Татьяна Чистова – Дамский террор (страница 44)

— Ах ты сука! — взвизгнула Анька и подскочила к Рите. — Тебя Бог накажет!

Рита встала и влепила Аньке пощечину. Анька моментально заткнулась и шарахнулась к двери. С той стороны было тихо, как в открытом космосе, значит, точно подслушивают. Ну да ладно, фиг с ними.

— А тебе Бог здорово помогает, я вижу, — Рита села на место, — просто супер как помогает, особенно в последний месяц. Может, ты молилась хреново или не тому богу? Короче…

Анька хотела что-то сказать, Рита показала ей кулак и вытащила из ящика пакет с деньгами. Открыла его пошире и вытолкнула на середину стола. Анька уставилась на пачки денег, смотрела на них, не моргая, и сделалась похожей на змею.

— Этого хватит, чтобы купить двушку в твоей дыре, — тихо сказала Рита, — по комнате твоим разнополым деткам, и опека от тебя отстанет. Я отдам тебе эти деньги, но тебе придется уволиться.

— Хорошо, — Аньку точно приковали к стулу, она зачем-то вцепилась в него руками и не сводила с денег глаз.

— Уволиться по статье, — продолжала Рита, — по тяжелой, убойной статье, за прогулы, например, а лучше за пьянку на рабочем месте.

Это гарантия, что Аньку по гроб жизни не возьмут ни в одно приличное место, где может всплыть правда об их сделке. И это самое слабое место в плане Риты — если Анька не согласится, то придется платить Граниной еще и за поиск подходящего покойника, а это время, а его нет.

— Хорошо, — Анька снова тряхнула пегой башкой, — я согласна. За пьянку.

— И ты валишь в свою дыру навсегда, — добавила Рита. Анька повернулась к ней и снова уставилась на деньги.

— И что я буду там делать?

— Да хоть селедкой торговать, мне какая разница. — Рита села на стол между деньгами и Анькой, та заерзала на стуле, двинулась вбок, Рита взяла ее за плечо, наклонилась. — Взамен ты привезешь мне образец подписи твоей бабки, — сказала она на ухо Аньке. — И если ты кому-нибудь хоть пикнешь о нашем с тобой разговоре, твоих выродков в тот же день заберут в детдом, а тебя посадят за подлог, причем надолго. Я позабочусь об этом, можешь мне поверить.

— Я не скажу, — Анька снова была готова зареветь, — детьми клянусь! Я никому, Рита, господи… Ты святая… Я все сделаю, все. А ты не обманешь?

Она была готова упасть перед Ритой на колени и одновременно придушить ее. Рита на всякий случай отошла к окну, посмотрела вниз, за забор, потом на старый дом. Завтра деньги будут у нее.

— Я привезу, все привезу, завтра, сколько хочешь. Я сегодня найду, соберу и привезу!

— Сегодня, — Рита убрала пакет со стола, — сейчас, сию минуту. Встала и пошла. Бегом!

— Мне ехать далеко, — растерялась Анька, — я не успею…

— А ты постарайся, — Рита издалека показала ей набитый деньгами пакет, — такси возьми, ты же скоро разбогатеешь.

Анька бросилась под стол, схватила телефон и ринулась прочь из кабинета. Бежала так, будто за ней гнались, Ирка даже сказать ничего не успела, а Юлька только прошипела испуганно, когда Анька чуть не заехала ей сумкой по голове. И успела, успела как миленькая, прискакала сразу после обеда, ввалилась к Рите вся красная, запыхавшаяся, на ходу вытащила из сумки «файл» с кучей бумаг, некоторые документы уже успели пожелтеть.

— Это бабка за квартиру платила, по квитанции, это ей пенсию приносили, она расписывалась, это… не помню точно. Вот. Могу завтра еще привезти.

Анька преданно заглядывала Рите в глаза и улыбалась. Ее телефон снова запиликал, но Анька тут же скинула звонок. Рита перебирала бумаги. Да, все подписи подлинные, как и хотела Гранина, надо сегодня же передать ей образцы. А вот и фамилия старушки, все отлично, Анька молодец. Дура дурой, но, когда надо, соображает быстро. А самое главное, понимает, что если раскроет рот, то ей хана.

— Хорошо, — Рита убрала бумаги, — спасибо, дорогая.

Анька стояла напротив и тупо улыбалась. Рита тоже улыбнулась ей в ответ.

— Деньги, — еле слышно проговорила Анька, — я все сделала. Отдавай мои деньги.

— Не все, — Рита продолжала улыбаться, — ты кое-что забыла.

Анька вытащила из своей безразмерной сумки пол-литра коньяка и столько же водки, ловко скрутила пробку.

— Обалдела? — Рита продолжала улыбаться. — Пошла вон и бухай где хочешь. Но чтобы через полчаса ты была здесь и желательно в ноль. Можешь не закусывать. Двигай, двигай.

Анька спрятала бутылки и двинула, Рита позвонила Граниной.

— Ты красотка, — отозвалась та на новость о наличии подписи покойника, — с тобой приятно иметь дело. Закинь мне вечером в «Мануфактуру», завтра все будет готово. Документы по твоей квартире и салону будут чуть позже, насчет сделки по Москве потом скажу. Дня три, думаю, не считая выходные.

Рита снова смотрела в окно. Значит, завтра или послезавтра у нее последний день работы в банке и можно хоть сейчас писать заявление. Или не писать, черт бы с ней, с трудовой книжкой, вряд ли она понадобится.

