Татьяна Гуркало – Первая Школа (страница 19)

Дедок доставал людей долго. Развоплощению не поддавался, еще и хихикал ехидно, грозил пальцем и называл всех неучами. И, наверное, достал бы магов до того, что они бы не поленились и соорудили для него ловушку, хотя процесс этот долог и трудоемок. Но тут, ко всеобщему счастью, из стены выплыла дама в пышном платье с оголенными плечами. Она покачала головой, поправила прическу, а потом поймала дедка за ухо и стала его отчитавать за то, что двор опять не убран, дворник пьян, а мыши доедают запасенное на зиму зерно. И называла дама дедка вовсе не директором, а плешивым завхозом-алкоголиком.

Дедок издевательств над ухом долго не выдержал и куда-то сбежал. А дама предложила провести экскурсию для гостей. Она же объяснила, что все обитатели вивария давно рассыпались пылью. Бегала где-то парочка самых живучих, но с десяток лет назад более живучий поймал менее живучего и отъел сначала ему ноги, а потом сожрал и все остальное. Так что придавленное деревом умертвие было последним и единственным.

На экскурсию, кстати, пришлось согласиться. В качестве благодарности. С призраком, который даже после смерти всем интересуется, все знает и внятно отвечает на заданные вопросы, лучше дружить.

Дама расцвела, опять поправила прическу и предложила для начала сходить в оранжерею. Там как раз такие интересные цветочки выросли.

Вот увидя эти цветочки, маги и поняли, что умертвия изначально были не самой большой проблемой в заброшенной школе.

— Королевская жаба, — только и смог сказать Роан, когда какое-то странное растение вцепилось усиками, венчавшими листья, ему в сапог и попыталось затащить его в чашечку цветка.

— Что это за дрянь? — спросил кто-то.

— О, это чудесные цветы, — отозвался Ленс Дановер. — У меня даже справочник по их выращиванию есть. Когда-то они были выведены для борьбы с грызунами. Их сажали прямо на полях и они, по задумке, должны были ловить мышей, кротов и прочую живность. А потом оказалось, что они питаются еще и пчелами, бабочками, курами и даже кошками. Ходили даже слухи о поедании детей. А еще эта зараза научилась самостоятельно размножаться и рассеваться. Лет сто с ней боролись. Пчел почти не осталось, зато те же мыши приловчились делать подкопы и питаться ее корнями, из-за чего стали крупнее и, по непроверенным слухам, стали дольше жить. В общем, если мы случайно опять вынесем эти цветочки в мир, нас сожгут, как зловредных колдунов.

Маги, не желавшие быть зловредными колдунами, переглянулись, тяжко вздохнули и сели подумать о том, какими щитами и как накрывать оранжерею вместе с ее интересными цветочками.

— Ой, так вы же еще страж-траву не видели, — почему-то развеселилась дама.

— А это еще что? — с подозрением спросил один из воинов.

— А, ерунда, по сравнению с интересными цветочками, — уверенно сказал Дановер. — В парке при королевском дворце, в запрещенной для посещений части, до сих пор такая растет. Своих она узнает, чужих, если им не повезет на нее наступить, ловит и оплетает, а потом очень неохотно расплетает после полива специальным раствором.

— Нет-нет, — Дама стала еще веселее и даже засветилась как фонарь. — Это первая модификация, из тех, которые на границе высаживали.

— Ага, тогда она ловит, опутывает, душит и тут же начинает жрать, — обрадовал присутствующих Дановер.

Заходить в оранжерею всем сразу же перехотелось. По крайней мере до того, как здесь побывает кто-то из тех королевских магов, которые разбираются в специальных смесях.

— Но вы не переживайте, она растет не везде. И если тыкать перед собой палкой, то не попадетесь, — поспешила всех успокоить дама. — Трава давно научилась бояться падающих с деревьев веток и расползается в стороны.

— Ага, просто чудесно, — пробормотал Роан. — Так и вижу Яса, жизнерадостно тычащего во все подряд дрыном, выломанным из забора в каком-то селе. И Джульетту, бродящую за ним следом и поливающую все подряд кипятком, так, на всякий случай.

На Роана посмотрели как-то странно, а призрачная дама с ностальгией прошептала:

— Дети.

Дальнейшая экскурсия окончательно убедила Роана в том, что студентусов из лучшей в королевстве школы сюда пускать нельзя, но при этом взрастила оптимизм всех остальных до невиданных высот.

Библиотека действительно оказалась защищенной от действия времени. Юная дева-тьмаборец, едва переступив порог, тут же нашла страшно ценную и редкую книгу, которую и попыталась тайком спрятать за пазуху. А потом долго хлопала глазами и клялась, что обязательно бы вернула обратно, сразу после того, как прочитала и выучила парочку плетений, которые папа учить не разрешал. Что-либо учить девушке тут же запретили и с позором выгнали из библиотеки. Правда, остальные молодые маги вели себя не более адекватно, они вытаскивали с полок книги, листали их, чем-то восхищались. Те, кто постарше, старательно за ними следили и сами еле удерживали присущее магам любопытство.

