Татьяна Донченко – ФАКультатив (страница 56)
На его лице заиграла улыбка, и я игриво задела зубами его верхнюю губу. Наши поцелуи были глубокими, страстными, заполняющими низ живота приятным шелковистым теплом.
Я огляделась и открыла дверь в первую комнату со стороны лестницы. Никита шел за мной, я чувствовала тепло его тела за своей спиной.
— Так и знала! — вздохнула я, с интересом рассматривая полки с книгами, большой стол с двумя мониторами и удобным креслом, небольшую кровать у стены и кучу моделей машин на стене, постер какого-то гонщика и медали с кубками. — Эта комната стопудов идет тебе! Она прям твоя-твоя!
Я провела рукой по стеклянному аквариуму, приветствуя Ньютона, и подошла к самой большой коллекции спортивных мини копий тачек, которую когда-либо видела.
— Красивые… — я провела пальцем по одной из них, узнавая Ламборгини Дьябло. — А почему у тебя именно GTI?
Никита прислонился плечом к косяку двери и сложил руки на обнаженной груди, такой же спортивной, как и весь его авто-мир. Я не успела снять с него джинсы, и это меня очень расстраивало. Сама то я разгуливала в одном нижнем белье.
— Эм… ну, у нее легкий кузов и, если честно, это одна из тачек относительно недорогого сегмента, которую я на тот момент мог себе позволить.
— А ты купил ее сам?
Он кивнул.
Я знала, что его родители могут обеспечить его любой машиной и не одной, но то, что он накопил на нее сам, вызывало уважение и гордость.
— А какую машину ты бы хотел?
— Наверное, Порше, 911 в рестайлинге, — он запустил пальцы в свои волосы, которые я уже успела хорошенько растрепать. Ему бы в рекламе шампуня сниматься, или парфюма.
Я нашла на полке темно синий Порше. Вау!
— Ну, ты очень умный, Иванов, — я примерно представляла ценник у этой машины, потому что, живя под одной крышей с Даниловым, невольно слышишь его разговоры. — Тебе пока еще нет двадцати! Кто знает, может я встречаюсь с будущим владельцем Порше 911, в рестайлинге.
— Встречаюсь… — повторил Никита, словно пробуя это слово на языке, уголки его губ блаженно поползли вверх.
— Ты удивительный! — я аккуратно поставила модель Порше на полку, точно так же как она и стояла, не нарушая четко выстроенного ряда. А потом пошла к Иванову, желая сказать ему, какой он потрясающий и как я его люблю. А лучше — показать.
— Сказала супер художница, — он оттолкнулся от дверного косяка и тоже сделал несколько шагов ко мне. — Моя любимая художница.
— Моя любимая… — я пропустила его слова через себя и меня накрыло негой.
Никита коснулся моей талии и развернул меня спиной к своему крепкому горячему торсу.
— Поговаривают, что у девушек куча чувствительных зон с этой стороны, — его ласкающий шепот прошелся по моей шее, к нежному уху с такой откровенной страстью, что у меня в глазах чуть не потемнело.
— И ты хочешь это проверить? — я начала медленно оседать, сползая вниз по его телу. Никита крепче обнял меня за талию.
— Именно это я и сделаю.
— Люблю твою дотошность.
Я стояла вплотную к нему и спиной чувствовала его сильное возбуждение. Была бы моя воля, я бы уже толкнула его на постель и оседлала, но сейчас я ловила особенный кайф от того, как медленно и неторопливо губы Ника гуляли по моим плечам и шее. Он убрал мои волосы в сторону и провел языком дорожку по шейным позвонкам. По телу пронесся рой мурашек.
— Ой, а сделай это еще раз, — выдохнула я, Ник повторил, — м-м-м, как приятно… еще, побудь там, пожалуйста.
— Наставница-Марьяна, с возвращением, — он тихо усмехнулся и царапнул зубами чувствительную кожу на шее там, где я просила.
Я чуть не превратилась в одну большую мурашку, от удовольствия хотелось мурлыкать. Никита нашел еще одну чувствительную зону между моих лопаток и нежно прикусил, когда я задрожала в сладостном ознобе.
Он опускался, целуя мою спину вдоль позвоночника, медленно покусывая, облизывая, а я тихо и коротко дышала, наслаждаясь его медленным ласкам.
— У тебя идеальное тело, цветочек, — он шутливо укусил меня за попу, я вздрогнула, — по нему отлично изучать теорию Золотого сечения.
Никита, подцепил мои трусики за резинки и стянул их вниз, позволяя переступить через них. Он развернул меня к себе, оказываясь лицом около низа моего живота.
— Про Золотое сечение… а ты знал, что пропорция между предсердием и желудочком одинаковая у мужчин и у женщин? — да, я пересмотрела познавательные каналы, и мой мозг решил выдать эту информацию именно в этот момент, когда Иванов покрывал поцелуями мой подрагивающий живот.
