Татьяна Гуркало – Вот тебе и сказка, Наташ (страница 37)
Потом она поняла, что ее куда-то несут. Судя по ощущениям, на носилках. И нет, не то, чтобы Наташа знала, как себя чувствуешь, находясь на носилках, просто ничего другого в голову не приходило.
А окончательно Наташа проснулась, когда вдруг почувствовала запах перечной мяты. Он даже мерзкий сладковатый запах вытеснил и это было чудесно, потому что девушку, если честно, уже подташнивать начало.
Правда, ничего кроме запаха в ее положении не было. Потому что бубнеж множества голосов вдруг превратился в напевание своеобразного репчика. Что-то про то, как будет здорово, когда великий бог наконец родится от собственной жены. Как он при этом жениться умудрится, в репчике почему-то не говорилось. Наверное, сочинителям не хватило фантазии. Или вся история не поместилась в заданное количество слов. Так что теперь «реперам» приходилось повторять и повторять всего два четверостишия. Изредка сбиваясь с ритма почему-то.
И нет, этот надоедливый репчик вовсе не был самым худшим в положении Наташи. Гораздо худе было то, что она была связана, а точнее, даже привязана к носилкам. А это точно были носилки. Еще у нее были завязаны глаза какой-то плотной тряпкой. И рот кляпом заткнут. Возможно потому, что похитители боялись, что она возьмет и их проклянет.
И да, это стопроцентно были похитители. Знать бы еще зачем ее похитили.
Хотят потребовать у Немши выкуп? Или у Коситея? Или может у котика? Ну, мало ли какую ценность древний дух успел заначить.
Правда, сильно смущал репчик про бога, которому надо жениться, чтобы родиться. Но Наташа решила пока про него не думать. Она сосредоточилась на своей злости и стала ее растить, чтобы наверняка проклясть, когда кляп вытащат.
Ну, не могут же они его не вытащить. Наташа очень на это надеялась.
Заодно она пыталась позвать свою дремлющую стихийную магию, на случай если не вытащат. В этой ситуации вообще могло пригодиться все. Даже котик.
Интересно, где эту скотину носит?
И заметит ли Немши, что ее похитили? До сих пор он прибегал, когда она пугалась. А сейчас Наташа боялась. Хотя злилась почему-то сильнее.
Мера силы с одной стороны — полная ерунда. А с другой — вещь важная, сложная и опасная. Казалось бы, что может быть проще, чем взять в руки пустой накопитель, наполнить его, потом взять еще один и тоже наполнить, и так до тех пор, пока не почувствуешь предел, тот, после которого пользоваться магией становится опасно для жизни? Да и происходило это действо каждые три месяца. И бестолковых первокурсников мерить силу не заставляли. И второй курс почти поголовно только пару накопителей наполнял, чтобы потренировать умение понимать, когда они уже полны. И что? Помогало это чем-то?
Да ни капли!
Каждый раз у кого-то эти несчастные накопители взрывались, так что приходилось наблюдать за студентами, держать наготове щиты и лекарские амулеты, не прекращать работу поглотителей, да и происходило все на полигоне с поднятой защитой. Разные курсы, конечно, находились в разных секторах…
Да, когда-то пытались разделять курсы по времени, но оказалось, что проще раз в три месяца собрать всех, чем тратить силы каждые две недели. Несчастные преподаватели просто восстанавливаться не успевали, не говоря уже о лекарях с целителями.
А еще, обязательно находился кто-то решивший дойти до самого края, изредка даже кто-то из выпускников. И тогда в нагрузку приходилось тащить этого идиота с того света, а выпускника еще и оставлять на год в академии, в надежде, что хоть это ему поможет осознать свои пределы.
Другие умудрялись не вовремя прерваться, отвлечься, чихнуть или чего-то испугавшись, выронить раскрытый накопитель.
У третьих затекали ноги, руки и начинала болеть спина. Хотя кто их заставлял сидеть неподвижно в неудобной позе, ни один из этих пострадавших так и не ответил.
А два года назад один оригинал еще и заснуть умудрился.
И вот следи за ними!
Преподаватели этот день справедливо ненавидели, и Коситей был с ними солидарен. Он знал кучу академий и миров, в которых никто подобной ерундой не занимается. Но тут ему не повезло. Магам именно этого мира было необходимо знать свои пределы, особенно неопытным. Это опытные даже из других миров знали, когда лучше остановиться. А разные самоуверенные болваны… И хоть тысячи раз им объясняй, что за тем самым пределом, из которого нельзя выходить, мир начинает «помогать» магу, вместо того чтобы просто лишить его силы. Так что, когда в других мирах эти маги перегорают и в худшем случае навсегда лишаются силы, в этом они попросту умирают, потому что превратили свою жизнь в эту самую силу. А в лучшем случае начинают слишком быстро стареть.
Справившихся с заданием студентов по одному выпускали на волю, всучив им их накопители, чтобы впитывали свою силу обратно, и не забыв напомнить, что сегодня лучше не пить ничего алкогольного и бодрящего. А то находились болваны.
