Татьяна Демакова – Лас Вегас. 13 Этаж (страница 6)
– А это что? – поинтересовалась Жанна, ткнув пальцем в сторону инвалидного кресла.
– Это мой стул. Когда я моюсь под душем или устану очень, то использую.
Жанна не поняла. Карл закатал брючину. Она никогда не видела так близко протез с ремешками и замочками.
«Какой ужас, – Жанна зажмурилась, – он не просто старый, он инвалид».
– Я голодный, – сказал Карл.
Он достал из холодильника бутылку вина и две цветные коробки с надписью «Банкет». Засунул в микроволновку. Через минуту вытащил.
В коробочке лежали кусок мяса, картофельное пюре и желтые кукурузные зерна.
«Дорого, наверное, – подумала Жанна. – Для встречи прикупил!» Но потом оказалось, что походные коробки стоят меньше доллара.
Они поели, выпили по бокалу вина.
«Что я здесь делаю? – спрашивала себя каждую минуту Жанна. – Под каким гипнозом я была, что добровольно сюда приехала?»
– Я устал, – сказал Карл, отстегнул свою ногу и кряхтя перебрался на кровать. И почти мгновенно заснул.
Жанна, стараясь не шуметь, помыла посуду под краном. Пользоваться посудомоечной машиной она не умела. Потом походила по комнате, разглядывая фотографии, развешанные по стенам. Незнакомые люди, чьи-то дети. В душе было неуютно. Страх вползал во все поры. Как она будет здесь жить? Какую глупость она сотворила. Как она могла?
Домой! Она должна уехать домой, в свои обжитые стены.
Она не смогла сдержать слез, когда вспомнила сирень под окном своей маленькой уютной комнаты, вечерние посиделки за чаем с матушкой, полки с книгами в школьной библиотеке, ребячий гомон по всем этажам…
Она так и просидела в кресле всю ночь, не сомкнув глаз.
Карл проснулся рано, пристегнул ногу, сходил в туалет. На завтрак были хлопья с молоком. Потом он засунул в рот горсть разноцветных и разнокалиберных таблеток. Диабет, холецистит и еще несколько заболеваний…
Карл нисколько не стеснялся Жанны. Вел себя так, словно они прожили вместе лет двадцать.
Через два дня они поехали в магазин за продуктами.
– Покупай, что хочешь, – сказал Карл ей.
Но она не хотела ничего. И нисколько ее не поразили полки, переполненные продуктами. Подумаешь! Обидно стало за
себя, что тащила банки с грибами и ягодами, все здесь было. И хлеб черный тоже.
И кто только выдумывает про заграницу небылицы?
– Что как корова тащишься! Жанна оглянулась.
Большая, пузатая женщина, очень похожая на Аньку-доярку из совхоза, зло прищурилась на Жанну.
– Ой, вы тоже из России! Меня Жанной зовут. А вас как?
– Я здесь только два дня, а уже одурела.
– Не ори, мне некогда сейчас с тобой тары-бары разводить. Дай телефон. Будет время, позвоню.
Позвонила Людмила только через неделю. Приехала сюда из Винницы. Ее американский муж, по национальности мексиканец, жил в апартаментах, за которые не платил. Работать он не хотел. Людмила убирала чужие дома.
– Никуда я отсюда не уеду. Еще увидишь, встану на ноги.
А в нищей Хохляндии помру под забором.
Несколько раз она даже выбиралась к Жанне в гости. Рулила на велосипеде, вся мокрая от пота.
– Жарища здесь, сдохнуть можно. Твой дома? Хорошо. Накрывай на стол. Покажи ему, какие мы гостеприимные да веселые.
Она как-то незаметно напивалась и потом горько и сопливо ревела.
– Тебе, Жанка, повезло с мужиком. Держись за него. Деньги хоть какие-то есть…
Жанна молчала, а в душе очень жалела Людмилу. Но себя еще больше.
Каждую субботу Карл ездил играть в карты. Выяснилось, что в двадцати минутах езды от их дома есть казино.
Казино! Жанна только читала в зарубежных романах о коварной игре в рулетку. В последнее время в России тоже открылись казино. Но среди простых людей считалось, что это криминальное место и там развлекаются «авторитеты».
В местное казино она вошла с испуганным сердцем и за- мерла. Замерла от восторга. Сияли люстры, звучала музыка, и смешные машинки клацали, разговаривали, подмигивали.
– Попробуй, – сказал Карл и протянул Жанне десять долларов.
