Татьяна Федорова – Блуждающие Огоньки. Часть 1. Королевские тайны (страница 2)

Давление исчезло, и, не успела я незаметно выдохнуть, как тот, что моложе, спросил:

— А это кто у вас?

— Вы про ученицу Нияру Аддер? — уточнил директор, пухлой ладонью показывая на мою застывшую фигурку, а у меня все внутренности от ужаса ухнули куда-то вниз. Скорей всего, гость кивнул, и Леопольд Дайнар продолжил: — Окончила второй курс по специализации «Ведовство» и желает перевестись в Данайскую Академию Природной Магии.

— Хм... Желаю ознакомиться с её досье, — раздалось рядом со мной.

Старший обошёл меня, небрежно схватил ближайший стул и с громким стуком поставил рядом со столом, демонстративно расположившись напротив меня. Господин Дайнар нахмурился: самоуправство в родной вотчине его сильно раздражало. Но кто в здравом уме станет спорить с такими людьми? Поэтому он молча встал и пошёл к шкафу, вытащил один из ящиков, отыскал мою тонкую папку (действительно, а с чего бы ей быть толстой: покой школы неподобающим поведением не нарушала, выдающихся способностей не проявила) и вручил мужчине.

Я отметила высокий рост старшего из посетителей, его широкие плечи, чёрные, уложенные волосы длиной до плеч и аккуратную бороду, широкий нос, длинный шрам на щеке. Мне до этого лишь раз косвенно пришлось столкнуться с агентами Его Величества, когда случилась неприятная история с контрабандой у одного из партнёров отца. Я знаю, что тогда этот человек, читая мысли, проверял слова отца на достоверность. На моё счастье, в момент их посещения нашего дома я была на занятиях в школе, да и едва ли мною могли заинтересоваться. Но кто их знает — девушка я всё-таки красивая. И кто из Богов так неудачно пошутил, что именно сегодня и именно сейчас я столкнулась с этими людьми вновь? Внутри я вся обмирала от страха и мечтала исчезнуть отсюда.

«Конечно, способность скрывать свои мысли — не такая уж и редкость, — мелькнула робкая полная надежд мысль. — Может быть, всё ещё обойдётся?»

Мужчина быстро пробежался глазами по моему скромному личному делу, нахмурился и острым взглядом глянул на хозяина кабинета.

— Почему у нас нет сведений, что у вас обучается стихийница? — голос старшего звучал холодно и требовательно. По силе в голосе чувствовалось, что этот человек привык отдавать приказы и ожидать беспрекословного подчинения.

— Официального закона, требующего в обязательном порядке подавать сведения подобного рода, нет, — сухо ответил директор, безучастный к мрачному взгляду. — Я сделал со своей стороны всё возможное, чтобы девочка смогла спокойно учиться, и не боялась, что в один прекрасный день придут люди вроде вас и найдут её талантам более полезное, на ваш взгляд, применение.

— Не забывайтесь, уважаемый директор, — предупреждающе вскинул указательный палец мужчина и бросил угрожающий взгляд на собеседника. — И почему в досье не указано, что она устойчива к ментальному воздействию? Вы хоть знали об этом?

Господин Дайнар сдержанно выдохнул. Я искренне восхищалась моим директором. Оставаться спокойным и сохранять достоинство, когда с тобой разговаривают такие люди Я вот спешно вспоминала свою технику успокоения, но постоянно отвлекалась на потенциальную угрозу в лице агентов Его Величества, и никак не могла сосредоточиться.

— Для учёбы эти сведения не обязательны. Опыты на своих учениках мы не ставим.

«Интересно, — я ненадолго отвлеклась от своей внутренней паники, — это что же получается: есть школы, где преподаватели не гнушаются влиять на сознание своих учеников? А зачем?

— К тому же это не такая редкая способность, я вот тоже ею обладаю. И что с того?

— Может быть, и ничего, а может быть... — старший пронзительно посмотрел на меня серыми глазами, и я снова ощутила давление. Удерживать вежливое выражение лица было привычно просто. Благо годы каждодневных тренировок в выравнивании собственных эмоций помогали держать лицо независимо от того, о чём думает твой собеседник.

— Птичка, а может ты ещё что-нибудь умеешь? — неожиданно мягко проговорил старший, одарив меня обворожительной улыбкой, от которой я вздрогнула. Опыт обольщать глупых молоденьких девиц у него определённо был. Но со мной эти фокусы не пройдут. Если он надеялся смутить меня словами и поведением, то его попытка с треском провалилась.

Я неопределённо пожала плечами. Тело слушалось плохо, но я продолжала изображать святую невинность.

— Может, спросите о чём-то определённом, господин? — вежливо попросила я, сохраняя безупречное спокойствие на лице. — А то я могу долго перечислять, чему научилась за три года школы при Торговой Гильдии и два года магической.