Немши со своими накопителями справился довольно быстро. И нет, не потому что был слабаком, как считали некоторые. Просто он умел контролировать силу. Его с раннего детства учили. Так что он пожелал удачи остающимся и бодро вышел из надоевшего полигона.
Потянулся. Зачем-то полюбовался деревом. И это притом, что деревьями никогда не интересовался и даже не знал, как большинство из них называется. Поворошил в кармане накопители. И только после этого понял, чего не хватает.
А не хватало едва заметного присутствия одной начинающей ведьмы.
То, что его не было на полигоне — совершенно нормально. Там такая защита, что это присутствие попросту заглушило наслаивающимися щитами. А вот снаружи…
— Что за ерунда? — спросил Немши сам себя.
Тряхнул головой, сжал кристаллы в ладони, вбирая в себя больше половины потраченной на них силы, хотя делать так не рекомендовалось. А потом бодрым шагом пошел к общежитию. Это же логично, именно с женского общежития начать поиски девушки, которую почему-то перестал ощущать.
В общежитие его, правда не пустили. Видите ли, пока большинства студенток там нет, а комендантша помогает на полигоне, пускать не велено. Но проверить все рано нужно было. Поэтому Немши сначала покричал под ее окном, но на вопли так никто и не отозвался. А потом, полез по стене к этому самому окну. Лезть там было не сложно, иногда Немши вообще казалось, что эти стены держат в таком состоянии для того, чтобы разные впечатлительные женихи все-таки могли навещать невест.
А почему он не пошел искать в другом месте, раз уж никто не отреагировал на вопли? А демоны его знают, просто засела надоедливая мысль, что, если уйти, не убедившись, что Наташи там нет, она в итоге именно в своей комнате окажется. Ага, спит она там и ничего не слышит.
И да, Немши почти угадал. В комнате действительно спали. Правда не девушка, а мышь в коробке. Лежащей прямо на подоконнике распахнутого настежь окна. Для проветривания, наверное.
Немши коробку с мышью едва не сбил на пол. А убедившись, что никого живого кроме Тишани в комнате не наблюдается, попытался ее разбудить. Потыкав пальцем.
Мышь, увы, не отреагировала.
И это было очень странно.
Как он лез обратно, пытаясь не упустить коробку с мышью, потом и вспоминать не хотелось. А, главное, спустившись, Немши вдруг понял, что коробку тащить было не обязательно, что поспать мышка могла и в кармане. Она вообще это любит.
— Ну, что за день? — спросил сам себя парень, огляделся и решительно пошел в библиотеку. Там, если не найдешь Наташу, то можно будет дозваться котика. Почему-то Немши был в этом уверен.
Может хоть этот дух знает куда делась его ведьма и почему Немши перестал ее ощущать.
А на полпути Тишаня вдруг проснулась, подпрыгнула, как маленький мячик, грозно пискнула и с хлопком исчезла.
И это тоже что-то значило.
Немши даже примерно догадывался что.
Выбор ведь невелик. Либо двухцветная мышь помчалась спасать ведьму, либо того идиота, которого она уже начала проклинать по какой-то причине.
В общем, Немши ускорил шаг и решил, что, если понадобится, вытащит котика оттуда, где он прячется силой. Хотя и не представлял, как будет это делать.
То, что происходило дальше, иначе, чем идиотизмом назвать Наташа не могла при всем желании. По идее она должна была продолжать бояться, но ситуация и ее собственное положение были такими, что ее пробивало на «хи-хи».
Начать с того, что, когда ее наконец куда-то дотащили, от носилок отвязывать ее не стали. Поставили вертикально и доверили держать каким-то Эцке и Фуцке. Ецке и Фуцке! Словно специально подбирали по созвучности имен.
Потом, правда, сняли тряпку с глаз, и Наташа в свете небольшого фонарика, подвешенного на крючок чуть ли не у нее перед носом, рассмотрела, что подбирали скорее всего по телосложению. А то держать носилки придется долго и не каждый это осилит.
Потом приперли откуда-то низенькую скамеечку и подставили Наташе под ноги. Она до нее не достала и три идиота начали ослаблять веревки как раз настолько, чтобы девушка сползла ногами на скамейку, но не смогла выскользнуть из веревок и сбежать. И да, стоять на скамеечке, пусть и привязанной к носилкам, было все-таки удобнее, чем висеть.
Потом явилась какая-то странная тетка в ярко-зеленом платочке и с медицинской маской на лице, видимо притарабаненной какими-то контрабандистами. Зачем маска была нужна, Наташа не сильно поняла. Если за-ради маскировки, то странно, что никто кроме нее не маскировался. Если чтобы не перезаражать всех вокруг новейшим штаммом гриппа, то проще было целителю заплатить. В этом мире с вирусами расправлялись запросто. А студенты за это дело брались и вовсе за два медяка, правда, не гарантировали результат.