Татьяна Кагорлицкая – Фантастика 2026-63 (страница 584)
Жанна повернула голову и с лёгкой усмешкой взглянула на племянницу. – Но мы не станем уподобляться им. Поверь мне, Мария, я искренне желаю тебе счастья, а потому предостерегаю тебя от любого сближения с мужчинами королевских кровей. Правители в большинстве своём плохие мужья. Они либо слепо преданы лишь своей стране, забывая о долге перед супругой, либо считают себя баловнями судьбы, для которых жена не более чем вещь. Я была замужем за королём и знаю, о чём говорю. Мы с Антуаном почти никогда не жили под одной крышей. Но это и к лучшему: всё равно наши взгляды на политику, веру и будущее сына совершенно не совпадали. Меня угнетает лишь одно, что Анри, следуя за отцом, привык жить вдали от меня. Мы с ним так редко видимся…
Жанна вздохнула, вспоминая о любимом сыне, находившемся сейчас в Париже и, вздёрнув голову, направилась дальше по садовой тропинке. Спустя несколько минут её, запыхавшись, нагнала служанка, вручив письмо. Жанна немедля вскрыла послание и пробежалась взглядом по листку бумаги.
– Кузина Франсуаза приглашает меня посетить её именины, – прочла наставница. – Хм, пожалуй, стоит откликнуться на приглашение. Ты, Мария, поедешь со мной, – решительно заявила Жанна, повернув в сторону поместья.
Пару дней спустя мадам д’Альбре села в карету и приказала кучеру трогаться. Однако уезжала Жанна в одиночестве: её племяннице накануне нездоровилось, и было принято решение оставить Марию в поместье. Девушке редко удавалось вырваться из-под присмотра настойчивой Жанны. Мария любила свою сильную, волевую тётушку, но иногда чувствовала себя загнанной в угол её беспрекословностью. Поэтому краткий период свободы девушка восприняла словно подарок судьбы. Недомогание быстро отпустило Марию, и девушка целыми днями наслаждалась прогулками по саду и чтением книг под сенью деревьев. В один из дней, удобно устроившись на зелёной траве, она с особым любопытством рассматривала недавно распустившиеся ирисы, когда услышала чьи-то шаги.
Обернувшись, Мария вздрогнула от неожиданности и резко вскочила на ноги, отряхивая платье. Перед ней стоял высокий юноша с ясными зелёными глазами.
– Добрый день, мадемуазель, не хотел потревожить ваш покой, – негромко произнёс он. – Простите мне моё любопытство, но не знаете ли вы, где мне найти хозяйку этого поместья?
– Добрый день, месье, – улыбнулась Мария. – Вы ничуть меня не потревожили. Вы, вероятно, ищете мадам д’Альбре? Мне не хотелось бы огорчать вас, но она в отъезде и вернётся лишь спустя пару недель.
– Хм… Что ж, я сам виноват, что заранее не послал ей письма.
Задумавшись ненадолго, юноша с лёгким игривым прищуром взглянул на юную девушку.
– Мадемуазель, мне кажется или раньше мы с вами не встречались? Боюсь, я не знаю вашего имени.
Поймав на себе заинтересованный взгляд юноши, Мария покраснела от смущения.
– Я воспитанница мадам д’Альбре, Мария.
– Мария? Не приходитесь ли вы дочерью Франциску Клевскому?
– Да, вы правы, он мой отец.
– Мне доводилось видеться с ним, правда, тогда я был ещё ребёнком. Теперь, кажется, настало моё время назвать вам своё имя. Что-то мне подсказывает, что вы уже не раз слышали обо мне. Я Генрих, – улыбнулся Анри, уверенный, что Жанна сотню раз на дню упоминала своего сына.
Но Мария внезапно обескуражила юношу.
– Генрих… Валуа? – распахнув глаза от удивления, восторженно выпалила она. – Вы правы, о вашем визите в наши края говорят абсолютно все.
Девушка тотчас смутилась.
«Генрих Валуа?!» – Анри удивился странному предположению, но постарался не подать вида. В его голове моментально созрел хитрый план, который показался ему до ужаса забавным. Улыбнувшись, он поклонился Марии, подтверждая её догадку.
– Вы угадали, мадемуазель. Перед вами наследник рода Валуа.
Сердце Марии забилось быстрее. Но не от того, что перед ней стоял родственник короля, а потому, что приятный юноша всего за несколько минут сумел очаровать её неискушенную душу. Сделав реверанс, Мария опустила глаза в землю.
– Мне, право, неловко, что вам приходится беседовать со мной в саду. Но если я приглашу вас в поместье, слуги передадут тётушке, что я оставалась наедине с юношей. От того пойдут дурные слухи.
– Я понимаю, Мария, и ни в коем случае не стану порочить вашу честь, – заверил её Анри. – Меня никто не увидит подле вас, обещаю. Но дайте мне слово, что мы с вами ещё увидимся. Здесь, под сенью этого дерева.
Получив заветное обещание, юноша покинул поместье матери. Но его тайные визиты в её сад стали регулярными.
Спустя всего пару таких встреч Мария поняла, что без памяти влюбилась в брата короля. Генрих был остроумен, галантен и невероятно притягателен. Юной девушке было не под силу противиться его чарам. Несколько дней подряд Генрих посещал сад лишь в дневное время, но однажды явился ближе к закату.
В тот вечер Мария подарила ему свой первый поцелуй.
