Татьяна Грач – Двоемирье. Книга 3. Новое поколение (страница 5)

– Не надо было, – произнес недовольный голос из-за плеча.

Кипран развернулся, предпочтя разглядывать не гостиничный номер, а лицо, покрытое причудливыми узорами. Каждый раз разными. Сегодня, например, не только лицо, но и шею и плечи украшали ветви цветущего дерева.

Делать этого точно не стоило. Встречаться. Снова и снова искать возможность побыть вместе. Урывками, каждый раз словно пытаясь украсть кусочек яркой, недоступной жизни. За последнее время это уже почти превратилось в привычку, с которой нет сил бороться. Вредную, гораздо хуже любой другой, потому что грозит разрушить не только их жизни, если правда раскроется. И тем важнее сделать так, чтобы все осталось только между ними.

– Мне пора идти. – Действительно пора, тут Кипран не слукавил. Взглянул на часы, убедился, что чувство времени его не подвело. – За мной гранилак подъедет через пятнадцать минут.

Значит, у него есть еще пятнадцать минут, чтобы спуститься на два этажа ниже, в свой номер, привести себя и свои мысли в порядок. Перечитать еще раз условия заключенных сделок. Договор о сотрудничестве правительства с главами двух крупнейших промышленных корпораций – лучшего прикрытия для очередной встречи с Айнэ придумать было сложно.

Но, как бы ни шла кругом голова, а забываться не стоило. Нужно убедиться, что все подписанные бумаги в порядке. На всякий случай, для собственного успокоения. А потом еще и на чашечку кофе время останется. Или на то, чтобы выяснить у Айнэ одну вещь.

– Скажи, я когда-нибудь увижу настоящую тебя, без всех этих фокусов?

Давно стоило спросить, но решился Кипран только теперь, поправляя воротник рубашки около огромного, во весь рост, зеркала. Видя в этом зеркале, что Айнэ сидит на кровати и с любопытством наблюдает за каждым его движением. Похоже, поняла, что он это заметил – с лукавой улыбкой повернулась так, что легкое покрывало скатилось вниз, и Кипран мог бы рассматривать ее, не оборачиваясь.

– Если между нами не останется недосказанности, я перестану быть тебе нужной. – Айнэ изящным движением собрала волосы заколкой, поднялась с кровати. Протянула руку к висящему на кресле зеленому платью из тонкой шерсти, но передумала и подошла к Кипрану, не одеваясь.

– Ты всегда будешь мне нужна, – проговорил он. Замер на месте, когда Айнэ обняла его, крепко прижавшись к спине.

– Тс-с, молчи. – Она поспешно закрыла его рот ладонью. – Мы оба знаем, что это неправда. Ты позабудешь обо мне, как только выйдешь за порог этой комнаты, потому что только так будет правильно. Вернешься к жене и сыну, будешь для них примерным мужем и отцом. Потому что это правильно.

Озвучила его собственные мысли. В голосе ни капли горечи или сожаления, просто констатация факта. Забавно, что она упомянула Стифа. Если бы не он, если бы не переданный пять лет назад шутливый «привет от гадалки», Айнэ так и осталась бы для него лишь воспоминанием. Кто знает, может, так было бы лучше для них обоих?

– И тебя это устраивает? – Кипран закрыл глаза, прислушался к ее ровному дыханию. Поймал себя на том, что дышит с ней в такт.

– Только это меня и устраивает, по-другому не умею и не хочу. Неужели не понял до сих пор, что я не выношу постоянства? Ну, кроме одного единственного: знать, что ты обязательно позовешь, когда наскучат будни.

С этими словами Айнэ легонько прикусила ему мочку уха. Пожалуй, чашечкой кофе можно и пожертвовать, оставшись с ней еще ненадолго.

Новенький, блестящий в свете гостиничного фонаря гранилак затормозил у входа ровно через пятнадцать минут, когда Кипран уже спускался с крыльца. Заметил с досадой, что кресло водителя занято, пришлось разместиться на заднем сидении.

Что поделать, если к недавно закупленному правительством транспорту автоматом прилагаются и те, кто им будет управлять? Кипран приоткрыл окно, подставив лицо встречному ветру, и стал мысленно считать проносящиеся мимо деревья, выхватываемые светом фар.

Слишком медленно проносящиеся, как он вскоре понял. Оставалось только с тоской вспомнить старенькую моторку, доживающую свой век вместе с остальными ненужными вещами из прошлого. На ней можно было бы добраться раза в два быстрее. Интересно, там еще осталось хоть немного заряда в батарее? Надо будет проверить на досуге, а пока придется довольствоваться тем, что есть.

– Слушай, эм… – Он попытался вспомнить имя водителя, которого до сих пор и видел-то всего пару раз. Бесполезно. Поняв это, Кипран просто перегнулся через сидение. – Дай-ка я сам поведу.

Однако водитель не спешил выполнять требование, лишь покачал головой и продолжил внимательно следить за дорогой.

– Не могу, меры безопасности.

