Татьяна Донченко – Девушка для фитнес-тренера (страница 3)

Дверь кафе распахивается со звоном колокольчика, и в прохладный зал входят два качка. Один повыше и покрупнее, трясет шейкером так, что по всему кафе раздается неприятный грохочущий звук. Второй чуть ниже ростом, не такой перекачанный, скорее жилистый. Они оба что-то громко обсуждают и панибратски общаются с барменом.

– Что там с моим белковым смузи, Прихлоп? – говорит тот, что пониже, и я с любопытством наблюдаю за молодым парнишкой за стойкой, к которому он обращается.

Юноше, должно быть, нет и восемнадцати. Все его лицо покрыто прыщами, как у многих подростков. Неужели получил свою кличку из-за сходства с персонажем из «Пиратов Карибского моря»?

– Не хватает одного ингредиента, – дерзко отвечает парнишка и, похоже, совершенно не обижается, а в шутку делает вид, что расстегивает ширинку и удаляется в подсобку.

Качок, что обозвал его Прихлопом, одним изящным прыжком, словно леопард, перемахивает через барную стойку и мчится за ним.

– Не вздумай! – орет он.

За дверью слышится возня, звуки борьбы и громкий гогот, переполошивший всех в кафе. Хотя помимо меня из посетителей только молодая мамаша – скармливает картошку фри ребенку лет семи. Я с досадой вспоминаю о своем набеге на холодильник сегодняшней ночью и принюхиваюсь к блузке, чтобы понять, не пахнет ли от нее жареной картошкой. Не пахнет. Но это не придает мне уверенности в себе. Я уже посмотрела, сколько калорий съела, и пообещала себе, что компенсирую их избыток сегодняшним днем и съем на пятьсот калорий меньше. Не уверена, что это правильно с точки зрения здоровой диеты. Желудок тоже так не считает и громко урчит.

– Ты купил новый вкус! Соленая карамель! – звучит восторженный голос качка-леопарда. Он выходит в зал, держа в руках большую банку с протеином. – Круть!

Услышав последнее слово, я мысленно переношусь во вчерашний чат с «Мастером Вселенной» и замираю. Не может быть!

В этот момент качок отставляет банку и, нахмурив лоб, осматривает зал кафе. А когда наши взгляды встречаются, его глаза широко распахиваются, брови подлетают вверх, а на лице расплывается широчайшая белозубая улыбка.

– Мультик? – Он делает шаг ко мне, очевидно, чертовски радостный оттого, что видит меня.

Я тоже узнаю этого молодого человека – воплощение моих кошмаров. Того, кто превратил мою школьную жизнь в ад. Соколов.

Глава 3. Вот так встреча!

Первая моя реакция – схватить ноутбук и дать деру. Но я сижу, словно к стулу прилипла, и не могу пошевелиться, только моргаю. Соколов усаживается напротив и таращится на меня, как ребенок на иллюзиониста в момент, когда вот-вот появится кролик из шляпы.

– Так это ты «Клюковка22»?

Я развожу руками и заставляю себя улыбнуться. При этом густо краснею и стыжусь собственного внешнего вида. Соколов-то выглядит идеально в своей спортивной майке, оголяющей широкие плечи. Еще в школе он занимался боксом и даже побеждал на каких-то соревнованиях. Частые пропуски уроков ему с легкостью прощали, а его фото до сих пор висит на доске почета возле учительской. Все одноклассники, да что там, все параллели знали, кого нельзя задирать и кто в случае чего может дать по лицу. Этого было достаточно, чтобы его авторитет вырос до небес как в школе, так и на улице. А я? А я была Мультиком, вечно увлеченным книгами и ничем, кроме книг.

Бывший одноклассник пялится на всю меня с особенной ухмылкой, как будто мы знаем общий секрет.

– Ты стала книжным редактором, как и хотела, – не спрашивает, а утверждает Леша и бросает короткий взгляд на раскрытый ноутбук.

– А ты откуда знаешь, кем я хотела стать? – Я до сих пор нахожусь в легкой прострации от нашей встречи и говорю сдавленно, как-то неестественно.

– Школьный альбом, – поясняет он, пожимая плечами, словно это очевидно.

Соколов одним большим глотком допивает смузи, а я невольно перевожу взгляд с его стакана на парня за баром.

– Не обращай внимания. Мы с Прихлопом всегда так! – Он машет рукой и как будто стыдится сцены, которую они устроили в кафе. – Наш внутренний юмор.

– Внутренний?

– Я работаю в «Олимпии». – Он указывает на себя и приосанивается, добавляя: – Самый востребованный и высокооплачиваемый тренер, между прочим!

– Прямо как ты и мечтал? – замечаю я, подняв бровь, не в силах сдержаться.

