Татьяна Дементьева – Невостребованная личность (страница 5)

– Нормально сбываем, без твоих подсказок справляемся, – рыкнула Ольга Маратовна, – Катя, берите тряпки и вымойте здесь. Сил, как погляжу, в запасе хоть отбавляй.

Фермерша встала из-за стола, отнесла свою тарелку в раковину, госпожа распорядилась, её приказы не обсуждаются и не терпят отказа, сама же отправилась на отдых. Интересно, кто должен за ней убирать? Сдаётся мне, ответ очевиден. Катя смотрела на меня, будто мы провинившиеся перед родителями подростки, Фёдор Иванович смаковал печенье с чаем.

– Я просто спросила, – пытаясь сгладить обстановку, пояснила я, – спрашивать тоже нельзя?

– Умничать нельзя Алён, ферма – отлаженный полувековым опытом механизм, она не терпит вмешательства неопытного человека, поменяешь не тот кирпичик и весь дом рухнет, – философствовал рыбак.

– Кто умничает-то? Мне по здоровью узнать надо, – ответила я.

– Доброго вечера, девочки. Приберитесь и спатеньки! – хозяин проделал тот же маршрут, что и его женщина.

Шаги фермера стихли, Катя смотрела на меня, я на неё.

– Кать, чё я не так-то сделала?

– Наверное, от усталости сердитые, – смиренно ответила она.

Стало неприятно. Отчитали как ребёнка, хотя, по сути, что я такого спросила? Да, мне нужен интернет, представляете? Хочется начать решать свои проблемы и поскорее вернуться к семье. Эти две психушки акцентируют внимание только на ферме, а мне глубоко плевать и на них, и на хозяйство, просто спросила!

Убирать кухню после многочасового расчленения рыбы – труд сложный. Брезгливость зашкаливала. На удивление, мы справились меньше чем за час. Катя домывала раковину, а я убежала в душ. После сложного трудового дня он стал приделом мечтаний. Разговор с фермерами оставил осадок, не понимаю, что именно их рассердило, или хозяйка всегда ведёт себя как её дворняги?

Я уже лежала в кровати, когда в комнату вошла напарница.

– Кать, у тебя тоже нет интернета?

– Не, у меня смотри, какой телефон, – она достала старенькую кнопочную Nokia.

– И реально на ферме его нет?

– Есть, в комнате Фёдора Ивановича! Не знаю, зачем он тебе соврал, делиться, наверно не хочет.

– Не хочет делиться? – с улыбкой повторила я, – они со странностями, да?

– Какими? Не знаю.

Похоже, Катя не видела в таком поведении ничего особенного. Как по мне, какой-то маразм. Разве у работников не должно быть свободное время для отдыха, которое они могут проводить так, как им нужно. Походу рано радовалась.

С этими думами сон завладел мной.

Глава 4. И что дальше?

Прошло уже три дня, как я на ферме. Понятно было, что здесь нет выходных и праздников. День за днём один и тот же график. Ранний подъём, дойка, обработка молока, сбор яиц, кормёжка скота и понеслось.

Каждое утро в четыре утра просыпается петух и курочка Катя. К моей великой радости доить руками животных не пришлось. Требовалось протереть корове вымя и прикрепить доильный аппарат. Пока аппарат доит, можно поспать, облокотившись на стену коровника. Омрачал процесс доения Борис. Он пялился со второго этажа, отпуская грязные шутки. Очень хочется забраться к нему и надавать по губешкам.

Козу доит сама Ольга Маратовна. Животное нервное, как и его хозяйка. Она пинается и щипает всех, кроме неё. Два сапога пара! Хозяйка козы не упускала возможности покритиковать мои успехи: яйца битые, молоко грязное, ещё пусть скажет, что свиньи недовольны качеством обслуживания.

У меня было чувство брезгливости к животным, навозу, перьям, грязным куриным яйцам. Как бы я ни старалась, чистой остаться невозможно. Катю забавляло такое поведение, а мне было не до смеха. Жизнь фермера не для каждого! Работа, которую нельзя довести до конца! Она каждодневная, цикличная, тяжёлая и грязная. Сбежавшие дети фермера ушли не без причины! Я бы тоже бежала отсюда, сверкая пятками при первой возможности. Забавно получается, мечта деда создать ферму стала проклятием для его внуков, сыну-то вроде нравится.

Испытательный срок Фёдора Ивановича ещё не прошёл, сколько он будет мне платить непонятно, Катя о деньгах не думала вообще, она в гармонии с этим местом.

Мне нужен доступ в интернет! Ведь если люди теряются, их же кто-то ищет? Ну хоть кто-то? А может, плюнуть на всё и в полицию, а если посадят? Есть ли в регионе врач, который способен помочь с таким случаем и не предать огласке? Без документов в обычной больнице говорить не станут, следовательно, на врача нужны финансы.