Раздался Юлькин визг, потом грохот, что-то врезалось в дверь, Юлька снова заорала, а вместе с ней и Ирка. Рита толкнула дверь, но та не поддавалась, ее что-то держало изнутри. Стул, как оказалось. Иркин стул, она на нем отъехала от компа и теперь орала где-то поблизости. Рита билась с дверью, та потихоньку открывалась, Юлька продолжала орать.

— Ты спятила? Прекрати, я охрану вызову! — кричала Ирка и осеклась так резко, точно захлебнулась. «Да что ж такое», — Рита с силой толкнула дверь, стул отъехал, Рита выскочила в общий кабинет. У холодильника стояла Анька, радостная и красномордая, с двухлитровкой минералки в руках. Половина содержимого досталась Юльке, она трясла мокрой головой и кляла Аньку последними словами. Еще часть прилетела Ирке в лицо, у нее расплылась косметика, Ирка хваталась то за зеркало, то за платок, то пыталась вырвать у Аньки воду и отомстить. Анька ржала чисто как лошадь и плеснула еще воды в зазевавшуюся Юльку.

— Дура! — взвилась та. — Ты спятила? У психбольных точно детей отберут, да еще и стерилизуют, чтоб больше уродов не рожали!

Анька врезала бутылкой по холодильнику, тот загудел, Юлька оторопела. Анька вдруг обняла ее и расцеловала чуть ли не взасос.

— Юлечка, я тебя так люблю, так люблю! Желаю тебе родить много-много деточек, таких же красивых, как и ты.

Рита не сводила с Аньки глаз: та свято выполняла свою часть уговора и накидалась за какие-то четверть часа. Причем хорошо так накидалась, ее мотало, речь стала нечеткой, будто Анька постоянно что-то жевала. Она оторвалась от Юльки и двинулась к Ирке.

— Не подходи! — та прижалась к стенке и выставила руки перед собой. — Не подходи ко мне!

— Иришка, — пьяно улыбалась ей Анька, — я желаю тебе объехать весь мир два или три раза подряд и найти хорошего качественного мужика и провести с ним остаток дней. Его дней, Ирочка, не твоих! И пусть этих мужиков у тебя будет целый гарем!

Аньку мотнуло, она схватилась за стол, но немного промазала. Пальцы сжались в воздухе, и Анька грохнулась в проход. Юлька подбежала к Ирке, они обнялись, обе мокрые, в черных и синих разводах от косметики на лицах, и пялились то на Риту, то на Аньку. Та тяжело возилась на полу, встала со второй попытки, доковыляла до своего места и рухнула на стул. Посидела так, поулыбалась пьяно и грохнулась головой на клавиатуру. Юлька с Иркой вскрикнули, Рита подошла к Аньке. Спиртным разило уже на подходе, Анька вдруг зашевелилась, забормотала что-то неразборчиво, вытащила откуда-то полупустую бутылку дешевого коньяка и поставила ее рядом с собой на стол.

— Ее Руснакова покусала? — Юльке очень хотелось посмотреться в большое зеркало, но надо было идти мимо Аньки, чего Юлька опасалась. Рита сфотографировала Аньку несколько раз и пошла звонить Галановой. Та сначала решила, что это шутка, потом пришла, глянула на спящую Аньку, на пострадавших от ее дебоша Ирку и Юльку, на Риту и умчалась, не сказав ни слова. Чтобы через пару минут вернуться вместе с Шумилиной.

Та огромная, вся в черном, с желтыми волосами, ввалилась в кабинет, глянула на Аньку, на остальных, принюхалась и приказала не помещавшейся в проходе Галановой:

— Акт немедленно, освидетельствование за наш счет. Вы подпишете, — она бросила взгляд на остальных. Ирка и Юлька синхронно кивнули, Рита тоже. «Все отлично», — крутилось в голове. Аньке точно конец, от Шумилиной еще никто живым не уходил. Это будет хорошая статья, как она и планировала.

— Анна, встаньте немедленно, — громогласно потребовала Шумилина и потрясла Аньку за плечо. — Встаньте сейчас же!

Анькина голова моталась как неживая, Шумилина не сдавалась, все трясла Аньку и требовала встать и покинуть помещение. Анька зашевелилась, заурчала что-то, подняла голову и сфокусировалась на Шумилиной.

— Я покину, — пробормотала Анька, — я те щас так покину. Пошла на…, корова.

И снова грохнулась спать. Шумилина побагровела и рыкнула на Галанову, точно это она, а не Анька послала ее на три буквы.

— Охрану, быстро. И где у нас начальник департамента безопасности?

— Не надо, — Рита вышла вперед, — я сама ее выведу. У нее стресс: бабушка умерла, дети без присмотра, жить негде. Она больше не будет.

— Конечно, не будет, — пообещала Шумилина, — завтра ко мне за трудовой. Нам тут алкашки не нужны, никакая бабушка не поможет.

Анька шла сама, причем вполне себе нормально, только ее иногда заносило на поворотах. Рита придерживала ее под локоть, в другой руке держала тяжелый пакет. Благополучно спустились по лестнице, прошли мимо охраны и оказались в скверике за углом банка. Камер тут уже не было, Рита посадила Аньку на мокрую скамейку и отдала ей пакет. Анька обняла его и заревела.