Роан посмотрел на все это, вздохнул и тихонько побрел вглубь библиотеки. Шуганул по дороге наглую крысу, видимо прибежавшую жрать книги, как только сняли защиту. Провел кончиками пальцев по корешкам книг. А потом наткнулся взглядом на красную обложку книги, ярко выделявшуюся на фоне остальных.

Хмыкнув и помянув судьбу, которая вечно подбрасывает какие-то подозрительные камешки, Роан потянул книгу на себя. Она легко выскользнула и едва не упала на пол.

Маг опять хмыкнул и осмотрел обложку со всех сторон. Никаких надписей на ней не было. Да и сама книга была подозрительно тяжеловата.

— Странно, — сказал Роан и раскрыл книгу.

Три первых тоненьких полупрозрачных листа с полустертыми рисунками пролистались словно сами собой. За ними обнаружился плотный лист, напоминавший крышку коробки из прессованной бумаги. А под ним нашлась и сама корбка хитро замаскированная со всех сторон склеенными листочками. В этой коробке в пазах лежал темно-оранжевый камень, а рядом в углублении покоилась маленькая бутылочка, надпись на которой гласила, что внутри не что иное, а самое настоящее зелье для временного усиления любой магии. О таких зельях Роан слышал, хотя их и запретили лет за семьдесят до его рождения. Да любой мальчишка с радостью бы отдал полжизни за такую бутылочку — это же так здорово, хоть раз в жизни, но превзойти самого себя и сравнять с землей ближайшую гору. И ерунда, что после этого придется долго восстанавливаться, а после третьей-четвертой горы вообще можно перегореть и в лучшем случае перестать быть магом, хотя чаще банально умирали.

Роан опять хмыкнул, выковырял бутылочку, убедился, что сургуч на пробке не тронут и петля силы не разорвана. После этого он признал, что в бутылочке действительно то, что заявлено, и засунул находку в карман.

Камень молодой маг рассматривал гораздо дольше, но так и не понял, что оно такое. Поэтому засунул в другой карман, решив, что потом разберется.

Засунув фальшивую книгу на место, Роан отряхнул руки и спокойно пошел дальше, пытаясь выискивать взглядом еще что-то подозрительное. Но это подозрительное так и не попалось.

Возможно даже, что к счастью.

Глава 5. ДА ЧУ. Воспитание великим

У вас есть силы, чтобы подняться до небес. Но что еще важнее, — эти силы должны помочь вам сдерживать свои порывы. Подавляя в себе нетерпение и научившись ждать, вы можете накопить еще большую энергию для новых начинаний. Ваша цель — движение вперед. Но оно может навредить, если совершено в неверный момент. Ждите своего момента.

Так ничем и не проникшихся студентусов отпустили ближе к вечеру.

В тот же вечер по портальной почте пришло послание из Старой Школы и туда в срочном порядке отбыло семеро лучших природников столицы. Восьмой пришел в Школу Стихий, долго наблюдал за буркетом, уточнял, ест ли он то, что ему разрешают и не ест ли то, что запрещают. А убедившись, что буркет существо понятливое и пакостить особо не любит, покачал головой, посокрушался о том, что это существо только одно, оставил записку для магистра Олия и тоже отбыл в Старую Школу.

Хэнэ тем временем ненадолго вынырнул из переговоров с магомехами, с удивлением узнал, что Роан куда-то уехал и отчего-то решил поговорить с магистром Леской. Разговор понравился обоим, и кикх-хэй даже согласился покатать магистра на крылане. Только попозже, когда время будет.

Потом в делах и заботах пролетела еще неделя, ближе к концу которой наконец вернулись смелые исследователи Старой Школы. А спустя еще два дня магистр Олий собрал всю старшую школу в бальном зале и наконец обрадовал студентусов нововведениями в образовательной системе. На попытки роптать и протестовать магистр только улыбнулся и обрадовал внеплановой практикой. Которая начинается через три дня. Так что студентусам лучше срочно досдать хвосты, настроиться и подготовиться.

В общем, у студентусов резко не осталось времени ни на протесты, ни на выходки, ни на свидания в кофейнях.

Правда, скучно все равно не было.

Яс и Льен в две руки паковали рыжего кота в корзину с крышкой. Кот подвывал и сопротивлялся. Наверное, подозревал, что его собираются отнести к реке и утопить. Вместе с корзинкой.

— Яс, может, ты все-таки уговоришь мастера Кора оставить это недоразумение в общежитии? — спросил Льен, печально глядя на исцарапанную руку.