Ник рассмеялся напротив моего пупка, провел по нему языком:
— Я тоже нервничаю, цветочек, — с хриплым придыханием признался он и опустился еще ниже.
— Я не просто нервничаю, я с ума схожу от… ах! — я вцепилась руками в его волосы и запрокинула голову, чувствуя его язык между своих ног.
Влажное тепло его рта, его языка, вызвало во мне сильную дрожь. Ник ласкал мой клитор, нежно посасывал или мягко прикусывал. Тишина комнаты наполнялась моими тихими стонами наслаждения, пока ощущения не затопили меня, заставляя утонуть с головой. Я всхлипнула и выкрикнула его имя. Ноги подкосились, я начала медленно оседать вниз, а Никита придерживал меня и покрывал поцелуями мое тело снизу вверх. Я оказалась, так же как он, на коленях.
— Ты снова это сделал, — проговорила я заплетающимся языком и обняла его за шею.
— Что сделал, цветочек? — он смотрел на меня с искрящейся страстью. — У тебя какие-то претензии к качеству оргазма?
— Выдай бланк для заявления, — улыбнулась я, приближаясь к его лицу. Я хотела его поцеловать, а он в последний момент убрал голову, и я промазала. Поворчав, я укусила его за нижнюю губу, а когда он собрался цапнуть меня в ответ, то я отдернула голову.
— Книгу отзывов и предложений тоже потребуешь? — мы продолжали дурачиться и кусаться. — Можешь высказать все в устной форме, цветочек. Приму к сведению.
— Я хотела затащить тебя в постель и поскорее, наконец-то! — на последнем слове я возвела руки к потолку, — наконец-то почувствовать Гудини-младшего в себе, но ты…
На меня вдруг нахлынула волна нежности и благодарности. Я обняла его и прижалась к горячей груди:
— Но ты… хороший мой, заботливый, не забываешь никогда о моем удовольствии, — я чмокнула его губы, а он проговорил прямо в них:
— Так, я запутался, это сейчас был негативный или позитивный отзыв?
Мы обменивались короткими поцелуями, опять дурачась.
— Заметка на будущее, — Ник коснулся моего виска указательным пальцем, — когда нужно будет продлить момент и оттянуть мой оргазм, я буду просить тебя называть мой член Гудини.
— О! А если сказать трижды, он типа вообще упадет?
— Не вздумай это проверять! — предупредил Иванов, заметив мое задумчиво-игривое настроение.
Я поцеловала его в плечо и встала на ноги:
— Как-то наша прелюдия превратилась в болтовню. Или ты мне зубы заговариваешь, репетитор?
Никита встал вслед за мной, тихо посмеиваясь.
Я расстегнула бюстгальтер, сняла его и повернулась к своему парню, застывшему на миг любуясь моим телом. Обожаю ощущение уверенности, которое он дарил своим восхищенным взглядом!
Я села на край аккуратно застеленной постели и наблюдала, как Никита расстегивал джинсы.
— Надо же, я дождалась стриптиза, — у меня голос слегка дрожал, от того, как сильно я нервничала. Сама даже не знала почему. — Музычку включить?
Он протянул мне свой разблокированный телефон, я быстро нашла приложение и поставила Дуа Липа.
— Да твою ж… — Никита опустил голову, его плечи затряслись от смеха.
Я подпела только первым строчкам песни «Гудини» и тоже засмеялась.
— Все, это теперь к тебе приклеилось, прости, — я убрала телефон в сторону и притянула его к себе за пояс джинс. Он возвышался надо мной, а мое лицо было напротив его паха.
— Продолжим прелюдию? — я подергала бровями, погладила по его каменно-твердому достоинству под тканью.
— О, не в этот раз, цветочек, — он подхватил меня за талию, уложил на кровать и подтянул выше к изголовью. — Я и сам уже до чертиков хочу до тебя добраться!
Он разделся полностью, пока я наблюдала за ним, приподнявшись на локтях.
— Подожди, — попросила я, с жадностью и восторгом разглядывая его тело. — Постой так, я хочу на тебя посмотреть немного.
Никита запустил пятерню в свои волосы и как-то прерывисто выдохнул. Теперь его нервозность была еще больше заметна.
— Ты такой красивый, — прошептала я, ложась на спину. — Иди ко мне.
Оказавшись сверху, он поставил руки по обе стороны от моей головы. Я зацепилась пальцами за цепочку на его шее и потянула Ника к себе.
— Привет, — улыбнулась я и поцеловала его губы со вкусом… черт, меня. — Все идет прекрасно, просто чудесно, мне хочется шутить и смеяться, и кончать, конечно же. С тобой мне хочется все, Никит.