Татьяна Катаева – Бывшие. Притворись моей женой (страница 13)

Поцелуи были горячими, а касания — жадными. Я замечала, как Назару не хватало меня. Он нырял под футболку и трогал грудь. Как целовал шею... Как забирался под кофту и брал в рот сосок. Это было экстремально, волнительно, но, к сожалению, действительно мало. Даже мне хотелось большего. И, как ни странно, с Назаром это вовсе не пугало.

В один из матчей Назар приехал не сам, а с другом. Я иногда их видела вместе. Это тот самый парень, который подкатывал в клубе ко мне, до того как подошёл Дёма. Не могу сказать, что Даня мне не нравился. Нет, это было что-то другое. Немного пугающее и волнующее. И от этого становилось страшно. Казалось, что под тёмным взглядом прячется настоящий хищник. Который сожрёт тебя, если ты допустишь ошибку. Я прогоняла эти мысли и убеждала себя, что это всего лишь моя бурная фантазия. Ведь если он друг Назара, то ему можно доверять.

— Как тебе игра, Настя?

— Я, если честно, не особо люблю баскетбол. Поэтому не знаю.

Я сижу на коленях у Назара и в большей степени повёрнута к нему лицом, а не к полю, где уже вовсю бегают парни и закидывают мяч в кольцо.

— А что ты любишь? — не отстаёт от меня Даниил.

Мне хочется поправить его. И сказать, что я люблю не что-то, а кого-то. И этот парень сейчас подо мной. Точнее, я сижу на нём. Но, конечно же, я не буду такое говорить при посторонних людях. В нужный момент я раскрою этому парню своё сердце и душу. Я скажу, что люблю его так сильно, что готова на всё, чтобы быть с ним.

На днях Назар задал очень странный вопрос: есть ли у меня загранпаспорт. Конечно же, его нет. Но интересно было, зачем ему это знать.

— Не строй планы на лето. Хочу на море укатить после сборов.

Я догадывалась, что он намекает на то, что поедем вместе. Но в открытую так и не решилась спросить. Мне было неловко. Ведь денег ни на изготовление паспорта, ни тем более на сам отдых — нет. Это колоссально большие деньги для меня и моей семьи. Но не признаваться же ему в этом.

Тему денег нам удачно удавалось обходить. Назар всегда всё оплачивал, а я и не геройствовала, ведь кошелёк мой почти плоский. Купюр в нём лишних нет. Особенно когда я собираю на бельё. До конца следующей недели деньги будут. Мне нужна конкретная сумма, потому что комплект я выбрала уже. Чёрный, с кружевом. Я даже, когда касалась его пальцами, отчего-то вздрагивала. Каждый раз представляя, как Дёма будет снимать его с меня.

После игры мы снова оказались вдвоём. Я — на пассажирском сидении, пальцы всё ещё пахнут его кожей, а в груди — грохот барабанов. Назар держит меня за руку, но время от времени сжимает сильнее, будто боится, что исчезну, если отпустит.

— Завтра сможешь подготовить документы? — спрашивает, когда подъезжает к дому. — Поедем подавать на загран.

Я смотрю на него в замешательстве. Неужели всё так серьёзно? Он не просто говорил. Он действительно собирается взять меня с собой куда-то… туда, где море, солнце и он — рядом. Это какая-то сказка. Я никогда не была на море. Только на речке за селом купались.

— Да… Конечно. А какие? — голос предательски дрожит, как будто я только что призналась в любви. А ведь это почти так и есть.

— Паспорт, ИНН, фото сделают уже там. Остальное — по ходу. Я помогу.

Он подаётся ближе. Рука ложится на мою щеку, а глаза такие… голодные. Бездонные. Он смотрит так, что я вся сжимаюсь внутри, будто от прикосновения к огню. Его губы снова находят мои. Поцелуй не нежный — жадный, нетерпеливый, почти отчаянный. Я чувствую, как его дыхание сбивается, становится рваным. Он прижимает меня к себе, целует, будто в последний раз. Его ладони скользят по моим бёдрам, и я вся тону в ощущениях. Меня бросает в жар. Всё внутри трепещет, будто он сейчас скажет «я тебя люблю», или...

— Настя… — выдыхает мне в губы. — Я с ума схожу по тебе. Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя хочу.

У меня перехватывает дыхание. От его слов, от голоса, от тяжёлого жара, идущего от его тела. И от того, что я чувствую в ответ — точно так же. Может, даже больше.

Я почти не сплю этой ночью. Думаю. Представляю, как мы гуляем по набережной в чужом городе. Как он держит меня за руку, как целует на фоне заката. Эти мысли согревают, делают меня лёгкой, счастливой. И в то же время страшно — что если это всё сон? Или закончится слишком быстро?..

Утром телефон начинает дребезжать, когда я только собиралась к бабушке на кухню. Переворачиваю экран — и улыбаюсь. Мой Назар.

Сердце резко учащает ритм. Я прижимаю трубку к уху:

— Привет…

— Настя, — его голос глухой, почти злой. — Меня срочно вызывают на сборы. Вылет в Италию сегодня. Через несколько часов самолёт.

Я молчу. Секунда. Другая. А потом…

— Надолго?

