Татьяна Голицына – В петле времени (страница 9)

– Идемте, – сказал я кратко, – я покажу вам свою картину. Скажу вам сразу, я написал весьма странный портрет.

Я подошел к мольберту и развернул его так, чтобы портрет было хорошо видно: – Кажется, вместо совершенной красоты девушки, что я видел в своем видении, я смог изобразить только странную жестокость.

Клаус устремил свой взор на портрет, и у него вырвалось восклицание не то удивления, не то насмешки.

– На этом холсте одновременно присутствуют две девушки, разве вы не поняли? – произнес он, – смерть и две жизни, у обеих неотразимый магнетизм в глазах. Но у одной из них мучительный взгляд, у другой чувственность глаз сопровождается жестокой кривой усмешкой губ.

Несколько минут прошли в полном молчании, потом Клаус сказал: – Я ухожу, а вам следовало бы разобраться со своими женщинами. На портрете две женщины – Тианта и Нуита. И это не потому, что вы их видели обеих в лабиринтах, и их образы смешались в вашей голове. Это потому, что обе они для вас главные женщины в судьбах ваших разных воплощений. Две соперницы, обе в вашем сердце, но лучшая часть вашего сердца принадлежит Тианте. Нуита никогда вам не простит этого.

И с этими словами он направился к выходу. Его слова задели меня.

– Послушайте! Откуда вы знаете о Тианте и Нуите? Я никогда вам не рассказывал, что видел под пирамидами. И вообще, страсть как не люблю соперничества двух женщин за одного мужчину. Я считаю это глупостью, так как этих женщин совсем не интересует мнение мужчины. Женщины всегда борются между собой на этом жизненном татами, каждой важно победить, уничтожить другую. А мужчина для них приз, и только.

– А мне незачем рассказывать о ваших приключениях. Я и так знаю. Что касается вашей нелюбви к соперничеству женщин, ну так вы поэтому и не оказываете никому магической помощи в приворотах. Ваша глубинная память, знаете ли, не позволяет вам этого делать. Вы ненавидите упорство этих женщин потому, что сами пострадали от этого соперничества в прошлых жизнях, и неоднократно, должен заметить.

– Разве Тианта тогда, и Нуита в этой встрече в пирамидах, не одна и та же женщина? Совсем необязательно мы принимаем одинаковый облик в разных жизнях. Нуита загадочно появилась и загадочно исчезла, но я встречусь с ней. Я знаю, я чувствую. Она уже заняла мое сердце, и мне кажется, она всегда была там. Там, в пирамидах, я понял смысл этого последнего испытания. Символ соблазнения Адама Евой, после того как она слопала заветное яблочко. Адам тогда не устоял, и подарил человечеству великое таинство страсти. Настоящей страсти, какую может внушить настоящая женщина, и она навсегда останется в сердце мужчины.

– Я же сказал вам, это две разные женщины, и обе в вашем сердце. Но лучшая его часть отдана Тианте. Почему? Вам самому надо разобраться. Но и Нуита не только не собирается уступать занятую ею часть вашего сердца, ей нужна полная власть над ним. – Помолчав Клаус добавил – очень деятельная натура, не то что Тианта. Тианта – ускольнувшая от Адама Лилит, пусть в вашем случае и трагическим способом, Нуита – ревнивая Ева. Такие всегда привлекают мужчин. Вы верите в вечную любовь? В нее верят многие хорошие женщины. Они хотят быть Евами, но Адам всегда помнил о Лилит, и это очень раздражало Еву, поэтому она и слопала яблочко. Ей очень хотелось навсегда затмить Лилит. Если у женщины подсознательно появляется страх потерять своего мужчину, что выливается, казалось бы, в беспричинную ревность, значит она чувствует, где-то рядом, очень близко, находится его Лилит. Это пугает и раздражает женщину. Ева всегда боялась, что Адам покинет ее, стоит только вернуться Лилит. – И с этими словами Клаус вышел.

Я снова рассматривал портрет, он был для меня словно назойливым воспоминанием – ужасным и призрачным. Портрет действовал мне на нервы. В одном лице две девушки прямо смотрели мне в глаза, их пристальные взгляды прожигают меня насквозь, и в то же время переполняют меня необъяснимым ужасом своим притягательным взором.

Странный мужик этот Клаус. Притащил нас сюда, запросто оплачивает наши поездки, все наши прихоти. И здесь в Александрии, мы живем в небольшой старинной усадьбе недалеко от знаменитых катакомб. И у меня подозрение, что это не частный отель, а его собственная усадьба. Так перед Клаусом стелется прислуга. Хотя от него исходит такой магнетизм, что всякий замирает хоть на секунду при встрече с ним. Когда он появился на свадьбе Эльзы и Сергея, то с первого же взгляда приковал наше внимание своей величественностью. Эта величественность чувствовалась во всем, в его росте и манерах, обаятельном обращении, почти огненном блеске его темных глаз на несколько бледном лице. Эльза сразу назвала эту его внешность демонической, я бы сказал – люциферианской. Мы тогда только вернулись из Франции, после моего расследования дела адмирала в его замке.

