Татьяна Гуркало – Городу нужен хранящий (страница 22)

Ведь действительно, откуда такая безалаберная и деятельная натура взялась в их семье? Даже дедушки-бабушки с обеих сторон не помнили никого такого шумного и наглого.

— Правда, — сказал Лииран.

— Здорово! — искренне восхитился брат. — Здорово, что не расплющило. А если бы расплющило, пришлось бы тебя сворачивать в рулон и использовать в качестве коврика.

Лииран представил себя ковриком и фыркнул. Хорошо бы этот коврик постелили в купальне. В женской части, причем, в гостевой. А то ведь могут бросить и под порогом, чтобы гостям было на что пропыленную или испачканную в грязи обувь класть.

— Хэх! — вдохновенно выдохнул брат, встав с пола. — Я же тебе не сказал! Там деда приехал, тобой полюбоваться хочет. А еще притащил с собой каких-то странных девок. И говорил маме, что наша порода, если ей дать волю, вообще никогда не женится, а тебе уже пора присматриваться к невестам.

— Что?! — вытаращился на него Лииран. — Каким еще невестам?

— К тем странным девкам, я же только что сказал. Деда мечтает дожить до твоей свадьбы. А чтобы эта мечта сбылась, это событие следует ускорить. Вот! Так что бойся. Там две девки просто странные. А одна и странная, и страшная. Я чуть не описался, когда налетел на нее в темном коридоре. Ты бы видел, как она улыбается. Как будто голову откусить хочет.

Лииран обхватил ладонями голову и тихонько выругался.

Вот чего ему для полного счастья не хватало. Деда и невест.

Нет, мамин отец вовсе не был плохим человеком. Он был очень хорошим человеком и мог бы стать вообще идеальным, если бы не считал, что в каждом доме его должна встречать орава детей. Он и матери пенял за то, что родила только двух сыновей, причем с разницей в возрасте аж целых девять лет. А тут один из сыновей еще и вырос достаточно для того, чтобы не считаться ребенком. И дед, видимо, решил, что пора ему намекать на толпы детей, которые должны гроздьями висеть на каждом себя уважающем старике.

С другой стороны, что такое даже очень страшная и странная девка по сравнению с камнем, лишь чудом не свалившимся на голову? Да сущая ерунда. Идиотом Лииран себя никогда не считал. Невесту собирался выбрать сам, причем спешить с этим делом не хотел. А значит, от девок нужно избавиться. Все равно каким способом. В крайнем случае, можно попросить Ладая подкараулить их где-то в темноте и попугать. Вряд ли он откажет.

Но день Лиирану испортили. Хорошо так испортили.

— Я бы на твоем месте притворился больным, — заговорщицки сказал брат. — Тем более, та лекарка вчера говорила, что у тебя шок, забитие каких-то внутренних органов… или ударение органов? Ой, не важно. У тебя шок, органы, мозги встряхнулись об черепную коробку, и руку нужно беречь, потому что там что-то растянулось. Вот! Притворяйся больным. Девки на самом деле не очень. И дуры.

Лииран благодарно кивнул и поспешно лег, решив притворяться больным и спящим. Авось отстанут.

Правда, проблема деда и девок все равно останется. Пока есть время, нужно придумать, что с этой проблемой делать.

Ладай веселился.

До этого момента ему не нравилось лежать в больнице. Он бы и не лежал, если бы гадские лекари не додумались привязать его к кровати. Видите ли, он своими попытками встать и куда-то убрести мешает нормальному заживлению раны. Из-за чего шрам может остаться.

Можно подумать, Ладая когда-то шрамы волновали. Не девушка все-таки.

Лежалось Ладаю плохо. То спина чесалась, то бок, то чихание нападало, то икота, а чаще всего было попросту скучно. Поэтому парень решил заняться тем, на что до сих пор не хватало времени и в возможность чего мало кто верил. Этим неверующим следовало сначала посмотреть на ныне почившего не без помощи Ладая собирателя, а потом доказывать свою правоту.

В общем, Ладай учился создавать плетения силой воли. То есть, без участия привычных махов руками, движений пальцев, слов-пусковиков, рисования символов и прочих помощников мага. Вообще, это была не такая уж редкость и сложность, если подумать. У Хията, например, отлично получалось работать с водой, просто представляя конечный результат и зная, что должно произойти, чтобы он получился. Это когда дело касалось стандартных плетений, он снисходил к движениям пальцами. Причем, что странно, всегда одинаковым, а символы он при этом представлял. Видимо урок, на котором перечисляли стандартные движения и их привязку к конкретным символам Хият благополучно проспал, а учителя потом не обратили внимания на то, что ребенок делает что-то не то. Получается, и ладно, у них еще куча детей, у которых не получается. Вообще. Так что научиться можно, было бы желание.

