Татьяна Егорова – Любовь включает звук (страница 16)
Помолчал немного и продолжил говорить, с трудом подбирая слова:
– Лиен, всë рассказанное и предложенное тобой впечатляет и… возвращает меня в тот день, когда Кирилл вручил мне кисти с красками баснословной для тех времен стоимости. Сейчас я переживаю прежнее чувство неловкости из-за того, что я никогда не смогу сделать для тебя что-то подобное в ответ. У меня нет семейных реликвий, элитной недвижимости и накоплений. Я отдаю большую часть заработанного нуждающимся в поддержке, довольствуясь малым. Обо мне пишут небылицы в интернете, но я всегда старался опровергать слухи о моих романах, яхтах и виллах, поясняя, что посещаю знаменитые курорты по приглашению состоятельных заказчиков…
Я устала слушать длинную, а главное, никому не нужную из нас двоих речь на тему «Я тебе не подхожу» и остановила Женю:
– Тебе совсем необязательно со мной дружить, поверь. Если я правильно поняла напоминание о поступке Кирилла. Можем при желании оформить документ о финансовых обязательствах двух сторон, где будут прописаны и жемчужина, и выставка, и многое другое, которое для меня сейчас менее важно, чем жизнь Греты. Потому что я верю – людьми нас делают не наши успехи, а единственная по-настоящему ценная способность быть милосердным. Дедушка Нхат каждое свое занятие с учениками начинает словами: «Получая добро, важно и другим отдавать добро!»
Я замолчала в ожидании окончательного решения Жени принять помощь.
Женя взял в руку телефон, набрал номер и поздоровался на вполне приличном немецком с человеком на другом конце Европы:
– Guten Tag, Bruno…
Мои скромные знания немецкого помогли понять слова про добрую frau, про оформление документов и про привет Грете.
Закончив разговор, Женя, улыбаясь, посмотрел мне в глаза и признался:
– Лиен, я все-таки решил, что дружить с тобой мне надо обязательно. Ты согласна?
– Конечно, согласна! Здорово же, когда на свете есть друзья… – ответила я, прекрасно понимая, что мужчина имел в виду не только дружбу.
Глава 3
Про мальчишник, судьбу и любовь
(Аркадий и Ида)
Женить меня хотят все, кроме мамы. Мама хотеть устала и неделю назад перешла к угрозам:
– Я лишу тебя наследства, Аркадий! Или ты остепенишься наконец и женишься, или я за себя не ручаюсь!
Мама подзабыла, что сыну просто нечего наследовать по той простой причине, что уже шесть лет я являюсь владельцем всего движимого и недвижимого имущества семьи.
Документы по дарению мама оформила после инсульта. И со дня посещения нотариальной конторы ее идея меня женить стала навязчивой. В ход пошли не только дочери друзей и сослуживцев. Круг поиска потенциальной роженицы маминых внуков расширился и вышел за пределы государственной границы Российской Федерации:
– Аркашенька, вечером у нас гости. Ханна Львовна придет с внучкой. Идочка первый раз в России, вчера прилетела из Хайфы. Девочке двадцать четыре и уже известный дизайнер в Израиле. Вдруг это судьба?
– Мам, слово «вдруг» означает неожиданно, а не по написанному тобой сценарию. И вечером я иду на мальчишник. Завтра Женька женится. Буду поздно. И еще я не знаю, о чем можно говорить с известным юным дизайнером из Израиля. Я ничего не понимаю в дизайне, – честно признаюсь я, мгновенно раздражаясь. Ведь сейчас все кому не лень выдают себя то за дизайнеров, то за креативных директоров.
– Евгений женится? Вот видишь, сынок, даже этот оболтус решил остепениться и порадовать свою мать! – упрекает меня мама.
А я начинаю хохотать в ответ:
– Галина Дмитриевна месяц спала на паспорте сына. Женька женится на вьетнамке. Но если тебя такой союз обрадует, то я могу женится на подружке невесты. Мама, у купидона много стрел. Он может попасть одной и в меня…
– Аркадий, с тобой невозможно разговаривать серьезно! Поэтому настоятельно рекомендую перед встречей со своими собутыльниками проявить ко мне уважение и быть дома в шесть. Примешь гостей, представишься Идочке и можешь идти развлекаться.
Маму я обожаю. И понимаю. Ей уже шестьдесят два года. Мама хочет не просто дождаться внуков, она мечтает набыться с ними и оставить детям память о себе. Только даже обожая маму, я не готов жениться исключительно для продолжения рода.
Друзья обычно подшучивают над моей холостяцкой жизнью:
– Сердце нашего Аркадия может покорить только умная красавица с табличкой All inclusive!
И они абсолютно правы – я жду идеальную женщину моей мечты. Соратницу, любовницу и мать наших детей. Через месяц мне исполнится тридцать три. Амбициозного желания стать известным архитектором в масштабах страны у меня никогда не было. Тем не менее к созданию семьи я подготовился основательно.
Моя компания зарекомендовала себя на местном рынке как надежная успешная команда профессионалов, рабочий график которых расписан на четыре года вперед. Мы строим красивые и удобные жилые дома по разработанным нашими архитекторами индивидуальным проектам.