Глава 8

После того как, я разобрался с загадкой портретов в резиденции адмирала Коптева во Франции, мы с Эльзой вернулись домой в Крым. Ирина же отправилась к себе, где ее с нетерпением ожидал маленький сынишка в обществе своего деда.

Жених Эльзы встретил нас в аэропорту. А вечером, за столом, с восхищением слушал повествование из уст своей невесты. Но, узнав об ухаживаниях адмирала за Эльзой, изобразил страшную ревность, и дал слово ни за что не отпустить свою возлюбленную в гости ко всяким там баронам без обручального кольца. Эльза вся засветилась счастьем, день свадьбы был назначен, а в качестве свадебного путешествия парочка избрала именно поездку в замок того самого барона, друга нашего адмирала. Еще при расставании, адмирал посулил мне новое расследование, от которого я не в силах отказаться. Так что наша веселая кампания все эти дни жила в предвкушении удовольствия от предстоящей поездки.

Недели две мне пришлось выносить легкое брюзжание моей Лидочки. Конечно, ей было обидно, что я не взял ее с собой во Францию. Но теперь я твердо обещал своей подружке, что в следующее приключение она непременно поедет с нами.

Как то, под вечер в дверь моей квартиры кто-то позвонил. Я был раздражен, так как в это время говорил по видеосвязи с Ириной. В очередной раз Ирина высказывала мне претензии, что я не помог ей решить вопрос их взаимоотношений с Алексеем именно так, как она того хотела. И мои объяснения ею никак не воспринимались. Хочу и точка.

Вот в это время и раздался спасительный звонок, прервавший эти словоизлияния, порядком уже мне надоевшие.

– В чем дело? – рявкнул я, распахивая дверь. – О! Уж повезет, так повезет – я сразу подобрел, увидев на пороге Эльзу в обществе миловидной девушки.

– Эй, Максим, что у тебя с лицом? – Эльза шагнула в прихожую, за ней подружка. – Дай угадаю, Ты только что разговаривал с Ирой. И она снова подпортила тебе ауру.

– Хуже, она подпортила мне карму.

– А что так скромно сторонишься Веры? Что, не узнал свою бывшую пациентку? Нет, ну каков результат, а? Ты должен гордиться своей работой! И перестань пялиться на нее, а нормально пусти нас в дом. Угости кофе. Мы и поужинать не против. Что у тебя там в холодильнике? – и Эльза деловито прошла на кухню.

– Вера?! Вижу, лицо вроде знакомое. Но! Вера! Класс!

Вера улыбалась, она скромно, но не без кокетства прошла в гостиную. Да уж! Я и сам не ожидал такого результата. А всего то полгода прошло, когда Эльза впервые пришла ко мне с просьбой посмотреть Верину проблему.

Полгода назад передо мной сидела толстушка в 85 кг с жидкими сальными волосами и депрессивно-суицидальным настроем. Девушка резко стала толстеть в течение нескольких месяцев, по природе своей хохотушка, всегда на позитиве, превратилась в запуганную курочку. Эльза тогда притащила ее ко мне буквально за руку. Вера до трясучки боится магов.

– Макс, посмотри ее, может у нее это что-то от матери. У них крайне плохие отношения, с детства не любит дочь. А сейчас просто издевается над ее внешним видом. У матери второй брак. Ну, всё как у Инны, помнишь? – рассказывала тогда Эльза. – Еще недавно Вера весила 49 кг. А сейчас! Ты видишь? Это жеж неспроста!

– У меня дело сугубо личное – вставила Вера.

– У всех дело сугубо личное. И все приходят ко мне, поскольку обычным путем ничего добиться не могут.

Перед моими глазами внезапно проплыла картина торговых витрин с рекламой на английском языке, затем промелькнул браслетик, руны.

– Не похоже, что от матери. Вера, а вы не так давно ездили за рубеж?

– Да, на неделю с подружкой, в Шотландию. Я никогда не была за рубежом. А тут случайно предложили две путевки, со скидкой. Ну, мы с подружкой и поехали. Это было зимой.

– И? – информация пробивалась с трудом, на воздействии стоял хороший замок. – Вспоминайте, куда ходили, с кем общались. – Тут меня осенило, – вы заходили в парикмахерскую?

– О, да, точно, как я забыла. Это подружка захотела там покрасить волосы. Я просто сидела на диване в холле. – Вера снова замолчала.

– Вспоминайте еще. Вы в кресло к мастеру садились?

– Нет, нет. Просто пила кофе пока ждала Надю.

– Кто-то с вами разговаривал?

– Вспомнила! В холл вошла пожилая женщина с девушкой, кажется внучкой. На вид лет 15. Так осмотрелась по сторонам и села рядом со мной. Через пару минут начала меня расхваливать – восхищаться, и какая я стройная, и какие у меня длинные красивые волосы. Волосы мои трогает и говорит: – «только кончики надо немного состричь.» Я сказала, что ничего стричь не буду. Тут подошла уже подружка, и мы вместе пошли в торговый центр. И там нас нагнала эта старуха с девчонкой.