Татьяна Донченко – ФАКультатив (страница 21)

— Пусть поднимается, — не хотела слезать со стремянки, ведь я уже забралась с валиком под самый потолок. Вот такая я «вежливая» хозяйка.

Появление Никиты почувствовала кожей, как это было сегодня утром. Он странным образом изменял ощущение пространства, когда появлялся рядом со мной. Мне нравилось, как мое тело реагировало на его присутствие.

— Ого! — он стал в проеме, опершись плечом о наличник, и с улыбкой оглядел комнату. — Как-то маловато розового. Надо еще.

— Держи, — я коснулась кончиком валика его носа, оставив на нем розовое пятно.

Он потер его, вытирая краску, а я засмеялась.

Мой сосед нашел свободную кисточку и, не спрашивая, макнул ее в банку с краской. Я думала, он отомстит, разукрасив меня с ног до головы, но он с серьезным видом уставился на меня и спросил:

— Помочь?

— Давай. Я сверху, ты снизу.

Никита тихо хмыкнул, оценив шуточку, но не стал заострять на ней внимание, а присел, принимаясь за работу. Мой кот громко зашипел, посчитав телодвижения чужака за попытку достать его из-под кровати.

— О, черт! — испугался Ник. — Что это еще такое?!

— Мой кот. Бегемот, — хохотала я. Вот и познакомились.

— Ему идет! Слово «кот» можно даже опустить.

Бедный питомец пулей вылетел из убежища и забился в угол, шипя и рыча.

— О! Ты ему понравился, — сообщила я, давясь от смеха.

— Какого… — Ник в замешательстве попятился в противоположную сторону комнаты, подальше от кота. — Как я могу ему нравиться, если он шипит, как тасманский дьявол? А смотрит — вообще жесть! А он всегда тут был?

Я не поняла вопроса, но постаралась дать вразумительный ответ:

— Ну да, он тут с моего приезда.

Никита ничего не сказал.

— К тому же, — добавила я, — если бы ты ему не нравился, он бы на тебя набросился.

— О, ну спасибо за гостеприимство, чувак! — саркастично хмыкнул Ник, косясь на моего питомца. — С такими котами и собака не нужна.

— Ну, он только меня и девочек признает, — я не могла налюбоваться, как эти двое смешно пялятся друг на друга. — Прикинь, он позволяет им все! Вообще все! Они его даже на коляске катают и одевают в трусы, типа памперса на куклу.

— Я бы тоже шипел на окружающих, если бы со мной так обращались.

— Он у меня добрый, — убеждала я. — Просто ему нужно время, чтобы довериться новым людям. Девочки не в счет. Их он сразу полюбил.

— В следующий раз принесу сардины, — пробормотал Ник, возвращаясь к еще не окрашенному участку стены.

Мы работали и болтали о музыке. Я призналась, что мне нравятся его предпочтения, а он, заметив мой постер XOLIDAYBOY, перечислил парочку его песен, которые ему тоже нравятся. Когда мы перескочили на тему кино, я попросилась взять меня за компанию, когда он решит пойти в кинотеатр. Особенно на комедию. Мы бы с ним поугорали, ведь у нас, оказывается, схожее чувство юмора.

Вдвоем мы справились примерно за полтора часа. Я даже не устала. Удивительно, что краски хватило впритык. Мы с Ником все это время рассказывали друг другу приколы из жизни или просто делились мемами из сети. Наш запланированный факультатив как-то плавно превратился в дружескую встречу с несмолкаемым хохотом.

Когда мы сложили и убрали кисточки, валики и краски, Никита легко придвинул стол и кровать на прежние места. Он сел на край постели и откинулся назад, облокотившись на локти.

— Марьяш, я убежала за девчонками, потом в кино! — крикнула снизу тетя Таня. — Там на плите плов, если что, угости Никитку. Веселитесь!

Хлопнула дверь. Машина выехала с парковки и скрылась за поворотом.

Мы с Никитой остались в доме одни и молча уставились друг на друга.

Глава 11. Марьяна

— Ты, это… есть хочешь? — спросила я у Ника, копируя волка из известного мультика.

Мой сосед помотал головой, при этом обвел меня голодным взглядом. Он с интересом рассматривал мой обтягивающий топ, под которым конечно же ничего не было, и джинсовые шорты, оголяющие больше, чем нужно. Он будто только заметил, что на мне надето и выглядел немного потеряно.

Я подкралась к парню и, не спрашивая, залезла на него сверху. Никита с настороженностью наблюдал, как я удобно устраиваюсь, садясь на его талию, и тяжело сглотнул. Уголок его рта слегка дрогнул, когда я наклонилась к его лицу.

