят мою голову гулом. Мне и хреново, и хорошо одновременно.

Вес тела исчезает и замирает где-то возле моих ног. Те же тонкие пальчики хватают мои спортивные штаны за резинки и тянут вниз. Влажный язык проходится по головке, член нервно дёргается. Ему, заразе такой бесхребетной, всё нравится. Особенно когда рот девушки обхватывает всю головку и медленно втягивает в рот, выбивая воздух из моих лёгких.

Громкий стон разрывает тишину гостиной Смирновых, тем самым возвращая меня в реальность.

Резко открываю глаза и вижу тёмную шевелюру. Ухватив за хвост, я грубо поднимаю её голову вверх. Если честно, почти не сомневался в том, что это Люда. Будь это другая, я бы не был столь груб. Но эта...

— Ай, ты что творишь?! — вопит она, ведь я за волосы тяну её вверх.

Меня подшатывает, когда тоже вскакиваю на ноги, но не настолько сильно, чтобы не контролировать движения.

— Я? — ору на неё, и, отпустив волосы, резко натягиваю спущенные штаны. Только когда член мой надёжно спрятан в трусах, я резко дёргаю рукой и фиксирую ладонь у неё на шее. — Это ты ко мне полезла!!!

— Но ты же этого хотел, а иначе бы оттолкнул. Сам же попросил отсосать, — отстаивает она себя. Но звучит это слишком жалко.

— Скажи, — наступаю я на неё и вжимая спиной в стену, — у тебя вовсе нет гордости?

— А что такого? Я всего лишь хотела доставить тебе удовольствие и получить своё. Ты мне нравишься, — заявляет она и бесстыдно облизывает свои пухлые, накачанные губы.

Можно было бы согласиться с её доводами. Ведь в принципе, её умелый рот делает отменный минет. А щель... Ну не такая и раздолбанная. Да и жестить с ней можно. Любую игру примет. Под всё подстроится и не будет играть в недотрогу. Вот только есть одно огромное «но».

Ева!

Меня уже не прёт от этих давалок. Меня несёт на бешеной скорости от скромности и невинности всего одной девушки. Я хочу Еву Высотникову. Всем своим подсознанием. И это, мать его, уже не месть вовсе. Это дикое желание быть с ней рядом. Дышать, целовать, облизывать, кусать. Она единственная мне нужна, чтобы я сегодня ни сказал другу. Как бы ни убеждал себя лично в обратном. Она нужна мне. Полностью.

— Ну раз ты считаешь, что это не задевает твою гордость, — сжимаю сильнее пальцы вокруг её шеи, — так как насчёт твоей подруги?! Тебя вовсе не мучает совесть, что ты желаешь трахаться и сосать у её парня?

— А как насчёт твоей совести, дружок? У тебя она есть? Ты тоже трахал её подругу, когда наш ангел спал в твоей спальне.

— Тогда мы ещё не встречались. Сейчас же у нас всё серьёзно.

Несмотря на то что я вижу, как ей не хватает воздуха, она вдруг начинает смеяться. Истерически. Её смех режет меня словно ножом. Она понимает, что это вовсе не оправдание. И что если она расскажет Еве правду, та меня не простит.

— Держись от Евы подальше. Поняла меня? — отпускаю её шею и отступаю на шаг назад.

— А то что? — потирает место, где были мои руки. Взгляд она не отводит. Смотрит с вызовом. — Убьёшь?