Залившись краской, девушка позволила юноше коснуться её губ и оставить на них отпечаток своих чувств. После того вечера Генрих уже ни на минуту не выходил из её головы. И девушка была готова на всё, лишь бы каждый день видеть его зелёные глаза.
Однажды юноша не явился в сад ни днем, ни на закате. Опечаленная и взволнованная, Мария долго не могла уснуть, лёжа в своей кровати. Вдруг из окна до неё долетел тихий оклик:
– Мария…
Девушка сразу узнала голос возлюбленного. Вскочив с кровати, она наспех надела любимое платье и осторожно, чтобы никого не разбудить, выскочила в сад.
Генрих ждал её под сенью их дерева. Прислонившись спиной к стволу, юноша загадочно смотрел вдаль.
– Я так волновалась о тебе… – бросившись к юноше, прошептала юная дева. – Почему ты не пришёл раньше?
– Мария… – Анри потупил взор, – завтра я уезжаю на войну.
– Что?! Нет! Не может быть! – в ужасе воскликнула девушка.
– Как бы мне ни хотелось не покидать тебя, мне придётся сделать это. Сегодня, быть может, мы видимся в последний раз.
Сердце Марии оборвалось. Не зная, как унять дрожь, она, прижав ладони к лицу, забегала из стороны в сторону. Её душа рвалась на части Она сходила с ума от страха за жизнь Генриха, от ужаса предстоящей разлуки. В это время, хитро усмехнувшись, Анри не без удовольствия наблюдал за метаниями юной девушки: ещё одна мышка попалась в его мышеловку.
Ещё одно юное создание, само того не ведая, проиграло, отдав своё сердце коварному искусителю.
Когда, не выдержав этой муки, Мария бросилась на шею возлюбленному, Анри со всей страстью прижал её к себе. Его руки заскользили по тонкому стану, губы стали настойчивее и смелее. Всего на миг Мария испугалась, но этот страх был мимолётным.
Генрих не мог причинить ей вреда. Он любил её так же, как и она его.
Спустя некоторое время на зелёной траве появилось тонкое покрывало, заботливо принесённое юношей.
Вслед за Генрихом Мария опустилась на него, не заметив, как вскоре юноша навис над нею, полностью завладев, и мыслями и телом. В ту ночь девушка впервые познала близость с мужчиной.
Перед рассветом Генрих покинул сад, обещая девушке однажды вернуться. Мария ещё долго ждала встречи с любимым, но Генрих больше не вернулся.
Жанна, возвратившись в поместье, долго не могла понять причины печали, что полностью захватила её воспитанницу. И лишь спустя несколько месяцев, когда юное тело Марии заметно округлилось, поняла, что произошло в её отсутствие. Девушка не отнекивалась и с чистым сердцем поведала тётушке историю своей любви с братом короля. В конце лета в поместье прибыла Маргарита, мать Марии Клевской, и, разозлившись на Жанну, что не уследила, не уберегла её дочь от греха и позора, забрала девушку из Беарна.
Осенью в стенах Мон-Сен-Мишель на свет раньше положенного срока появилась девочка. Прижимая малютку к груди, Мария твердила:
– Я так люблю тебя, дитя. Ты плод чистой и искренней любви. Быть может, ты никогда не узнаешь, кто твои настоящие родители. Но я хотела бы, чтобы ты знала: я рада твоему появлению на свет. И уверена, что твой отец тоже будет счастлив однажды узнать о твоём рождении.
Спустя несколько дней девочку нарекут Селестой, но Мария уже никогда не узнает её имени.
Четыре года спустя карета впервые привезла Марию к крыльцу Лувра. Это был знаменательный день. Сегодня девушку обещали впервые представить королю Франции – Генриху Валуа. Мария старалась держаться достойно и скромно. Но её душа ликовала, едва удерживаясь в бренном теле. «Сегодня я вновь увижу его, моего Генриха. Он стал королём, заменив на престоле своего брата. Но я уверена: он совершенно не изменился, и по-прежнему любит меня».
В этот день Мария была не единственной гостьей Лувра. Вместе с другими девушками застыв возле крыльца, она с нетерпением ждала появления короля.
Наконец двери распахнулись. И в сопровождении гвардейцев к гостям вышел король.
Марии хватило одного беглого взгляда, чтобы понять – перед ней стоит не её Генрих. Этого человека в золотой короне она никогда прежде не видела. Это не он дарил ей свои поцелуи, не он признавался в любви.
Король начал приветственную речь, но Мария не слушала его. Лишь сейчас она поняла, что произошло в Беарне четыре года назад. «Я была подло обманута… И обесчещёна…Боже! Не верю! Не верю!»
Грудь сдавила невыносимая боль. Слёзы брызнули из чистых ясных глаз, тем самым приковав к Марии взгляд короля. Чуть позже Генрих признается, что именно в этот момент понял, что с первого взгляда влюбился в свою гостью. Лишь нежные чувства короля, его забота и сочувствие не позволили девушке пережить боль предательства. Спустя некоторое время, когда по Парижу поползут слухи о тайной связи Генриха с Марией Клевской, девушка расскажет ему о том, что хранила в своей душе. О первой влюблённости, грехе, обмане и ребёнке. Признается и в том, что узнала, кем был тот негодяй. Она увидела его в Париже в том же 1572 году. Генрих Наваррский стоял подле своей матери Жанны, беседуя с Екатериной Медичи и юной Маргаритой. Его зелёные глаза она узнала бы из тысячи, звук его голоса не спутала бы ни с одним другим. На миг ей даже показалось, что она до сих пор любит этого негодяя.