И именно сейчас я спешу на встречу с потенциальным заказчиком. Выбор места встречи меня немного удивил, но желание клиента – закон. И, если кому-то хочется говорить о делах во французской кондитерской за изящным столиком, на котором даже ноутбук не раскроешь, я готов к любому повороту событий.
Светлый и уютный зал популярной кондитерской предсказуемо заполнен до отказа. Единственным свободным местом оказывается венский стул рядом с сидящей за столиком у окна женщиной.
Женщина особенная. Как я люблю. Брюнетка. Длинные волнистые блестящие волосы собраны в аккуратный хвост сбоку как-то очень стильно и элегантно. Серый шерстяной пиджак накинут на плечи. Высокий ворот синей водолазки подчеркивает красивую линию подбородка с едва заметной ямочкой. Необыкновенные глаза цвета густого дыма от осеннего костра с полыхающими огнем вкраплениями золотистых брызг. Умные и печальные глаза. Женщина расстроена.
Как можно быть расстроенной с такими бесконечно длинными и стройными ногами, обтянутыми голубыми джинсами? Как вообще женщине с такой сногсшибательной внешностью можно быть печальной? Попробую узнать. Как там сказала утром мама: «А вдруг это судьба?»
– Здравствуйте! Прошу прощения! Можно мне занять свободное место? – выворачиваюсь я наизнанку с внушающей доверие улыбкой.
– Если приставать не будете, то можно, – отвечает тихо моя предполагаемая судьба, даже не повернув головы в мою сторону.
– Да боже упаси! Мама еще в детстве запретила мне приставать к красивым женщинам, – привычно завожу я любимую шарманку и прикидываю свои шансы на успех.
– Как я вас понимаю, – обращается женщина к своей чашке.
– Я прошу прощения, что вторгаюсь в вашу приватность! Позвольте уточнить! У вас монолог или у нас диалог? – демонстрирую я свое мастерство каламбурить.
– Диалог у нас с капучино, – отвечает женщина, поворачивается и смотрит мне прямо в глаза.
И то, что я увидел в ее глазах, подсказало мне слова:
– Простите. Серьезно. Простите, пожалуйста. Как-то по-дурацки я себя веду.
Женщина не была ни грустной, ни печальной. Что-то страшное и трагическое произошло в ее жизни. Что-то, почти убившее в ней жизнь.
– Вы ведете себя не по-дурацки, а предсказуемо. Это уже второе кафе, из которого мне придется уйти из-за таких, как вы, – красавица продолжает смотреть мне в глаза и говорит правду. Ведь я действительно с ней заигрывал.
– Пожалуйста, не уходите! Мне стыдно. Поверьте. Останьтесь, пожалуйста! Обещаю не приставать! И не расстраивайтесь вы так! Может, еще всё обойдется. Может…
– Что обойдётся? Моя мама передумает выдавать меня замуж за еврея для сохранения нашего рода? Или, может, папа перестанет слушать бабушку и не заставит меня знакомиться с каким-то великовозрастным прорабом-ловеласом? Или, может, бабушка сама поймет, что сын дочери ее близкой подруги может не быть чудесным мальчиком в тридцать два года? Я не хочу быть племенной кобылой! Я хочу заниматься любимым делом и создавать людям уютные дома!
Что вы на меня так смотрите? Вот скажите, разве я похожа на женщину, которая захочет стать племенной кобылой?
– Вы похожи на женщину моей мечты, – честно признаюсь я, пораженный улыбкой судьбы.
– Хватит врать! Вы же только что извинились и пообещали не приставать! Как вам не стыдно? – удивляется красавица.
– Мне стыдно! Правда стыдно! Только, прошу вас, позвольте мне сделать всего пару-тройку звонков и, пожалуйста, предоставьте возможность реабилитироваться в ваших глазах! – прошу я и достаю из внутреннего кармана пиджака телефон, стоящий на бесшумном режиме.
От клиента пришло смс с извинениями и просьбой перенести встречу.
– Вот видите, как бывает, когда в пасмурный день знающий всë и про всех с небес фонариком дорогу подсвечивает одиноким путникам! Человек, которого я здесь ждал, поменял планы. Сам я здесь очень редко бываю. А сегодня, благодаря назначенной встрече, приехал и сейчас разговариваю с вами. Вы верите в судьбу? – спрашиваю я с довольной улыбкой от того, что со мной происходит. Нет, не так! От того, что с нами сейчас происходит.
– Это очень по-еврейски. Вся моя семья верит в мазаль. И я верила раньше… До тех пор, пока меня не решили свести с этим маменькиным сынком! – возмущается моя собеседница.
Я внимательно слушаю женщину, набираю знакомый номер, жду ответа и радуюсь жизни со словами «осим хаим» в моей голове:
– Мам, привет! У меня поменялись планы на вечер. Нет, ты не поняла! Я буду дома. Мама, послушай меня, пожалуйста, внимательно. Позвони сейчас Ханне Львовне и скажи, что мы вместе с Идой заедем за ней ровно в пять. Да, мы уже познакомились. И я тебя очень люблю, има (мама).