Татьяна Филимонова – Рассказы Черной Дыры: Млечный Путь (страница 23)
Для моей отчетной работы, чтобы потом не запутаться в черновике при переписывании, буду оставлять подходящие под шаблон петли наблюдения. Но в конце, когда мои ученические обязанности перестанут меня сковывать, я, наконец, порассуждаю.
Я не хочу быть кривым зеркалом, несмотря на то, что мой угол отражения уникален. Я не хочу отражать чужое зеркало. Я смогу найти точку, ведущую в начало, к истине. Я зацеплю главное событие всех четвертых измерений и построю логическое выражение из рассуждений и предположений. А свои домыслы мне останется лишь технически доказать в моем десятимерном мире. В будущем. Пугает лишь один вопрос, на который у меня пока нет ответа: я часть, или я и есть Вселенная? Во втором случае любое событие действительно станет главным, если захочу. Но я ищу смысл себя в недружелюбной бесконечности, а не внутри себя. Может, это ошибка? Тем более, все уже случилось.
Глава 19
Земля Четыре. Планета, которую, кажется, только что покинули ее колонизаторы. Аккуратными квадратами под Солнцем Три, которое никогда не заходит на этом небольшом участке в восемьсот тысяч гектар, высилась и колыхалась зеленая растительность. Цветными пятнами ее украшал несобранный урожай. Огибая этот участок широким овалом, обозначая экватор, стояла весна. Территория с множеством черных заборов, газонов, темных прямоугольников мягкой земли, серых фигурных камней и разноцветных крестов. Здесь по старинке хоронили людей. С древних неухоженных кладбищ собирали удобрения, а после разрушали надгробия и вновь объявляли их новыми. В этом угрюмом месте всегда кто-то есть. Так что, если вы захотите проверить обитаемость планеты, то загляните именно на кладбище. Первое впечатление о ее пустоте быстро рассеется. На обратной стороне Земли Четыре стояла вечная зима. Снаружи тут не было ничего живого.
Планету заселили почти тысячу лет назад. Обитатели уже не помнят прежней жизни в зеркальном бункере под названием Курск. Передавая из уст в уста и из учебника в учебник древнюю историю, куряне забыли свое истинное прошлое. Набор фактов каждого обитателя планеты разнился и не отражал действительность того времени. Тем не менее, с цифрами никто не спорил. Цифры — есть сухие безоценочные факты. Приближалась круглая дата.
При колонизации куряне сначала жили только там, где лето, вели хозяйство, выращивали натуральные фрукты и овощи. Но вмешались какие-то товарищи, объявив, что планета очень удобная по расположению и богатая ископаемыми. Прилетели, расселились, изменив навсегда привычный уклад и внешний вид курян. История называет их далипцами или дэлипцами. Эти люди помогли отстроить города по всей планете и заложили мощное экономическое развитие, сделав планету центром космической миссии по спасению Земли Один от мусорного занавеса. В одном сходятся все: когда-то бедного курянина с невероятным умом похитили далипцы. Чтобы выжить, ему приходилось рабским трудом проектировать и помогать в руководстве обществом. Воспользовавшись своим положением, он склонил похитителей к исследованию маленькой неприметной планеты, где заселились его близкие. Таким образом, курянин бежал, а планета оказалась очень даже примечательной для похитителей. Правду не узнать. Не узнать и курянина в современном жителе Земли Четыре. Его кожа стала белой, глаза и волосы прозрачными. Изменилась и одежда: длинное сари, разукрашенное золотом, а у некоторых дорогим янтарем, добытым с галактики Ребу, цветной тюрбан, кроссовки из кожи предков и плетеные браслеты и ожерелья из волос и зубов умерших. Хоть и гордое название «курянин» не поменялось, суть человека, привычки, обстановка, мечты и потребности стали другими. Война с далипцами девятьсот семьдесят лет назад кончилась победой. Жители Земли Четыре объявили себя курянами. Но стоило ли бороться за наименование, калеча жизни тех, кто призрачно живет на уровне названных слов, игнорируя их смысл? Название отвоевали, но быт далипцев и их внешние черты прочно закрепились. Не только здесь, но и в остальных галактиках.
Города находятся внутри планеты. Ядро дает отопление, а длинные плотные широкие трубы, с фильтрами на концах, проводят кислород из недр. Большинство живут под летом. Здесь теплее на верхних этажах и много ресурсов для разнообразного питания из принтера. Под зимой тоже неплохо, однако мало развлечений и иногда бывают перебои с логистикой, порой приходится есть натуральную пищу. Под зимой работают и учатся лучшие умы всего человечества, ведь здесь расположен главный офис миссии по спасению Земли Один. Отсюда будет запущена ракета, которая уничтожит мусорный занавес! Отсюда не видно родной некогда планеты, однако раскрыв вектор времени, люди обнаружили эту планету самой близкой к Земле Один.