«Нияра, вы прелестны», — услышала я, но виду не подала. Кто же это произнёс? Наверное тот, второй, помоложе. Это они меня так хотят спровоцировать? Я же умею отличать мысленную речь от явной. Да и фраза, мягко говоря, была лишена оригинальности. Я столько всего слышала в свой адрес, что, полагаю, не осталось таких фраз, от которых я смогу покраснеть или растеряться.

«Неплохо было бы раздеть эту малышку», — и снова никакой реакции с моей стороны. Что мне слова? Я видела столько вариантов того, как и где меня желали бы раздеть...

Продолжаю смотреть на старшего вопросительным взглядом и вежливо улыбаюсь. Я ведь по-прежнему как бы жду дальнейших расспросов.

«Как удачно юбка задралась, такие ножки...» — да будь прокляты правила приличия. Я чисто на привычках и въевшемся воспитании схватилась за край мантии, желая оправить её. И в ужасе застыла. Мои глаза испуганно расширились, когда я осознала, какую глупость совершила.

За спиной раздался громкий смех, а старший лишь довольно хмыкнул. Директор недоумевающе оглядел меня, бледную и готовую рухнуть в позорный обморок, и веселящихся гостей.

— Что происходит?

— А на предыдущую фразу не отреагировала, — продолжал посмеиваться молодой человек, становясь рядом со столом и с широкой улыбкой разглядывая мою побледневшую персону.

— Видимо, давно способность проснулась, — задумчиво произнёс старший, внимательно меня разглядывая. — Представляю, на какие сцены со своим участием она уже успела насмотреться.

Он был прав. У моей способности был один существенный недостаток: я научилась отгораживаться от чужих мыслей и не тонуть в многочисленных образах, мельтешащих перед внутренним взором, но если мысли были направлены на меня, то укрыться от них не было никакой возможности. Так что да, повидала я многое. Поэтому смутить меня этим было просто невозможно — привыкла, а вот то, что меня раскрыли... Даже страшно представить, какую судьбу мне уготовали с моими талантами. Я поняла, что меня начинает трясти.

— Госпожа Аддер, не стоит так нервничать. Мне бы не хотелось тратить время на приведение вас в чувства. Её мы забираем, — сообщил старший моему директору. — Пробудем у вас до конца дня. Займитесь подбором личных дел прямо сейчас, чтобы мы успели пообщаться с возможными кандидатурами, пока ученики по домам и практикам не разъехались. Где мы можем спокойно поговорить?

Эдар Уоторин

Глава 3

Господин Дайнар сочувственно глянул на меня, тяжело выбрался из-за стола и вышел в приёмную. Старший тоже встал, глядя на меня, сделал витиеватый приглашающий жест на выход, словно звал на танец, а не на приватный разговор с представителем власти. Мне ничего не оставалось, как выполнить его молчаливый приказ: на ватных ногах и с затравленным взглядом покинуть кабинет. Краем уха услышала, как директор просит секретаршу проводить нас в какой-то кабинет, а остальных посетителей — зайти вечером, сейчас у него есть срочное дело.

Не помню направления, в котором мы шли, перед глазами всё плыло. Но шли недолго, нужное помещение оказалось слишком близко... Мы оказались в небольшой аудитории с трибуной на другом конце. Мне предложили сесть, и я плюхнулась на обнаружившийся поблизости стул. Удивительно, что не мимо.

— И так, госпожа Нияра. Позвольте представиться. Меня зовут Эдар Уоторин. Это мой сын Валассий. Наши имена вам о чем-нибудь говорят?

Я прикрыла глаза от накатившей дурноты. Слышала ли я о главе департамента безопасности? Боюсь, обморока мне сегодня не избежать.

— Нияра, да что вы так волнуетесь? Вам есть что скрывать? — насмешливо спросил начальник департамента, прищурив глаза.

От этих слов меня как ледяной волной окатило: я вздрогнула всем телом и резко вскочила, чудом стул не уронила:

— Нет! — громко воскликнула я и прикрыла рот. Сама поразилась громкости своего голоса, эхом отразившегося от стен пустой аудитории. — Нет, я могу дать разрешение просмотреть всю мою память, там нет ничего, что могло бы вас заинтересовать. Честное слово!

— Мы верим вам, успокойтесь, — попросил лорд Уоторин, подняв ладонь вверх, а затем требовательным жестом указывая мне снова сесть. — Пока мы хотим просто с вами поговорить.

Я рухнула на стул, всё ещё напуганная туманными перспективами. Кто знает, как они теперь поступят, когда узнали о моих способностях, таких полезных в их работе? Мужчины взяли соседние стулья и сели ко мне поближе. Показалось, что пространство резко сузилось, и стало очень тесно и некомфортно от такой близости. Кажется, даже воздуха в помещении стало не хватать. Или это я боялась делать лишний вздох, словно это могло меня как-то защитить в этой жуткой ситуации.

— Как давно вы можете видеть мысли других людей? — спокойно и даже дружелюбно спросил лорд Уоторин. Какой же у него титул?.. Графский?