— Спасибо, что помог с комнатой, — прошептала я и заметила на кончике его носа остатки краски.

Он выглядел забавно, и мне до смерти хотелось поцеловать его прямо в это розовое пятнышко. Поцеловать, хм.

— Получилось круто, — Никита обвел глазами комнату, — теперь она похожа на тебя.

Теперь?

Вся моя внимательность к странным мелочам и его оговоркам упорхнула, когда в моем сознании замаячила перспектива настоящего поцелуя. Ну, а что нам мешает? Всегда можно сослаться на то, что мы делаем это ради нашего уговора, в рамках факультатива. Но я конечно же ни за что не признаюсь, что хочу этого просто так.

От желания попробовать его губы на вкус у меня в животе все скрутило. Я дотронулась кончиками пальцев до его нижней губы и ойкнула, когда Ник с игривым блеском в глазах поймал их зубами. Довольный моей реакцией, будто ее и ждал, он сразу же отпустил мои пальцы.

— Ты когда-нибудь целовался? — я открыто таращилась на его губы.

— Да, не раз, — ответил он, с неподдельной сексуальной хрипотцой. — А ты?

— В спортивном лагере, — я нахмурилась, вспоминая, что случилось сразу же после моего возвращения оттуда. — Но я не могу назвать это приятным опытом. Парень застал меня врасплох на танцполе, вдруг решил, что будет круто использовать зубы во время поцелуя и… вот.

Я вывернула свою нижнюю губу, показывая внутри небольшой шрам. Никита погладил меня по подбородку с заботой и трепетной нежностью.

— Можно? — я показала на его очки, осторожно сняла их, сложила дужки и убрала в сторону.

Вернувшись к его лицу, я с интересом рассматривала каждую его черточку, каждый миллиметр. Захотелось взять карандаш и запечатлеть его на листе бумаги. Я водила пальцем по его лицу, будто воображаемой кистью.

Почему этому парню достался такой обалденный, соблазнительный рот? Особенно мне нравился треугольник над верхней губой Ника. Я где-то вычитала, что он называется «аркой Купидона».

Я приблизилась к его лицу и прошептала:

— Поцелуешь меня? — мои губы шевелились и касались его губ.

— Непременно.

У меня сердце затрепетало от этого обещания, а внизу живота растекалось, как краска по холсту, приятное, уже знакомое чувство возбуждения. А ведь мы еще даже не поцеловались!

Медленно, аккуратно Ник прикусил мою нижнюю губу, ласково лизнул и отпустил, оставив легкий, как крыло бабочки, поцелуй. Ух ты! Если бы меня целовали так каждый день, все мои шрамы заживали бы гораздо быстрее.

Ник раскрыл мои губы своими. Я думала, он собрался углубить поцелуй, но он не сделал этого. Наши рты соприкоснулись, дыхание стало общим. Ну, же!

Я воспользовалась паузой, и сама поцеловала его мягкие губы.

— Ням, — прошептала я, продолжая пробовать его на вкус. Снова поцеловала, поласкала языком и слегка прикусила. — Ням!

— Может, все же, спустимся и ты поужинаешь? — Никита смотрел на меня, состроив серьезную мину, но отчаянно боролся с желанием улыбнуться. Такой красивый!

— Ты вкуснее, — призналась я, игриво покусывая его аппетитные, сочные губы. — Прости, не могу остановиться.

— Моя очередь, — пророкотал Ник и набросился на мои губы в жадном поцелуе, будто наконец дорвался до запретного плода.

Я задохнулась от ощущений, обрушившихся на меня, с наслаждением подстраивалась под его жаждущие губы и язык. Не просто жаждущие, а бессовестные, алчные и неудержимые.

Где. Он. Этому. Научился?

Наш поцелуй быстро обострился до точки невозврата. Факты в студию: это уже чертов секс, а не поцелуй!

Я поймала себя на том, что инстинктивно шевелила бедрами, как кошка ластилась и терлась о его идеальное, спортивное, подтянутое тело. Мне хотелось трогать его повсюду. Никита гладил мою спину, опустил ладони на попку и сжал ее. Оторвавшись от его губ, я судорожно глотнула воздух и вернулась к его влажному, безумному рту, самозабвенно пробуя его, отдавая себя и требуя.

«Боже мой, мы сейчас трахнемся, если не остановимся!» — выжимка из хаоса моих мыслей. Удивительно, что они у меня вообще были…

— Сам не верю, что говорю это, — прохрипел Ник, — но нам надо остановиться, цветочек.

— Почему? — мозгами я понимала, что он прав, но телу мне что на это сказать?