— Две недели. Может, три. Прости. Я тянул до последнего, но уже все сроки закончились. Утром меня поставили перед фактом.

Мне хочется завыть. От бессилия. От пустоты, которая разом наполнила грудь.

— Понятно… — шепчу. Ком застрял в горле. Обида на новом уровне. Я просто привыкла быть с ним. Каждый день ведь приезжал.

— Паспорт всё равно надо сделать. Я за тобой Даниила пошлю. Он всё знает, поможет.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться. Я не хочу никакого Даню. Я хочу тебя. Здесь. Сейчас. Хоть на минуту.

— Ладно, — всё, что могу сказать. Холодно, отрешённо, чтобы не разреветься.

Через час я сижу в машине у Даниила. Он одет стильно, уверенно ведёт машину. Но взгляд косится то и дело на меня. Сканирует, изучает — и ехидно улыбается, каждый раз переваривая какую-то свою информацию.

— Нормально спала? — спрашивает.

— Ага.

— С Назаром у вас всё… серьёзно?

Я напрягаюсь. Почему он спрашивает? Просто интерес? Или что-то больше?

— Ну… — я делаю вид, что смотрю в окно. — Вроде да. У нас всё хорошо.

— А давно?

Я молчу. Слишком навязчиво. Слишком… лично. Но его голос остаётся ровным, даже дружелюбным. И что он имеет в виду под вопросом «а давно»?!

— Он никогда не вспоминал о тебе раньше, — говорит, словно между прочим. — А теперь, вдруг — «съездим, сделаем паспорт Насте, она поедет со мной».

Я резко поворачиваюсь к нему:

— Это тебя удивляет?

Он усмехается.

— Впечатляет. Назар не из тех, кто просто так что-то обещает. Значит, ты ему важна. Но я не замечаю в тебе того же. Может тебе просто удобно с ним?!

Я снова отворачиваюсь. Почему-то в его словах — будто заноза. Или предупреждение. А может, это просто моя мнительность.

Мы молчим большую часть дороги. Я держу документы на коленях, мысленно прогоняя тревожные мысли. Назар — мой. Он хочет быть со мной. Он сказал, что сходит с ума.

Так почему мне так хреново? Словно сердце чувствует опасность. А мозг активно кричит: бежать.

Глава 14. Анастасия

Прошло почти две недели.

Каждый вечер — звонок. Каждое утро — сообщение. Каждый вечер — тоска. Каждое утро — надежда.

Он на сборах в Италии, а я... тут. В пустоте. Без него. Всё в моей жизни сейчас разделилось на "до" и "после". До него — я просто жила. После — будто чувствую каждый миллиметр этой жизни, только всё это бессмысленно, пока он далеко.

Я не знаю, как так произошло... Один человек затмил весь мир. Не могу сказать, что он был ярким до этого. Наоборот, серый. Но с появлением Назара... я словно увидела эти краски. Почувствовала аромат свободы. А главное... аромат любви, страсти, похоти в конце концов. И когда Назар вернётся...

Иногда мы включаем видеосвязь. Назар выходит на балкон отеля, а я сижу на полу в своей комнате, укрывшись пледом. Он говорит, что устал, что тяжело, но когда слышит мой голос — будто дышать легче становится. А у меня сердце каждый раз уходит в пятки. Я до дрожи скучаю. До невозможности. А ещё, как взгляну на его тело без футболки... Эти татуировки... Мамочки, сгораю от стыда, но всё равно вспоминаю, как целовала там. Как он касался моего тела. Как я бесстыдно стонала. Всё вспоминаю — и от этого каждый сантиметр на моём теле покрывается мурашками. А между ног...

И вот уже тринадцатый день без него. Я считаю. Каждый.

Чтобы хоть немного отвлечься, соглашаюсь сходить с ребятами из лицея в кафе. Так как я почти ни с кем из своей группы не общаюсь, я дружу с ребятами первого курса. Как ни странно, они нормальные. Не такие выскочки, как в моей группе.

Бабушка даже отпустила, что само по себе — удивительно. Нет, не всё, конечно, гладко. В спину прилетело, как обычно:

— Только не задерживайся, и без твоих вот этих выкрутасов.

Что бы это ни значило — я согласилась. С бабушкой спорить бесполезно. И как бы — вредно. Это убивает нервную систему куда похлеще, чем стресс в лицее. Потому что после спора, начинается лекция о нравственности. А ещё часовые воспоминания — как она была молодая и как было в их годы. После этого следует ещё часовой рассказ о соседке Вальке, Маньке, Фроське... Как они в моем возрасте послушались своего сердца, поддались соблазну — и, гадины и дуры, подарили свою невинность какому-нибудь подлецу. А после — были брошены им же. Некоторые забеременели и испортили себе всю жизнь этим.

Потому я тихо киваю и сбегаю из квартиры. Потому что скоро каждую историю буду знать наизусть.

В кафе почти пусто. Полумрак, музыка негромкая, мягкие диваны в шахматном порядке. Мы рассаживаемся за один из них, и я сразу сажусь спиной к спинке соседнего дивана, не особо обращая внимания, кто там. Настроение плохое. Последний раз Назар выходил на связь рано утром, написав короткое смс. Я понимаю, что у них там строго и всё такое, но разве от этого легче?!