Она зажала купюру в кулаке и не спеша обошла машины. «Дикая вишня» – прочитала на одной. Села в удобное кресло, засунула в щель деньги. Машина откликнулась веселой музыкой. Забавно. Жанна нажала на кнопку. Ей везло, через несколько минут она выиграла двадцать пять. О! Как же это просто! Если посчитать, то можно стать миллионершей за несколько часов. А ну, что Карл скажет?
Он сидел, сосредоточенный, за столом, где играли в покер.
– Не мешай, – нахмурился.
Она умчалась попробовать другие машины. Как же ей везло! Ее десять долларов превратились в сто. Бывает же та- кое!
Ночью ей снились и снились семерки, вишни, сверкающие цифры. Теперь всю неделю она ждала субботы.
Но следующая суббота принесла разочарование. Она очень быстро проиграла все, что имела. И в ожидании Карла сидела и наблюдала за игроками. Это поазартнее любого кино. Хотелось играть самой.
Она знала, где Карл хранил деньги. И перед следующим походом в казино вытащила немного с честной мыслью вернуть, как отыграется. Но отыграться хотят все. Да только очень это трудно. Госпожа удача – капризная дама. Особенно в игорном заведении.
И вот однажды, когда она умоляла одну из машин быть более отзывчивой, кто-то остановился за ее спиной.
– Да что ж ты, милая, так переживаешь? – проворковал мужской голос. – Полегче, полегче воспринимай все это.
Она обернулась. Он был так красив, что она зажмурилась. Не представляла, что в реальной жизни могут жить такие красивые мужчины. Высокий, хорошо сложен.
Лицо чуть смугловатое. Глаза синие-синие, опушенные длинными ресницами. Прямой нос с тонко вырезанными ноздрями. А улыбка! Ровнехонькие белоснежные зубы.
– Жан, – протянул он ей руку. – Будем знакомы…
ЖАН И ДЕБОРА
Однажды возле маленького ресторанчика, где Жан вот уже несколько лет работал официантом, остановилась незнакомая в этих краях машина. Из нее выскочила маленькая толстенькая женщина, эдакая жизнерадостная свинюшка.
Свинюшка уселась за столик возле окна, подозвала розовым толстым пальчиком Жана.
– Мальчик, Дебора страшно голодная. Принеси все, что есть на кухне, и раздели с Деборой компанию.
Жан потянул носом. Он чуял, что тетка не из бедных.
– А Дебора – это кто? – вежливо поинтересовался. Она засмеялась. Нет, не засмеялась, а заржала, как старая лошадь.
– Глупый малыш! Дебора, это я, хозяйка всех казино вокруг.
Он потерял дар речи. Откуда ему было знать, что то, что она так громко называла «казино», это небольшие комнаты, где стояли игровые автоматы. Старые-престарые, с тусклыми экранами, с расшатанными кнопками и дребезжащим звуком. Но все же… Он слышал, как люди там играют и какие оставляют деньги.
– Мэм, я с удовольствием обслужу вас. Но боюсь, что менеджер не позволит мне разделить с вами трапезу.
– Скажи своему менеджеру, что ты здесь больше не работаешь. Ты работаешь с Деборой Грин.
«Не родись красивой, а родись счастливой». Эти слова как нельзя лучше подходили к Деборе. Ее родители, Марк и Амалия, кузен и кузина, поженились в свои сорок по настоятельному совету всего клана семьи Грин. Разбазаривать на сторону капитал Грины не желали. Вот почему браки совершались только между родственниками. Все было в бизнес-судьбе Гринов – рестораны, магазины, игровые дома.
Дебора была страшненькой до безобразия. Толстенькая, неуклюжая, жидкие волосенки, маленькие голубенькие глазки, нос-пятачок и кривые зубки. Но девчонка словно и не замечала, что ее подружки в школе – высокие блондинки с чарующими, бездонными глазами, что мальчишки заходят в их дом только потому, что для них всегда были готовы горячий шоколад и свежеиспеченные булочки. Она всегда чувствовала себя счастливой и жила в гармонии с миром. Закончив школу в своем Париже, она уехала в Нью-Йорк, где родители купили для нее уютные апартаменты в одном из престижных районов. Чем она занималась? Да ничем. Спала, сколько хотела. Шлялась по магазинам, встречалась с подружками, которые, как и она, жили в свое удовольствие, не задумываясь о завтрашнем дне.
Но пришел завтрашний день, который был не похож на все остальные.
Осенней ветреной ночью загорелся дом ее родителей. Поговаривали, что постарался кто-то из местных задолжавших игроманов.