В одной из квартир на самом нижнем уровне под зимой жили двое молодых и горячих, как воздух в их жилище, людей. Она, большеглазая белокожая, с прозрачными волосами, девушка. Она горит квантовой механикой, хоть наука и устарела лет двести назад и приобрела приставку «лже». Раз в неделю девушка встречается с молодыми людьми схожих взглядов и экспериментирует, ищет новые доказательства о том, что Бога не существует. А путешествия в космосе оправдывает виртуальной реальностью, признавая только параллельные миры. Своему мужу она об этом перестала рассказывать. Они поженились, как и все, по химическому совпадению. Их действительно объединяет неугасающая страсть, при категорически разных взглядах на мир. Быт пара ведет дружно, четко разделив обязанности по планетным рекомендованным правилам семьи.
Он — студент, участник миссии по запуску ракеты-спасительницы Земли Один. Он мечтает, чтобы жена родила ему в день запуска мальчика, которого они назовут Земля. Он верит в космос и в Бога, который его создал. Он считает себя пророком, который творит великое дело по спасению своих предков. Тогда его жену простят, и вся семья станет божественной бесконечностью.
Часы свидетельствовали о начале ночи. Пора ложиться спать. Молодожены закончили с домашними делами и отпускали прошедший день, чтобы новый не показался рутиной. Их модную спальню с пушистыми коврами на полу и на стенах обустраивал известный дизайнер, Феодор Корнишин. Бежево-коричневая гамма цветов успокаивала и дарила уют. Обилие мягкой мебели, ковров, пушистых мониторов и статуэток смягчали все недопонимания. В общем, здесь царила гармония. Детская кроватка и пара разбросанных игрушек намекали на скорое прибавление в семье.
— Тысяча лет! Веришь ли? — Ложась в теплую уютную кровать, воскликнула Лоя, прижимаясь прохладной кожей и обнимая мужа. — Я из архива взяла костюмы ручного пошива. Сказали, что им двести лет.
— Супер! Неужели, у меня будут брюки? — Дос оторвал взгляд от учебника на несколько секунд, но затем опять стал искать глазами нужное место, перед этим ткнув несколько раз по экрану.
— И у меня тоже! Я не сдержалась и взяла большой размер! — Девушка просунула голову в кольцо согнутой руки с книгой и нажала кнопку выключить, прекрасно зная, что у ее пальца нет для этого доступа.
— Надо было посоветоваться. Тебе скоро рожать, нам понадобятся люди. На что мы их купим? — Дос посмотрел горизонтально свысока на жену, а потом вновь уставился в книгу, больше не придавая значения словам и картинкам в ней.
— Тебе все равно скоро на практику, да и запуск вот-вот. — Лоя внутренне радовалась. Если Дос так реагирует, значит, до конца не верит, что запуск пройдет успешно. Все-таки его интересует и земное. Возможно, сейчас девушка сможет поговорить о том, куда ее любопытство уводит каждый день. Возможно, с ребенком у нее получится продолжать экспериментировать и двигать подпольную науку, разделив с супругом общий интерес.
— Ты права, так далеко нам копить нечего. Я рад, что ты будешь в самом необычном и дорогом костюме. Профессор тоже оценит, может, даже прикрепит к самому запуску. — Дос поцеловал жену и бросил книгу на грудь.
— Спроси у него про людей с Геодеи Три, там ведь самые дорогие люди. Он точно оценит! — Лоя расстроилась, но таким нереальным предложением прощупывала мужа на силу его веры в проект.
— Ты же понимаешь, что тогда на сто процентов придется кого-то покупать. Это все наши сбережения. — Денис гладил по спине свою половинку.
— А ты сомневаешься в запуске? Тысячу лет к этому шли в точности по плану. — Лоя водила пальцем по груди Доса.
— Да, тысяча лет прошла, у меня как раз в следующем семестре начнется цикл лекций по древнему миру на Земле Один. Нам уже рассказывали про мусорный занавес. — Дос отложил книгу на тумбочку и перевернулся к Лое. Он решил переключиться с тяжелого разговора на более поверхностный, бытовой супружеский.
— А может и не прошла. Ты веришь словам, а не глазам? Сколько было до нас, сколько будет после? Как можно доверять нашим часам? Сколько мы спим? Мы же не контролируем эти часы. Идет ли время, когда ты закрываешь глаза? — Лоя легла на спину и опять повернулась на бок к мужу, почувствовав, как ребенок передавливает артерии, и она теряет сознание. Девушка, которая терпела и молчала, соглашаясь с мужем в шутливом тоне, устала. Лою прорвало. Уловив сомнения, она решила, что сейчас самое время.
— Лоя, Лой, остановись, у тебя что-то беременное началось. — Дос опять посмотрел на жену сверху вниз и приобнял сильнее.