Татьяна Кагорлицкая – Фантастика 2026-63 (страница 495)

– Какая чудовищная история, – вздрогнула Мадлен. – Ты думаешь, чтобы выздороветь, бедняга пошёл на сделку с Абраксасом?

– Почти уверен, – ответил Калеб. – А после, видимо, не справился с грузом вины. Ведь, вероятнее всего, ценой за исцеление стала жизнь его дочери.

– Но какой родитель так поступит со своим чадом?

Калеб пожал плечами:

– Страх смерти пугает многих. Становясь его жертвами, люди порой совершают и куда более страшные поступки.

Мадлен призадумалась. Что-то в теории Калеба казалось ей нескладным.

– Но если он так боялся смерти, как нашёл в себе силы спрыгнуть со скалы? – спросила девушка.

– Чужая душа – потёмки, Мадлен, – покачал головой некромант. – К сожалению, задать все эти вопросы этому несчастному мы уже не сможем. Он давно лежит в могиле, и даже я не в силах воскресить то, что он него осталось.

– Но ты писал, что выведал что-то о новой жертве культа.

– Так и есть, – оживился Калеб. – Пока ты добиралась до Блуа, мне довелось побывать в одном небольшом городке на западе Франции. Его именуют Грювель. В последнее время в его предместьях стали замечать странного человека в тёмном капюшоне. Он появляется лишь по ночам и словно выслеживает кого-то.

– Полагаешь, это один из оккультистов? – спросила Мадлен.

– Очень похоже на то, – кивнул Калеб. – Я попытался разузнать, происходили ли в городке какие-то чудеса. И мне поведали следующее. Местный граф – месье Прежан, которому принадлежат большинство земель вокруг Грювеля, много лет назад оказался на грани разорения. Дела его семьи были совсем плохи. Но вдруг на него внезапно, словно с неба, свалилось богатство небывалых размеров. Его род озолотился. Он выкупил своё проданное имущество и скупил новые земли. По странному стечению обстоятельств у этого графа есть единственная дочь, Аннет. Она совсем юна и живёт вместе с ним в Грювеле.

– И ты считаешь, что культ охотится за ней?

– Во Франции давно не было новых убийств, Мадлен, – начал объяснять Калеб. – Не думаю, что это связано с тем, что культ наконец насытился кровью. Нет. Они выжидают. Выслеживают новую жертву. И я думаю, что именно Аннет Прежан сейчас находится в опасности.

– Предположим, что ты окажешься прав, – рассуждала Мадлен. – Можем ли мы что-то сделать, как-то помешать планам Абраксаса?

Калеб пожал плечами.

– Не знаю. На самом деле, я совершенно в этом не уверен. Но, возможно, стоит попытаться.

Некромант виновато опустил взгляд в пол.

– На самом деле после случая на кладбище я не хотел звать тебя с собой, – признался некромант. – Но что-то мне подсказывает, что в одиночку в этот раз я могу не справиться. А на кону стоит чья-то жизнь.

Видя терзания Калеба, Мадлен шагнула ему навстречу и легко коснулась ладонью его плеча.

– Так вышло, что я оказалась связана с этим культом, – произнесла фрейлина. – А значит, хочу я того или нет, судьба будет сталкивать меня с ним снова и снова. И если есть хоть крошечный шанс нарушить планы Абраксаса, я готова на многое. Лучше скажи, как далеко находится Грювель?

– От Блуа примерно сутки пути.

Мадлен, отведя взгляд в сторону, задумалась.

– Если я просто так, без предупреждения, уйду из дворца, возникнут вопросы. Нужно что-то придумать.

– Ты справишься?

– Постараюсь, – ответила Мадлен.

Наверху послышались шаги.

– Служба закончилась, мне нужно возвращаться.

– Тогда, если всё пойдёт по плану, встречаемся завтра утром на дороге, ведущей прочь из города.

Кивнув некроманту в знак согласия, Мадлен поспешила наверх. Вернувшись в замок, девушка первым делом написала короткую записку той, что могла помочь ей незаметно отлучиться со двора. «Теперь остаётся только ждать – надеюсь, всё пройдёт так, как я задумала», – подумала Мадлен. Не сумев усидеть в покоях, фрейлина вышла на крыльцо замка. «Пока есть время, нужно обдумать, что я буду делать, если вновь столкнусь с адептами культа Абраксаса». Стоило фрейлине подумать о служителях кровавого культа, как метка, оставленная одним из них на её руке, неприятно заныла. «Раньше такого не бывало, – удивилась девушка. – Стоит ли мне беспокоиться?» Пребывая в размышлениях, Мадлен свернула на дорожку, что вела вокруг дворца, и лицом к лицу столкнулась с Анри. При взгляде на девушку в глазах Наваррского зажёгся игривый огонёк. Мужчина остановился посередине дорожки, не позволяя хрупкой фрейлине обойти себя.

– Добрый день, Мон Этуаль. Чем вы так встревожены?