Колючки сами лезут из меня. Выработанный годами рефлекс на появление Соколова. Я хорошо помню, что написано под его фото: «Хочет стать чемпионом мира». Самая амбициозная мечта среди одноклассников.

– А ты все такая же. – Он обводит меня взглядом, но его выражение глаз не меняется. Он искренне рад меня видеть.

– Какая?

– Неприступная.

Моя бровь взлетает еще выше. Сказать, что я в шоке, – ничего не сказать.

– Я?!

– Ты.

Соколов откидывается на спинку стула и кладет ногу на ногу, выглядит при этом дерзко и самоуверенно. Выражение его лица, как триггер, отбрасывает меня на несколько лет назад. Я снова чувствую себя затравленной девочкой в футболке с «Томом и Джерри».

Я никогда не испытывала теплых чувств к Соколову. Скорее, обиду, страх снова попасться ему на глаза и стать объектом его внимания. Мой школьный день начинался с попыток избежать встречи с ним, и всякий раз, несмотря на усилия, это обязательно происходило. Он натыкался на меня в самый неожиданный момент. Один или с друзьями, он обязательно заговаривал со мной. Ему даже повод был не нужен, он умел найти к чему прицепиться и подмечал любую мелочь. Клянусь, любую! Как Шерлок. Мне даже казалось, что он нарочно следит за мной, но, считая эту мысль бредовой, я отмахивалась от нее.

– Я не неприступная. – Черт, веду себя как ребенок!

– О, еще какая! – Леша смеется. – Насколько я помню, в школе к тебе нельзя было подойти, сразу кусалась.

– Может, это мой защитный механизм, – говорю я и складываю руки на груди. – От тебя.

Я жду, что он начнет острить, и готова к ответу. Он умел ударить физически так, что ломались кости, а я теперь могу ударить словами. Больно не будет, но задеть за живое попробую. «Я больше тебя не боюсь», – говорю я ему всем своим видом, хотя внутренне вся сжимаюсь.

– Да, я хорошенько подпортил тебе жизнь, – неожиданно признается Леша, и это лишает меня дара речи. – Извини меня за это.

Я не верю собственным ушам. Моргнув, я сосредотачиваюсь на его лице. Жду, что он вот-вот засмеется и скажет, что разыграл меня. Но этого не происходит.

– Кто ты такой и куда дел Соколова?

Я рассеянно оглядываю кафе в поисках… не знаю чего. Просто хочу спрятать подступающие слезы. Второй качок сидит за барной стойкой и оживленно болтает с Прихлопом (ну вот, теперь и я туда же!), периодически с интересом поглядывая на наш столик.

– Олесь, я понимаю, что виноват перед тобой, – нажимает Соколов, и я еще больше удивляюсь.

Он назвал меня по имени? Ну, нет. Это определенно розыгрыш. Ок, я купилась. Где камеры?

– Ла-адно, – протягиваю я, не в силах выдержать его взгляд. Когда он не хамит и не ведет себя как козел, это пугает даже больше.

– Знаю, простить такое трудно. Я не навязываюсь к тебе в друзья. Но могу я хотя бы рассчитывать на деловое партнерство?

– Я подумаю…

– Ты возьмешься за мой комикс?

Я вдруг вспоминаю, что мы встретились здесь именно для этого. Комикс. Созданный Соколовым. Который всю жизнь обзывал меня Мультиком.

Неожиданно для себя я расплываюсь в улыбке, а потом и вовсе хохочу, закрыв лицо руками. Ну, разве это не ирония судьбы – привести его именно ко мне с мультяшными рисунками?

– Ох, Соколов, тебе повезло, что я не злопамятная!

– А мне повезло, что я встретил тебя, – уточняет он. – Ты не представляешь, как на меня давит незакрытый гештальт!

– Я придумаю, как тебе отработать годы буллинга.

– Жду с нетерпением твоих вариантов. – Он подергивает бровями. И если бы я была не я, а он – не он, то подумала бы, что у этих слов есть неприличный подтекст.

Теперь я с любопытством рассматриваю его, а он позволяет и нарочно отводит взгляд. Кое-что не меняется, и Соколов остается собой. Самомнения ему не занимать.

– Ну и где твой комикс?

– Дай свой номер, я скину ссылку. Там все, что у меня есть.

– А что требуется от меня?

– Сначала посмотри и скажи, что думаешь.

– Честно сказать?

– Уж от кого, а от тебя я точно не жду снисхождения!

Не знаю почему, но мне льстят его слова.

– А потом?

– А потом, если захочешь работать со мной, поможешь с текстом и диалогами. И мне не хватает чего-то, чтобы сделать героев…

– Цельными?