Я хотела залезть в компьютер фермера, пока делаю уборку. Но, словно прочитав мысли, Маратовна запретила входить в их спальню. Лариса и Артём люди современные, выловить их с утра тяжело! Пока мы копаемся в коровнике и перерабатываем молоко, они успевают погрузить товар и уехать на рынок. Лариса вообще была модная, руки в перстнях, красные длинные ногти, всегда ярко накрашена, прямо амбассадор фермы. К нам она относилась с пренебрежением, проходила мимо, будто не знакомы! Вероятность заполучить её телефон и покопаться в интернете, минимальна.

Уборку, как правило, мы делали вместе с Катей. Она, будто репей, приклеилась ко мне, не давая тишины и кислорода. Абсолютно кстати, пришлась поломка одного из аппаратов по переработке молока, теперь уходило вдвое больше времени, и Катя доверила уборку спален сыновей мне. В поисках глобальной паутины я решила покопаться в личных вещах ребят, стыдно ли мне за это? Честно говоря, нет, обстоятельства складывались так, что это единственный шанс как-то продвинутся в моём деле, и, кажется, поломанное оборудование – это промысел Божий. У младшего не было ничего: стол, кровать, гардероб с подростковой одеждой, пустые тумбы. Иван на службе по контракту, он постоянно где-то и не говорит где. В последний раз поехал на учения, а оказался на военных действиях. Вернулся с контузией, не успел окончательно восстановиться, как уехал вновь! Родители смирились с его выбором, хоть и рассчитывали на помощь. Служба в армии для фермеров такая же уважительная работа, как сельское хозяйство. Видимо, поэтому комната до сих пор ждёт своего хозяина, в то время как у трёх старших детей в родительском доме места нет! Разговоров про них также нет. Предчувствие подсказывает, Иван не планирует возвращаться на ферму.

Четвёртый сын Владислав живёт на ферме, сейчас уехал в город налаживать мосты по поставке продукции на производство. Фёдор Иванович загорелся идей делать фирменные снеки, продукции у него очень много. Со слов Кати местные зоны отдыха у Иваныча на крючке и пора покорять новые горизонты.

Комната Владислава значительно интереснее, двуспальная кровать, стол, гардероб, две тумбочки, хозяйская ванная. Раньше я не обращала внимания, но в этой комнате, бесспорно, жили двое. Женские духи, крем и резинка для волос ожидали хозяйку на прикроватной тумбочке. В выдвижном ящике зарядка для телефона с беспроводными наушниками, я трижды перерыла тумбу, телефона самого нет. Во второй тумбе нет ничего, кроме неработающих часов, какой-то пуговицы, фантика и старого чека. Сдаётся мне, Владислав использует её как урну. Оставим фантики на их законном месте, требуется протереть пыль, фантики не моя зона ответственности. В письменном столе только косметика, снова ничего путного. Шкаф забит до отвала вещами, в основном женскими. Платья, белые летние костюмы, купальники, девушка прям по ферме щеголяла в этом? Только тряпки и обувь, дорожные чемоданы, зонты, солнечные очки. Вот тоже странно! Катя болтает, не затыкаясь с четырёх утра и до сна. Да и во сне тоже бубнит порой. А про девушку ничего не говорила. Ну и я не буду ничего спрашивать! Я что в вещах рылась, чтобы это узнать? Конечно же, нет, не рылась!

«Нет, ну что за люди, ни телефонов, ни ноутбуков». Протёрла пыль, помыла полы и пошла дальше думать.

А думать пришлось недолго. После уборки дома и обеда Катя велела идти в амбар, наступила пора сбора свёклы. Всё семейство перебирало побеги. Что-то уходило на реализацию, что-то оставалось для собственного потребления. Нам с Катей доверили заняться заготовкой для семьи, отчистить от грязи, подрезать ботву и просушить для долгого хранения. Работка нудная и грязная, всё как я «люблю». В присутствии хозяев фермы Екатерина молчала, изредка поддакивала хозяйке и хихикала над своеобразными шуточками фермера, можно сказать, процесс для меня проходил в тишине. Клубень раз, клубень два, клубень три и мои руки уже делают всё на автомате. Где мне взять интернет?

Собранной свёклы невероятно много, и Иваныч подключил к сортировке даже Бориса. Он, как ответственный человек, сегодня был трезв. Нет, не так, пока ещё был трезв! Общество Бориса напрягало, ведь его рот – это помойка. Даже мимо пройти нельзя! Все мерзкие фразы фольклора, отвратные частушки и многое другое заучены и выстреливали в любую свободную минуту. Однажды утром, во время дойки, со второго этаже доносились характерные звуки «клубнички». А это значит, что? Правильно, там есть интернет! Телефон пошляка – вот моя цель.

Борис, если пьёт, то пьёт, пока не рухнет! Возможно, по этой причине алкоголя в доме нет. Не исключаю, что Маратовна могла поддавать так же, как Борис. Вводить «сухого закона» из-за наёмного сотрудника вряд ли будут. Нужно достать алкоголь и вырубить Бориса, так я достану телефон.

Глава 5. Первый выходной.