– У королевской фрейлины немало забот, герцог. Её Величество ещё не до конца обжилась в Блуа, а поэтому даёт нам множество поручений, – соврала Мадлен.

– Королева – дама требовательная, – усмехнувшись, подтвердил Анри. – И, уверен, угодить ей бывает нелегко. Но мне печально видеть вас столь утомлённой. Если желаете, я немедленно обращусь к Луизе с просьбой позволить вам передохнуть.

– Это лишнее, герцог, – заметила Мадлен. – Задача фрейлины – выполнять просьбы её королевы. Не хочу, чтобы Её Величество посчитала, что я не справляюсь с ролью фрейлины.

– Такая верность короне достойна похвалы, но увы, Мон Этуаль, вы совершенно не щадите себя. Любая придворная дама на вашем месте уже давно искала бы способ найти покровителя, что избавил бы её от любого тяжкого труда.

– Я к числу этих дам не отношусь, – гордо заявила Мадлен.

– Ни минуты не сомневался в этом, Мон Этуаль, – хитро прищурившись, Наваррский улыбнулся. – Чем дольше я за вами наблюдаю, тем больше убеждаюсь в том, что вы совершенно не похожи на большинство придворных дам.

– Так вы продолжаете наблюдать за мной? – поинтересовалась Мадлен.

– Использую для этого каждую возможность, – игриво ответил Анри.

Мадлен шагнула в сторону, предприняв попытку обогнуть Наваррского, но мужчина сдвинулся в том же направлении, снова преграждая фрейлине путь.

– Герцог, мне не хотелось бы выказывать свою неучтивость, но я спешу, – заметила Мадлен.

– Как же изящно вы пытаетесь избавиться от моего общества, – усмехнулся Анри. – Но прошу вас, Мадлен, не убегайте. Дайте мне шанс исправить те ошибки, что я совершил при нашем прошлом общении.

Мадлен, прикрыв глаза, покачала головой. «А он совершенно не привык к отказам, – заметила девушка. – Чем решительнее я отталкиваю его, тем сильнее он желает добиться моего расположения».

– Ваша настойчивость поражает, а порой даже пугает, герцог, – наконец произнесла Мадлен. – Сейчас я правда очень спешу. Если я дам вам обещание выслушать вас при следующей нашей встрече, вы меня пропустите?

Анри лукаво улыбнулся, довольный ответом фрейлины.

– Я запомню это обещание, Мон Этуаль.

Слегка повременив, Наваррский всё-таки отступил в сторону, освобождая девушке путь.

– Благодарю.

Фрейлина направилась дальше, но, сделав всего несколько шагов, вновь услышала за спиной голос Наваррского.

– Вы любите розы?

– Розы? – удивилась Мадлен. – Да, я нахожу их весьма привлекательными, – не оборачиваясь, бросила фрейлина, боясь, что мужчина вновь увлечёт её разговором.

Уходя прочь, девушка не видела, как лукавая улыбка озарила лицо Наваррского. Не слышала, как, оставшись один, он тихо прошептал:

– Мон Этуаль, однажды вы сдадитесь мне.

Возвращаясь к крыльцу, Мадлен едва не столкнулась с Габриэль. Девушка, опустив голову, медленно брела по одной из дворцовых дорожек. Мадлен остановилась. «Должна ли я поинтересоваться тем, что случилось с подручной Наваррского?» Почти убедив себя в том, что это её не касается, девушка в последний момент обернулась к Габриэль. «Ей и так нелегко живётся при дворе, если я могу хоть чем-то ей помочь, не стоит проходить мимо».

– Габриэль, – негромко позвала Мадлен, протянув руку, чтобы коснуться плеча девушки. – У тебя что-то стряслось?

Словно выйдя из оцепенения, Габриэль подняла голову и резко отпрыгнула в сторону, не позволяя Мадлен коснуться себя.

– Что-то не так? – удивилась фрейлина.

Осознав, что со стороны её поступок выглядел странно, Габриэль обхватила себя руками и замотала головой.

– Прошу прощения, мадемуазель, я всего лишь задумалась. Ваш голос испугал меня.

– Не стоит извиняться, – улыбнулась Мадлен. – Мне показалось, что вы печальны.

– Не более, чем обычно, мадемуазель, – уже спокойнее ответила Габриэль. – Я всего лишь надеялась, что, уехав из Парижа, смогу найти себе место при дворе. Но Блуа ничем не отличается от столицы. Стены этого замка давят ничуть не меньше, чем стены Лувра.

Мадлен задумалась, ей было искренне жаль одинокую девушку, что каждый день ощущала себя изгоем.

– Может быть, мне поговорить о вас с королевой Луизой? – предложила Мадлен, – Вдруг в её свите всё-таки отыщется место для вас?

– Нет, мадемуазель, прошу, не утруждайте себя, – попросила Габриэль. – Я не хочу, чтобы вы пытались помочь мне.

– Но почему? – удивилась Мадлен.