А желание у Ладая в данный момент было. Потому что пришло в голову, что связать могут не только лекари, но и враги. А связанный маг практически беспомощен и это парню не нравилось.

Вот Ладай и учился.

Сначала у него ничего не получалось, возможно, из-за того, что он изо всех сил пытался представить символы сложенные пальцами, вскидывание рук и прочие атрибуты. Потом опять вспомнил о Хияте и понял, что он бы такой ерундой не занимался. Возможно, он о большей части этой ерунды вообще не подозревает, на его счастье. А значит, символика у него какая-то своя, скорее всего та, что нарисована в школьных учебниках и частично на фишках для «Поля».

С другой стороны, легче всего работать именно со своей стихией, для тех же легких стандартных плетений энергию сначала нужно обезличить. А стихия у Ладая все-таки огонь.

— Начнем с искры, — мрачно улыбнулся потолку парень, представляя, как устраивает пожар и лекари прибегают с вытаращенными от ужаса глазами.

А как же, привязали пациента, а он чуть не сгорел из-за этого.

То, что он чуть не сгорел из-за своих экспериментов в головы бедолагам вряд ли придет. У него ведь руки к кровати привязаны, и пальцы перебинтованы, какие эксперименты?

Получилось у Ладая на удивление легко и довольно быстро. Даже обед еще не принесли, а над носом парня уже медленно и плавно, словно перышко, вальсировала искра. Всего то и понадобилось убедить себя, что стоит сосчитать до трех, представляя, как она разгорается.

А вот погасить искру Ладай еле успел. Чуть не уронил на себя, когда услышал, что кто-то открывает дверь.

Оказалось, что это пришел очередной лекарь, решивший перед обедом осмотреть рану. Ладай против осмотра не возражал. Даже, на удивление лекаря, против того, что его развяжут, только когда принесут еду, не возражал. Огневики, как известно, пациенты буйные, мнительные и вспыльчивые. Так что Ладай мог надеяться, что его за хорошее поведение отпустят уже завтра вечером.

С раной все было в порядке. Если пациент не станет в ней ковыряться, дней через пять от нее и следа не останется. Точнее след останется, но малозаметный и девушек отпугивать не будет. Впрочем, на девушку, которую не отпугнет нечеловеческий цвет одного глаза пациента какой-то шрам вряд ли произведет впечатление.

Лекарь любовался раной и болтал. Ладай терпеливо лежал и наблюдал за ним.

Если хорошо подумать и повспоминать, то обнаруживаешь, что лекари тоже не складывают символы. Иногда они, если случай тяжелый, пользуются выгравированными на браслетах загадочными рисунками. Похоже, в эти крошечные, но детальные рисунки вложена символика целого плетения. Но чаще, просто прикасаются к пациенту и замирают. Так они и ищут внутренние повреждения, и лечат, и запускают регенерацию. И никому не приходит в голову спросить, почему они не размахивают при этом руками и не складывают пальцы в увесистые фиги.

Люди очень странные существа, не замечают очевидных вещей.

Дальше день у Ладая прошел весело и плодотворно. Для начала он поел, потом выслушал лекцию о том, что нельзя лезть в открытую рану грязными руками. После этого под честное слово был развязан и предоставлен сам себе. Вставать на ноги ему уже разрешили, но выходить из комнаты — еще нет. Поэтому Ладай сидел у окна и мысленно рисовал символ огня на облаках. Оказалось, это очень веселое занятие. Особенно весело становилось, когда очередной огневик из пострадавших, прогуливающихся во дворе, замирал и долго таращился в небо, пытаясь понять, что же там привлекло его внимание. А самое веселое началось, когда символ нарисовать получилось и очередное облако вспыхнуло пламенем. Тогда забегали все и наверняка не только в больнице. Это облако могли и в королевствах на материке увидеть, и решить, что это очень дурное предзнаменование.

То, что Ладаю после этого подвига слегка поплохело — ерунда. Главное, что не скучно. Скучающие огневики способны сотворить любую глупость, вплоть до побега из больницы, наплевав на данное слово.

Интересно, чем там Хият занимается?

Хияту снился очень странный сон.

На рассвете в город пришел человек. Обычный человек, не маг, одет в поношенную куртку и разорванные на колене штаны. Такие люди время от времени в город приходят. Они сбегают с кораблей, на которые их против воли затащили в качестве матросов или рабов. Они дезертируют из армии, и всеми правдами и неправдами добираются туда, где их точно не найдут. Они просто ищут лучшей доли и отчего-то верят, что на землях магов растут волшебные деревья и текут реки, в которых вместо воды вино. Как уж они добираются до островов, дело десятое. Парочка таких однажды в бочке приплыла и даже ни один шторм их не утопил. А уж спрятаться в трюме, или сбежать с разгружающего контрабанду корабля много ума не надо. И искать их никто не будет, наловят новых.