Ну да, как же иначе? Кипран усмехнулся, догадавшись, о каких мерах идет речь. На девяносто девять и девяносто девять сотых процента был уверен, что это Зелле настоятельно попросила доставить его домой в целости и сохранности. Порой раздражает ее излишняя тревожность. Да что там, почти всегда раздражает, а когда нет, то эта забота кажется очень даже милой. И сегодня был как раз второй вариант.

Солнце уже было высоко в небе, когда Кипран подъехал к искусно выполненной кованой ограде своего дома. Узор ограды на мгновение неуловимо напомнил о других – тех, которыми себя украшала Айнэ.

Однако стоило переступить порог дома, как эти совсем ненужные мысли тут же улетучились. Воздух сгустился, и даже шаги отдавались гулким эхом. Что-то было не так. Неуловимое чувство неправильности происходящего не позволило сразу осознать, что именно.

Голоса из гостиной в конце коридора. Приглушенные, слов не разобрать, однако не составило труда понять, кому они принадлежат. Один, звучащий непривычно требовательно – определенно Зелле. А вот второй…

– Это у вас учебу сегодня отменили, или я слишком задержался в поездке, и уже начались каникулы?

Попытка пошутить не возымела никакого эффекта. Стиф, которому по всем расчетам в это время полагалось постигать азы «введения в общественное устройство», лишь взглянул исподлобья и продолжил неподвижно стоять, опершись на комод, уставясь на носки своих ботинок.

– Представляешь, что заявил твой сын? – Зелле в отчаянии вскинула руки и поднялась с кресла.

– Сейчас, видимо, и узнаю.

Прозвучало строже, чем Кипран того хотел. Это стало ясно по тому, как Стиф сжался, будто пытался казаться как можно незаметнее.

– Он решил бросить колледж! – Зелле нервным движением смахнула с комода одной ей заметную пылинку. – Нет, ну ты можешь себе представить? В первый же месяц учебы.

Этого только не хватало. Сделать глубокий вдох, пытаясь не горячиться. Стиф же это не серьезно, наверняка просто выпалил на эмоциях, что учеба надоела. С кем не бывает. А Зелле уже панику подняла. Или на самом деле собрался? Отрицать не пытается, а значит…

– И это после всех приложенных стараний, чтобы туда поступить? Всеми нами приложенных, между прочим. – Кипран привел аргумент, который точно должен был подействовать. – Ты ведь так туда хотел, что вдруг случилось? Объясни.

– Хотел, да, – выпалил Стиф с вызовом, встряхнул челкой. – Говорили, там лучшие преподаватели страны и лучшая учебная программа. А оказывается…

Он замолчал, отвернулся в сторону, так что Зелле пришлось продолжить объяснение вместо сына.

– Я утром уже разговаривала с его куратором. Они не знают, никто из преподавателей не представляет, как с ним справиться, как при нем вести занятия.

– Вот уж не ожидал от тебя такого безрассудства, – вздохнул Кипран. Только недавно порадовался, что прелести переходного возраста обходят его семью стороной, и вот на тебе.

– Я ничего такого не сделал! – фыркнул Стиф. – Всего лишь задавал вопросы, на которые они не могли ответить. Или не хотели.

– Задавал вопросы, куратор так и сказал, – подтвердила Зелле. – На каждом занятии, постоянно прерывая учебный процесс.

– Учебный процесс, как же. – Стиф невесело усмехнулся. – Почему мы должны выслушивать ту чушь, что они несут? Еще и врут нагло, вовсе не на каждом я занятии вопросы задавал, пару раз всего.

Зелле всплеснула руками.

– Вот видишь, о чем и речь. И во время учебы так же спорил.

Кипран поймал себя на мысли, что не узнает в этом раскрасневшемся и сопящем от возмущения парне собственного сына. Самое время вспомнить, как мало проводил с ним времени из-за вечной занятости. Свалил заботу о воспитании на хрупкие плечи жены и надеялся, что она справится.

Глупо.

Впрочем, еще не поздно это исправить.

– Кажется, нам надо серьезно поговорить. – Кипран положил руки Стифу на плечи, заставляя сесть в кресло. Затем обернулся к жене. – Нам двоим.

Зелле поняла все без лишних намеков. Дождавшись, когда она выйдет из комнаты, Кипран уселся напротив сына.

– Ты ведь понимаешь, что этот колледж – твой пропуск в будущее?

Все уже давным-давно решено, и Стиф сам принимал в этом решении участие, никто ему не навязывал того, чего бы он не захотел. Поддерживаемый крупнейшей добывающей граниум корпорацией колледж откроет перед Стифом любые двери, он не может этого не понимать.

– Пффф… – Столько нескрываемого презрения в одном единственном звуке. – И ради этого я должен слушать откровенную чушь, которую несут преподаватели? Чему они могут научить, если боятся даже шаг сделать в сторону от программы?

А вот это уже любопытно. Не мешало бы и в самом деле проверить, за что приходится платить совсем не маленькие деньги. Напустить на них образовательную комиссию? Пожалуй. Бабушка Стифа, а по совместительству глава этой комиссии, только рада будет. Но пока нужно решить первоочередную проблему.